Чтение онлайн

Я приказал растопить камины и поднялся по винтовой лестнице наверх. На смотровой площадке тоже никаких признаков жизни.

— Какая-то чертовщина. — Прошептал я и уже собрался уходить, когда заметил небольшой настил. Настил был перекинут с одной бойницы на уступ скалы и почти не виден из-за снега.

— Гастар! — Я подошел к лестнице и высунулся за перила. — Гастар! Проклятие…

Пришлось спуститься.

— Гастар!

— Да?

— А вот ты где. Возьми шесть человек, и поднимайтесь на смотровую площадку. И скажи, чтобы оделись потеплее.

— Ты что-то нашел?

— Возможно.

Настил на вид был довольно прочный, но чтобы не рисковать, мы положили сверху еще досок. За

уступом открывалось горное плато. Мы разделились на четыре группы и разошлись в разные стороны. Я и главный вестовой Ролан отправились на Север.

Снег валил крупными хлопьями. Ветер выл и пробирал насквозь. Не спасали даже меховые вестриэльские накидки.

Около часа мы шли, все дальше отдаляясь от башни. И отошли в итоге где-то на четверть лиги.

— Лорд Д'Астен, нужно возвращаться. — Прокричал Ролан. — В такую вьюгу вряд ли мы что-то найдем. К тому же наши следы заметает. Как бы ни заплутать и не замерзнуть насмерть.

— Хорошо. Идем обратно.

Мы повернули. И через несколько шагов я увидел торчащую из снега руку. За остаток дня мы откопали около семидесяти тел. Многие дозорные были без накидок. Некоторые даже без сапог. И все до одного замерзли насмерть. Что заставило их покинуть Башню? Ни на одном не было ран или ушибов. Никаких признаков борьбы. На Башне не было пожара. Не было следов лавины. Они просто взяли и ушли. Почему они ушли? Я думаю об этом… и к сердцу почему-то подступает ужас.

Конец записи

Король Тиберий стоял перед зеркалом и рассматривал плешь на голове. В дверь постучали.

— Ваше величество?

— В чем дело? Я занят.

— Ваше величество, лорд-канцлер хочет с вами поговорить.

— О чем еще?

— По поводу турнира.

Турнир. Чем ближе надвигался день турнира, тем отчетливее Тиберий понимал, что учудил большую глупость. На турнир слетелись все. Бродячие рыцари, отставные капитаны гарнизонов, искатели сокровищ, дети лордов, беглые преступники под выдуманными именами, сынки аристократов со всего Эола и из-за границ. И даже то, что поединки будут насмерть и из трех сотен участников выживет лишь один, в конечном счете никого не испугало. Тиберий понимал, что отменить турнир вот так, за день перед началом, значило собственными руками оторвать ножку трона, на котором он сидит. Трон, может, и не упадет. Но зашатается изрядно. Формально у лордов появится возможность обвинить его в нарушении королевской клятвы. И тут к гадалкам не ходи: один из лордов этой возможностью обязательно воспользуется. А дальше. А дальше и вообразить нельзя, что будет. Мятеж? Восстание? Гражданская война? С другой стороны, если турнир не отменить, то повернуться может даже круче.

Тут и плебеи, которым шутка про турнир казалось бы пришлась по вкусу. Но только черт их разберет этих плебеев. Общественное мнение, как известно, ветреней гулящей девки. Кончится турнир, и очень может статься, на смену народной похоти и злобе придет стыд, мучительное чувство омерзения и жалость к королеве. А там опять же и до мятежа недалеко.

Тут и король Тадеск Кровавый, тесть Тиберия, которому шутка про турнир по вкусу совершенно точно не пришлась. И если бы он не был занят вторжением в соседнюю Лавинию, то боги ведают, не вторгся бы он вместо Лавинии в Эол. Ситуация с королем Тадеском была неоднозначной. Всем известно, что с родственниками у короля Тадеска отношения были довольно-таки сложные. Двух сыновей он обезглавил. Третьего посадил на кол. А последнюю жену выбросил из окошка, когда та имела неблагоразумие обвинить его в измене. И все же вряд ли бы он упустил подобный повод всласть покуролесить у границ Эола.

