Самая тёмная ночь
Шрифт:
— О нет, нет. Ты не будешь этого делать.
— Делать чего?
Ава непонимающе переводит взгляд с меня на него, продолжая стоять на месте.
Сакс вхдыхает, протягивая ей папку.
— Я покапался тут кое в каких документа, кое-что сделал, кое-куда походил и выиграл. Так что... это теперь твоё, малышка Ава. Сразу отвечу, тут несколько документов, те, что запечатаны — мною не просматривались. Я не знаю, что там, но надеюсь, что из-за того документа, который как раз распечатан, ты удовлетворишь моё любопытство.
Ава аккуратно берёт из его рук протянутую
Первый документ, так называемый открытый, является правом собственности. Ава открывает рот от удивления, слёзы начинают литься из глаз. Я читаю внимательнее и понимаю, что квартира теперь её. Полностью. Мы говорили с подругой об этом, но Ава хотела чуть повременить, подождать...в общем, ей было страшно. Дело ведь всё же касалось её матери.
— Ты...ты..., - заплаканный голос Авы звучит очень тихо, надломленно.
— Это не было проблемой. Твоя мать даже не пришла в суд, так что выиграть было легко.
— Но...а как же...
— Тебе решать, ты можешь дать им право жить там дельше, естественно составив акт об этом. Либо прислать им уведомление о выселении. В любом случае, какое бы продолжение развития событий ты не выбрала — я помогу.
Поможет, он поможет. Ему всегда было насрать на людей, что изменилось сейчас? Где этот эгоист? Решаюсь на него больше не смотреть, продолжая наблюдать за Авой.
Я снова сжимаю руку подруги, кода та, открывает запечатанный документ.
— Твой отец оставил завещание, которое твоя мать потрясающе скрыла от тебя, точнее, она не знала, что там, просто не хотела отдавать тебе ключи, а потом и забыла. Я нашёл ячейку, открыл и забрал.
Ава смотрит на документы, хмурит взгляд, кусает губы, потом снова хмурит взгляд.
— Я ничего не понимаю, если честно.
Протягивает лист мне. Я читаю. Охренеть.
— Что там?
Сакс оказывается за моей спиной слишком неожиданно, я даже не успеваю вздрогнуть, как его запах врывается в моё личное пространство. Его руки сами собой ложатся мне на талию, словно он так делал всегда, а голова присланяется к моей макушке, пытаясь разглядеть то, что у меня в руках.
Я перестаю дышать.
Перестаю мыслить.
Вот я чувствую, как нос Рая проходится по моим волосам. Как блондин вдыхает мой запах, зарываясь в волосы, а потом, дойдя до мочки уха очень тихо говорит.
— Лилиан.
Я прикрываю глаза. Это когда-нибудь закончится? Моё тело перестанет так на него реагировать?
— Это акции твоей компании.
Я протягиваю ему лист, в надежде, что он отойдёт от меня.
И он отходит, быстро читая бумаги.
Лилиан
— Я всё равно не понимаю.
Ава отходит он нас на несколько шагов, продолжая немного дрожать. Она прекрасно зналет значение этих слов — просто не может поверить. Да и я, если честно, не совсем понимаю что происходит. Как такое возможно.
— Минутку подождите, — Сакс выставляет вперёд руку, другой уже набирая чей-то номер. Он не скрывался, не выходил в
другую комнату или не разговаривал шёпотом, всё было слышно. Предельно и до мельчайших подробностей. Голос собеседницы вызвал во мне волну мурашек, которую каждый раз я считала ревностью. И это просто...бесит.— В каком году отец выставлял акции на продажу?
— Здраствуйте, мистер Райвен. Минутку, я сейчас проверю, — тишина длилась минуту, прежде чем девушка, дала ответ. — Десять лет назад. Он выставил небольшое количество акций. Буквально три процента, это позволило ему хорошоо подняться и вложить деньги в развитие фирмы. Акции были привилегированные и до сих пор акционер получает прибыль. Но в нескольких крупных сделках, где он должен был участвовать, его голос был подделан вашим отцом, и это все знают...
— И кто купил их?
— Минутку...
Теперь же задержка её ответа длилась достаточно долго, Ава уже начала ходить по комнате, топая как слон, при этом посматривая на нас с Раем. Ах, и кусая ногти.
— Тут нет информации об этом. Но в течении всего этого времени акционера Ваш отец найти так и не смог. Он словно...умер, растворился.
— Спасибо.
Сакс вешает трубку, оборачиваясь к Аве. Он снова к ней подходит, нежно беря за руки, разговаривая словно с ребёнком.
— Ты знаешь, что такое акции?
Ава качает головой, с таким искренним испугом, словно от этого вопроса зависит её жизнь.
— Акция — ценная бумага, подтверждающая право собственности на небольшую долю в компании, — я подхожу к ним следом, начиная переваривать услышанное. — Человек, приобретающий акции, становится совладельцем бизнеса.
— Я...владею бизнесом?
— Ну, типо того, ты получаешь прибыль, если кратко. Можешь акции продать, если захочешь. Твой тип акций даёт тебе возможность решать глобальные проекты в компании, либо, если вдруг она будет поглащать какие-то мелкие фирмы. Что, к слову, думаю скоро будет происходить.
— Я...не понимаю, откуда ты знаешь, что будет происходить?
— Малышка, — Сакс снова берёт её руки, нежно по ним ведя. Я его сейчас убью нахрен, что он творит. Зло смотрю на него, ловя мимолётный взгляд на себе, закипаю ещё больше, ведь улыбка на его лице превращается в усмешку. — Я владелец этой фирмы. У меня 80 процентов акций. Мой отец её основал, я унаследовал. А твой отец купил эти акции когда-то в прошлом, а по завещанию они все принадлежат тебе. Я узнаю сколько у тебя денег, но, думаю, зря я отвоёвывал тебе ту мелкую квартирку, ты себе целый особняк сможешь купить.
Ава снова в неверии трясёт головой, а потом убегает, зажимая в руке письмо от своего отца, которое, видимо, хочет читать в одиночестве. Бурча, что ей надо переосмыслить или осмыслить, или понять...вообщем-то что-то говорит и выбегает за дверь квартиры оставляя нас с Саксом наедине.
— Знаешь, Лилит, — он подходит ко мне ближе, не получая от меня отпора, становится почти вплотную. — Я иногда ловлю на себе твои злые взгляды и не могу понять, чем же заслужил такое?
— Ты сейчас серьёзно задаёшь этот вопрос?