Чтение онлайн

– - Спасибо.

Девочка улыбнулась и побежала куда-то. Острон было позабыл о ней, слушая разговор между старейшиной и Дагманом, но тут его снова подергали за рукав.

На этот раз Раяна притащила маленькую деревянную лошадку.

– - На!

Пришлось взять и лошадку. Девочка на этом не успокоилась, и Острон в панике обнаружил, что она тащит игрушечного верблюжонка; заметив это, рассмеялась Лейла, сидевшая напротив.

– - Ты ей понравился, -- сказала девушка.

– - Что мне со всем этим делать?
– - спросил Острон, глядя на свои колени, на которых лежали игрушки.

– - Ничего, потом тихонько положишь на место. Ха-ха, Ханса, погляди, у Острона появилась

невеста!

– - Тоже мне невеста, -- растерялся нари.

– - ...Я все-таки настаиваю, -- донесся до него голос Искандера. Он перевел взгляд на хозяина дома. Искандеру отвечал спокойный Сунгай:

– - Что ты, нет необходимости. Я думаю, тебе лучше побыть с женой, разве не так? Нахуда Дагман знает дорогу, мы доберемся без проблем.

– - Не зови меня нахудой!..

– - Но это дело чести, -- не сдавался маарри.
– - В конце концов, я ваш касида. По обычаям я должен проводить вас.

– - Во имя Сирхана, -- вздохнул Сунгай, -- хорошо, но не стоит провожать до самого Санджара. Пары фарсангов будет достаточно. Мы и так благодарны тебе за ночлег и угощение, Искандер.

– - Это такая малость!

Острон принял очередную игрушку от Раяны, которая убежала за следующей, и улыбнулся. Касида... совсем как в старые добрые времена. Он и не знал, что у оседлых племен этот обычай тоже жив. Кочевники блюли его много веков; если в шатре семья принимала гостей, то ее глава, хозяин-касида, считал их своими гостями еще трое суток после того, как они уехали. В опасные времена и провожал сколько-то; видимо, Искандер счел, что раз времена опасные... глупо, конечно, скорее они защитят его, чем он их, но приятно: напоминает о старой жизни.

Малышка Раяна тем временем, кажется, перетаскала все свои игрушки и решила подарить себя, забралась к Острону на колени. Он мягко придержал ее за плечо, чтоб не свалилась; она была горячая и тонкая, как птичка.

– - Зачем он хочет провожать нас?
– - вполголоса спросил его Исан.

– - Это обычай, -- пояснил Острон.
– - Мы его гости.

– - Странный обычай, -- пробормотал белоглазый, -- разве это не означает, что он будет возвращаться домой в полном одиночестве?

– - Поэтому Сунгай и согласился лишь на пару фарсангов. Не думаю, что на этом пути с ним что-то случится. К тому же, ты же чуешь одержимых, верно?

– - Поблизости никого нет, -- не меняя выражения лица, отозвался Исан.
– - Но я не думаю, что то мерцание мне померещилось.

– - Может ли такое быть, что на самом деле оно было к северу отсюда?

Исан помедлил с ответом.

– - Не уверен, -- наконец сказал он.
– - Ты не думаешь, что я обманываю вас всех, нари?

– - Нет, -- удивился Острон.
– - Почему?..

– - Может, в первый раз я привел тех одержимых и специально выдал их вам, чтобы вы поверили мне, -- сказал Исан.
– - И теперь заманиваю вас в ловушку.

Острон медленно повернул голову и долго смотрел в глаза безумца, прищурившись. Белое лицо Исана оставалось совершенно беспристрастным; тонкие губы -- лишь узкая полоска.

– - Нет, я так не думаю, -- сказал Острон.

– - Полагаю, некоторые твои спутники не согласны с тобой.

– - Они считают, что я слишком доверчив, -- кивнул нари.
– - Что ж, время покажет, ошибся ли я.

