Зерно А
Шрифт:
Эдуард не отреагировал на 'трепло'. А жаль. Я была в настроении выместить на него свою злость.
– Иначе она бы не отстала, - сказал он, и я услышала потрескивание сгораемой бумаги, когда он затянулся.
– Надо было сразу предупредить, что тебе сложно сказать ей 'нет' - я бы все уладила.
– Видишь ли, Пал... Рита, я действительно могу быть полезной: буду перетягивать большую часть внимания на себя. Я как рыба в воде на подобных мероприятиях.
– Мы идем туда не языки чесать.
– Я знаю, что и кому вы там будете чесать, -
– Ставлю сотку, что потом ты скажешь мне спасибо.
– Звучит так, будто я только что срубила сотку.
На щеках Софии появились ямочки. Я впервые видела ее улыбающуюся. Да, если бы я не знала черноволосую лучше, она могла бы мне понравиться.
– Я у окна!
– воспользовавшись моим замешательством, выпалила девушка.
Сдерживая готовые вот-вот посыпаться с языка проклятия, я влезла в салон следом за ней. Когда все расселись, Максим сдал назад и вырулил на дорогу. Я предупредила, что в первую очередь надо заехать на 'Ферму'; ближе придвинулась к Артуру и уставилась в окошко с его стороны. От запаха духов Софии голова становилась чугунной.
Минут через пятнадцать 'ауди', мягко миновав 'лежачий полицейский', въехало на стоянку 'Фермы'. Коровы-зазывалы поправляли съезжающие на глаза новогодние красные колпаки и звенели колокольчиками. Черт, что за нелепица!
Я вытянула шею, пытаясь узреть Бомбера, но видела лишь сплошное месиво пятнистых шкур и красных колпаков.
– Дайте я вылезу!
– Если я открою дверцу с этой стороны, то зацеплю 'опель', - сказал Артур.
– По ходу, парковаться здесь умею только я, - проворчала я.
– София, выпусти.
Самообладание влетало в копеечку; волнение постепенно завоевывало позиции - мои руки начали дрожать. Тогда я сунула руки в карманы и широким шагом направилась к входу на 'Ферму'.
Одна из коров, с шоколадно-коричневым пятном на глазу и в красных часах 'касио', незамедлительно взяла меня на прицел, словно я была цветком клевера.
– Специальное предложение в честь праздника! И сам Король Начинок поздравит вас с наступающим Новым годом!
Упоминание Короля Начинок заставило меня дернуться, как от пощечины.
– Не нужно мне его гребаное поздравление, понял? Пошел вон, парнокопытный!
Зазывала бросил взгляд мне за спину, помрачнел и отошел. Я обернулась. Максим шутливо отдал мне честь, обеспечивая тыл.
Внутри 'Фермы' я насчитала шесть новогодних елок и как минимум дюжину новогодних венков из еловых веток и ленточек. Все поверхности сияли, даже ногти кассиров. На 'Ферме' было полно семей: папочки, мамочки и чумазые от кетчупа и сладких начинок детишки. Кажется, взрослые и в ус не дули, что привезли своих ребятишек в Кварталы, на 'мертвую' территорию. Впрочем, следует признать, преступность в Кварталах несоразмерно ниже, чем на Левом берегу. Коматозники пекутся о своем имидже и готовы порешить любого, кто поставит их доброе имя под угрозу. Конечно, другое дело 'Ферма'. Здесь угроза уже иного рода - спрятана под румяными
корочками.Что-то заставило посмотреть в сторону.
В натянутой на глаза шапке, с обмотанным вокруг шеи шарфом, Уна Бомбер стоял в паре шагов от меня. В верхней одежде он выглядел еще внушительнее. Такой себе шкаф. Если упадет, услышат все.
– Ну что, поздравим Короля Начинок с наступающим Новым годом?
– Он подкрепил свой вопрос хищной ухмылкой.
Я окинула Бомбера взглядом. Если он и припрятал оружие, то его не было видно. Он может зайти на 'Ферму', и никто его не остановит. Он был волком в овечьей шкуре: ходил, блеял, щипал травку, в любую секунду готовый вцепиться в курчавую глотку.
– Зачем вам это?
– Я подалась к нему, чтобы промышляющие по соседству зазывалы ничего не услышали.
– Хотите откусить свой кусок от птички? Я ведь не вчера родилась, Бомбер.
– На счет куска - непоэтично.
– Проглотить Человека-Цыпленка целиком - так будет поэтичнее?
– Несомненно.
– Что ж, полагаю, сегодня вам представится шанс получить свое. Но как хотите: лично моя цель - не зерно 'А', а брат. Он у них и...
– Я запнулась, не стала говорить о Константине - сомневаюсь, что это взыграет на струнах души Бомбера.
– Я понимаю, что изначально спутала ваши планы. Если бы у меня была машина времени, в тот вечер я бы поехала домой, а не к Агнии... Да, я чертовски сожалею о случившемся.
Уна Бомбер кивнул. Он нависал надо мной, в рыжей бороде запутались снежинки. Он мог сойти за доброго здорового дядьку, если бы не этот блеск в глазах. Глаза всегда выдают людей с потрохами.
– Тише, - он обернулся. Пятнистая корова, та, что в часах 'касио', смотрела на нас.
Я подняла руку в неприличном жесте. Ничего не могу с собой поделать: никогда не любила стиль 'Фермы', особенно ее буквально разношерстных сотрудников.
– Ну-ну, не будем дразниться, - сказал Бомбер и взял меня под руку.
– Идемте, идемте же, Марго!
Эдуард стоял возле 'ауди'.
– Я не доверяю вам, - заявил он, не успели мы подойти.
– Эдуард!
– Я выразительно посмотрела на него.
– Ну-ну, не ссорьтесь из-за меня, детки.
– Вы проходимец.
Рыжебородый заржал:
– Ну спасибо!
Так, хватит.
– Эдуард, лезь в машину, черт тебя дери! И вы, Уна. Живо! Нашли место и время для словесных баталий!
Софии пришлось потесниться, и теперь ее волосы щекотали мою щеку. Но я как воды в рот набрала. На часах - шесть минут десятого. Меньше трех часов до боя курантов, брызг шампанского и исполнения всех-всех желаний.
Ага, а как же.
Глава 37
Казалось, иллюминации в Пороге прибавилось за последние часы. Обмотанные гирляндами деревья делали улицы похожими на сказочный лес. Кому-кому, а детям праздник. Мороз, много снега - идеальная погода для Нового года.