А там, чем черт не шутит, может даже отхватить кусок земель.

— Ваше величество?

— Да?

Тиберий медленно вздохнул и очнулся от задумчивости.

— Что передать лорд-канцлеру?

— Передай лорд-канцлеру, чтоб шел к чертям собачьим! — Вспылил Тиберий. — Нет, постой. Где этот лысый черт?

— Лорд-канцлер? — осторожно уточнил слуга.

Тиберий повернулся и смерил слугу таким взглядом, что у того тотчас пропало всякое желание задавать лишние вопросы.

— Он в тронном зале, сир.

— Скажи, что я сейчас спущусь.

***

Лорд-канцлер в длинной мантии с подбоем стоял в тронном зале и притворялся, что разглядывает гобелены. Неизвестно, сколько времени он уже прождал здесь. Во всяком случае, достаточно, чтобы испытать неловкость, которая обычно возникает при подобных обстоятельствах: слуга проходит мимо уже в четвертый раз, а ты все ждешь и ждешь.

— Ну что еще?

— А! Ваша милость. Надеюсь, что не оторвал вас от важных государственных…

— У меня мигрень. — Сквозь зубы перебил Тиберий. — К сути.

— Как угодно, ваша милость. Я на счет турнира.

— И?

— В связи с большим количеством участников турнир растянется на две недели. Это по самым оптимистичным прогнозам.

— И?

— В столице ожидается наплыв людей. Толпы зевак стекаются из Эскерота, Вестриэля, Талии…

— И?

— И на заседании королевского совета, мы подсчитали запасы продовольствия.

— И что?

— Запасов явно не достаточно, ваша милость. Цены на хлеб уже взлетели до небес.

— Понятно. От меня-то ты что хочешь?

Лорд-канцлер в замешательстве откашлялся.

— Но ваша милость, согласно сделанных подсчетов через неделю хлеб закончится. Может начаться голод. А за ним и бунт.

— Значит, сделай так, чтобы голода не началось. Понятно?

— Да, ваша милость.

— Что-нибудь еще?

— Нет, ваша милость.

— Ну и замечательно. Ты видел Поля? Я хочу с ним поговорить.

— Но ваша милость…

— Что ваша милость?

— Вы отправили лорда Д'Астена расследовать произошедшее на Башне.

— Куда отправил? А… Действительно. Ну хорошо.

Тиберий поглядел рассеянно на лорд-канцлера. Кивнул. И показал рукой, что тот свободен. Лорд-канцлер, низко поклонившись, удалился.

С того момента как голову Тиберия посетила светлая мысль провести турнир за право ночи с собственной женой, он изо всех сил старался избегать двух вещей: жены и разговоров о турнире. И если со вторым было попроще — довольно было грозно посмотреть вокруг себя и разговоры мигом прекращались — то в случае с женой Тиберий понимал, что тут так просто не отвертишься и рано или поздно им придется встретиться и обо всем поговорить. Уже неделю он, как мог, оттягивал этот момент, придумывая себе разные неотложные дела, важные встречи, заседания. Но как он ни оттягивал, неделя все-таки прошла. До турнира оставался день. И дальше оттягивать было особо некуда.

***

Королева стояла у окна и задумчиво смотрела вдаль. Смотрела, но не видела ни гор, ни деревень. Не видела полей и рек. А видела совсем другое. Обиды, радости — как разноцветные обертки от конфет, бери и ешь! — мелькали перед ней и растворялись в летних сумерках. Откуда-то чуть слышно доносились голоса. Не настоящие. А голоса из прошлого. Случалось, можно было различить обрывки фраз. Или же целые разговоры, в которых иногда мучительно хотелось что-то поменять, но так уж сделано, увы, что поменять нельзя было ни слова.