Лиловый (I)
Шрифт:
Халик кивнул. Его лицо было похоже на высеченное из камня.
– - То, что среди нас есть двое Одаренных, -- добавил Ар-Расул и глянул прямо на Острона, -- очень радует нас. К сожалению, мы не знаем, есть ли Одаренные среди маарри. Если же такой человек найдется, я немедленно отправлю его к вам.
– - Господин Ар-Расул, -- сказал слуга Мубаррада, -- у меня есть еще одно важное дело, которое я должен обсудить с вами. Оно касается защиты Ангура.
– - А, наш новоиспеченный генерал не желает собирать войско в городе, в котором даже стен как таковых нет, -- коротко рассмеялся один из старейшин.
– - Их необходимо построить, -- без улыбки ответил Халик.
– -
Лишь тогда слуга Мубаррада улыбнулся.
– - Рад это слышать, господин Ар-Расул.
***
По приказу старейшин маарри маленькому отряду Халика были отведены несколько пустующих домов недалеко от пристани; дома были спешно переделаны в казармы, и на следующий же день Фазлур, которого Халик назначил ответственным за набор воинов, принялся записывать желающих в стражи Эль Хайрана. Поначалу дела шли не очень: люди не верили, что такое вообще возможно, и многие приходили просто поглазеть, и Сунгаю как-то пришлось сидеть целый день во дворе дома, избранного ими в качестве главного помещения, рядом с Фазлуром; вокруг джейфара постоянно летали птицы, в пыли на нагретых плитках двора спали кошки и собаки, которые в случае чего демонстрировали, что слушаются Одаренного.
– - Мне временами кажется, -- сказала в первый вечер Сафир, готовившая ужин, -- что мы с вами уже одна семья и всю жизнь будем жить вместе.
Острон и дядя Мансур переглянулись. Старик только пожал плечами, а Острон спросил ее:
– - Тебя это не устраивает?
– - Даже не знаю, -- фыркнула девушка.
– - Ладно вы, я к вам привыкла, а что в одном доме с нами делает эта... Лейла?
– - Кажется, Халик решил, будто вам будет веселее вместе, -- робко предположил Острон. Дядя Мансур подавился и закашлялся, потом пробормотал:
– - Кажется, он решил, что это нам будет веселее вместе с ними.
Действительно, на втором этаже этого дома было четыре комнаты, одну из которых заняли Лейла и Сафир; что творилось за той дверью, Острон даже боялся предположить: в последние два дня девушки вообще не разговаривали друг с другом и ходили, задрав нос. Помимо самого Острона и дяди Мансура, в доме поселились Сунгай, Абу Кабил и Басир. Старику отвели отдельную спальню, как самому старшему, и Острон не удивился, обнаружив себя в одной комнате с джейфаром. Теперь на спинке одной из кроватей днем всегда спала полосатая сова, которую однажды, в отсутствие ее хозяина, Острон попробовал погладить: только он поднес руку, как Хамсин открыла глаза и больно цапнула его за палец.
Вообще говоря, занятий у стражей было не слишком много. Острон каждое утро тренировался во дворе с ятаганом и без него, иногда к нему приходил Халик, но у Халика-то как раз дела были. Когда местные жители узнали, что Абу Кабил -- кузнец, у него тоже появилось занятие: в отведенном ему помещении Абу устроил мастерскую, о чем-то долго спорил и ругался с кузнецом-маарри, потом наконец добился своего, заперся в мастерской и несколько дней кряду пропадал там. Соваться к нему было бесполезно: Абу делал вид, что не слышит.
В то утро как раз канула неделя с тех пор, как отряд Халика пришел в Ангур. Острон пошел было во двор, чтобы привычно заняться тренировками, но обнаружил, что двор занят: Сафир и Лейла, обе в платках, повязанных на манер моряков-маарри, с луками наизготовку
стояли напротив старого сухого дерева, на стволе которого мелом была нарисована мишень.– - Тренируетесь?
– - осторожно спросил Острон. Ни одна не ответила; дружно зазвенели спущенные тетивы, и две стрелы воткнулись в дерево рядышком, попав в небольшой белый кружок.
– - Я сейчас попаду прямо между стрелами, -- заявила Сафир, немедленно натягивая тетиву снова. Лейла усмехнулась:
– - Попробуй.
Сафир уверенно подняла лук, прицелилась. Острон с любопытством наблюдал за ними, благо они не обращали на него никакого внимания; третья стрела рассекла воздух и вошла в ствол многострадального дерева точно между первыми двумя, как и было обещано.
– - Ха, -- рассмеялась Лейла, -- а теперь я попаду точно в твою стрелу. Смотри и учись!
Целилась она долго, дольше, чем Сафир; но когда четвертая стрела оказалась выпущена в цель, она действительно попала точно в дрожащее древко третьей и расколола ее напополам.
– - Тогда я выпущу три стрелы подряд, -- сказала Сафир. Тут Острон понял, что тренировка во дворе ему сегодня не светит, вздохнул и пошел прочь.
Когда он вернулся в зал, там обнаружился Абу Кабил: почти к его удивлению, потому что кузнец в последнее время уходил в свою мастерскую спозаранку и возвращался только поздно вечером. Абу стоял посреди комнаты и рассеянно оглядывался; увидев вошедшего Острона, он поднял брови.
– - Ага, вот ты-то мне и нужен.
– - Ч-чего?..
– - Во-первых, поработаешь у меня горном.
Острон опешил.
– - Это как?
– - Ну, твое пламя ведь труднее потушить, чем обычное. Ладно, но это потом. Во-вторых, сейчас мы с тобой отправимся на чрезвычайно важную миссию.
– - Какую такую миссию?
– - В этом проклятом городе нет материалов, которые мне нужны, -- сердито пояснил Абу Кабил.
– - Их сюда просто никому не приходит в голову поставлять. Поэтому нам нужен капитан корабля.
– - А?..
– - Именно они торгуют с дальними селениями, идиот! Нужно заключить сделку с нахудой, чтоб он доставлял мне все, что мне потребуется для работы. Иначе не видать стражам Эль Хайрана моих клинков!
– - Хорошо-хорошо, Абу, но причем тут я?
– - удивился Острон.
– - Если тебе нужно заключить сделку, не лучше ли позвать с собой Халика или вовсе попросить старейшин маарри? Они запросто устроят все, как нужно...
– - Да-а, -- протянул Абу Кабил, хитро ухмыляясь, -- но мне нужен не какой-нибудь там нахуда, а очень конкретный. Этому нахуде плевать и на Халика, и на старейшин, зато присутствие Одаренного может его впечатлить. Ничего, если я тебя использую подобным образом? В конце концов, ты ничем не отплатил мне за клинок...
– - К-конечно, я тебе помогу всем, чем смогу, -- тут же спохватился Острон: ятаган работы Абу-Кабила по-прежнему висел у него на поясе.
– - Так пойдем?
Абу Кабил, довольно рассмеявшись, направился к выходу. Острон пошел следом; он еще не представлял себе, что это будет за встреча и как вообще заключаются сделки с капитанами дау, но предполагал, что он опять будет сидеть с важным видом и молчать, пока Абу разговаривает с нахудой.
Кривые улочки приняли их в себя, отвели закоулками к пристани, на которой суетились самые разные люди; Абу уверенно направлялся в одному ему известную сторону, огибая ящики и бочки, проскальзывая между моряками, уворачиваясь от торговцев всякими мелочами, которые всегда сновали по площади перед портом. Наконец он будто приметил нужный ему корабль и стремительно пошел туда.