Вечер плавно подошел к своему концу; старейшина Файясуддин пожелал гостям доброй ночи, не без помощи Искандера и робко сующих головы в дверь родителей выгнал сорванцов из зала; Острон в замешательстве обнаружил, что девочка на его коленях уснула, и бережно передал ее отцу, как великое сокровище, но девчонка

и не проснулась. Он не видел, как улыбаются Сафир и Лейла, глядя на него. Потом Искандер провожал гостей по комнатам, в результате короткой драчки Элизбар, пытавшийся ущипнуть Лейлу за мягкое место, получил звонкую пощечину, заставив Хансу оглушительно хохотать; Ханса в итоге тоже схлопотал от Лейлы (за то, что мог разбудить малышку Раяну) и поспешил скрыться за спиной Острона. По безмолвному соглашению Острон, Исан и Абу Кабил разделили одну комнату на троих. Кузнец с невозмутимым видом разлегся на топчане, Острон еще какое-то время начищал ятаганы, потом заметил, что Исан неподвижно стоит у окна и смотрит на улицу.

– - Ты спать-то собираешься, глазастый?
– - опередил его вопрос Абу.

– - Разве мы этой ночью не назначаем караульных?
– - холодно отозвался тот. Острон пожал плечами.

– - Здесь безопасно, -- сказал он.
– - Хамсин вполне будет достаточно, она все равно ночная птица.

– - Птица?
– - с легким недоверием будто спросил Исан.
– - Ты доверяешь свою безопасность птице?

– - Не стоит недооценивать Хамсин.

– - Идиот, -- произнес белоглазый.
– - Я мог ошибиться, но я чуял присутствие одержимого. Если он снова появится, эта твоя Хамсин сможет убить его?

– - ...Ладно, ты прав, -- вздохнул Острон.
– - Схожу предупредить остальных.

***

– - Да он параноик, -- недовольно бормотал с утра Элизбар, чья очередь нести караул выпала на глухие ночные часы.
– - Ни намека на одержимых, а он бьет панику.

– - Лучше быть невыспавшимся, чем убитым, -- резонно возразил Сунгай.
– - В этом я с ним согласен.

Солнце еще не взошло, лишь озарив горизонт алой полоской; уже когда они собирались выходить, из своей спальни спустилась и Ясмин, жена хозяина дома. Она еще была бледна, и ее темные волосы только подчеркивали это, но женщина уверенно держалась на ногах и улыбнулась им. Острон, Басир и Ханса как раз неловко пихали друг друга локтями, когда она вдруг низко поклонилась и сказала:

– - Наша семья в неоплатном долгу у вас.

– - Не стоит благодарности, -- ляпнул растерявшийся Элизбар: в тусклом утреннем свете Ясмин оказалась красива; кто-кто, а ассахан всегда был падок до женской красоты. Ханса между тем ехидно усмехнулся и ткнул его в спину.

– - Мир вам, -- степенно сказал Сунгай, намеренно не обращая на них внимания.
– - Да хранят вас боги.

– - Пока!
– - звонко крикнула Раяна, когда они уже собирались выходить на улицу. Острон невольно улыбнулся.

– - Попрощайся с невестой, -- прыснул ему на ухо Ханса.

– - Пошел ты в Хафиру, -- отозвался Острон, но погромче все же добавил: -- Пока, Раяна!

Искандер вышел последним, закрыл за собой дверь; сноровисто закрыл лицо маудом по обычаям маарри, оставив лишь глаза.

– - Ты не передумал?
– - негромко спросил его Сунгай.
– - Ведь обратно тебе придется возвращаться в полном одиночестве.

– - Что я, здешних барханов не знаю, что ли, -- коротко усмехнулся тот.
– - Да и не такой я беззащитный, господин Сунгай.

С этими словами он мягко отодвинул полу бурнуса, продемонстрировав висевший на поясе скимитар. Сунгай вздохнул.

Немногочисленные жители ахада Тасним провожали их; верблюды бодро перешли на достаточно быстрый шаг, и Острон еще обернулся, чтобы помахать на прощанье сорванцам, которые гнулись вокруг них прошлым вечером.

Искандер уверенно ехал первым, едва отставая от него, шел верблюд Сунгая; Хамсин дремала на плече хозяина, прохладный утренний ветер ерошил перья на ее спине. Острон уже привычно оказался в самом конце отряда, рядом с Исаном.