Песнь гор
Шрифт:
Не успела я ответить, как он брызнул в меня водой. Я отступила на несколько шагов назад.
— Не вздумай…
Там хохотнул, наклонился вперед, набрал в горсть еще воды. Я кинулась бежать — и споткнулась о большущий корень, торчащий из земли.
— Хыонг! — вскричал Там и поспешил ко мне. — Ты не ушиблась?
Я со смехом попыталась подняться. Там схватил меня за руки и потянул вверх, да так сильно, что я чуть в него не врезалась. От его запаха сердце так и замерло в груди. Мы оказались так близко, что я чувствовала на лице его дыхание.
— Теперь моя
Резко развернувшись, я бросилась наутек. Там догнал меня и схватил за талию. Я рассмеялась. Он притянул меня к себе и прижался грудью к моей спине.
И вот мы оказались лицом к лицу. Я опустила взгляд, чтобы не смотреть ему в глаза. Меня накрыло новое, невероятно сильное чувство. Какое-то время мы стояли вот так, в молчании, а ветерок играл нашими волосами.
— Мне… мне пора, — я отстранилась от него. Всё мое тело трепетало. — А то еще опоздаю, и…
— Помой сперва руки. — Там взял меня за запястье и подвел к пруду. А там набрал воды в ладони и начал оттирать мои пальцы от масла. А когда закончил, я наклонилась и намочила свой платок. Рядом с Тамом я уже не боялась упасть.
Там закрыл глаза, а стала нежно стирать с его лица следы масла.
Вдруг он приоткрыл один глаз, посмотрел на меня и ослепительно улыбнулся.
— Поможешь мне кое с чем?
— С чем? — я старалась не пялиться на его длинные ресницы и пухлые губы.
— Возьмешь меня за руку?
— Зачем?
Он указал на цветок лотоса, до которого просто так было не дотянуться. Потом кивнул на торчащий корень старого дерева.
— А сама ухватишься за него.
— А… ты уверен, что это не запрещено?
Там пожал плечами, улыбнулся и протянул мне руку.
Я вцепилась одной рукой в корень, а второй — в ладонь Тама.
— Будь осторожен.
Крепко держась за меня, Там вытянулся над водой. Я зажмурилась, боясь, что он сейчас упадет. Я всерьез сомневалась, что он сможет дотянуться до цветка, но когда украдкой посмотрела на него, розовые лепестки уже дрожали у его груди.
Он протянул мне цветок.
— Самой очаровательной и умной девушке.
Я спрятала за лотосом улыбку, а от аромата у меня аж дыхание перехватило.
— Эй! Воришки! — над водой разнесся сердитый крик. Я обернулась и увидела мужчину, который спешил к нам, изо всех сил работая веслами сампана. — Это мои цветы!
Там помог мне подняться. Пока я торопливо хватала наши рюкзаки и взваливала их на плечо, он поднял мой платок. Потом торопливо вывез велосипед на дорогу.
— Дяденька, простите! — крикнул он, обернувшись. — Я впервые в жизни сорвал цветок, чтобы подарить его девушке! Извините меня, пожалуйста!
Не знаю, услышал ли его лодочник. Он по-прежнему энергично работал веслами, покрикивая на нас. Там запрыгнул на мой велосипед, а я мигом взобралась на багажник.
Я обхватила Тама руками за пояс, и пальцы точно огнем прожгло, стоило им нащупать его мышцы под рубашкой. Там быстро покатил по улицам, лавируя между машин.
— Ты как, в порядке?
— Еще бы! — я хихикнула,
прижимая цветок к груди.И мы оба засмеялись в голос. Кругом пышно цвела весна. И во мне тоже что-то цвело.
— А теперь куда? — спросил Там.
— О боже! Который час? — и как я могла позабыть, что дядя Дат дома один и ему может потребоваться помощь? — Мне надо спешить домой!
— Я тебя отвезу.
Там уже изучил лабиринт ханойских дорог и быстро доставил меня на Кхамтхиен.
Друзья уже давно не наведывались ко мне домой. Когда мы ехали мимо дома Тхюи, я внимательно высматривала ее — мне жуть как хотелось похвастать новым другом. Но ее не было видно. Школу она бросила и начала работать — мастерить занавески из бамбука для какого-то кооператива.
Я открыла дверь и сразу столкнулась с бабулей.
— Ты где была? — Морщинки на ее лице стали глубже.
— Chao ba, — поздоровался Там и почтительно склонил голову.
Бабуля кивнула и смерила его взглядом. С ее губ не сорвалось ни слова.
Там повернулся ко мне.
— Завтра увидимся.
— Это еще кто такой? — спросила она, когда я закатывала велосипед в дом.
— Я думала, ты подружелюбнее будешь, бабуль. Неужели нельзя было в гости его пригласить?
— Я ведь совсем его не знаю. И повторяю: где ты пропадала?
— Мне что, уже и дружить ни с кем нельзя? — я сбросила рюкзак на пол, не выпуская из пальцев лотос. Наверняка Там теперь изменит мнение обо мне.
— Хыонг права, мама, — заметил дядя Дат из своего кресла. — Она уже взрослая девочка. Дай ей немного свободы. — Он улыбнулся мне. — Какой красивый цветок.
— Ну хоть кто-то заметил, — я протянула ему подарок Тама.
Дядя кивнул на стол.
— Садись, поешь, а то остынет.
Я набросилась на еду, хотя сперва стоило бы помыть руки. Вот только на коже еще оставались незримые следы касаний Тама, и я не хотела с ними расставаться.
Бабуля отыскала в шкафу вазу.
— В твоем возрасте лучше водить дружбу с девочками, Хыонг.
— Это же мой одноклассник, бабуль, — я закатила глаза.
— Что ж я раньше его не видела? И этот центральный акцент…
— Он пару месяцев назад перебрался к нам из провинции Хатинь.
— Это ведь недалеко от нашей родной деревни, — дядя Дат вдохнул аромат лотоса. — Хатинь славится работящими и честными мужчинами.
Я улыбнулась дяде, радуясь, что он на моей стороне.
— Ну, это мы еще посмотрим, — бабуля поставила на стол вазу с лотосом и налила мне стакан воды. — Как я уже говорила, Дат, я попросила Хань еще раз дать в газеты объявление о поиске человека. Надеюсь, твой брат Минь его увидит.
— Думаешь, он на Юге, мама?
— Уверена, — бабуля посмотрела на меня. — Тетя и твоего отца ищет. И даст нам знать, если будут вести.
Я кивнула, напомнив себе, что надо почаще писать тетушке. Недаром ведь говорят: «Xa mat cach long» — «Далекие лица, поблекшие сердца». Но мы с тетушкой Хань сохраняли близость, несмотря на разделявшие нас тысячу с лишним километров.