Яблочный Остров
Шрифт:
Я задумалась. Осуществление знакомства обрастало новыми трудностями. Но что же... назвался груздем - смелее и без нытья лезь в кузов.
– Пойду туда, прогуляюсь, - решила я вслух, обвела взглядом помещение и высмотрела фотографию, лежавшую на столе.
С нее невозмутимо взирал в потолок симпатичный темноволосый мужчина со стянутой на шею медицинской маской. Досканально рассмотреть его можно было бы, только проявив очевидную бесцеремонность, но я и так знала, как он выглядит.
13:07
Здоровенные
Я размеренно шла по протоптанной дорожке и думала о фотографии.
Прозрачноглазая куколка-медсестра, без сомнения, влюблена в этого типа, Бойко. Обычная история... А что? Мужик видный. Привлекательная физиономия, тёмные глаза-омуты, чёткие черты. Детишек лечит. С братьями меньшими обращаться умеет. Благотворительностью вон занимается лично. Словом, положительный до тошноты...
Я с подозрением относилась к людям, чья репутация не имела изъянов. А у Богдана Бойко была именно такая репутация - во всяком случае, по тем материалам, которые были на него в редакции собраны. В этом было что-то неестественное, передернутое. Перекос-то, само собой, наличествует в любом человеке - в хорошую или плохую сторону, но совсем ничего плохого..? Это уже из области дамских бульварных романчиков в мягкой обложке.
"Вывести бы его на чистую воду, - размечталась я, поглядывая на грозовой горизонт.
– И вообще... если он такой замечательный, то должен быть самовлюбленным. Как минимум. Болезнь всех известных людей..."
Новый камень на пути заставил меня споткнуться в четвертый раз, но теперь я сумела удержаться в вертикальном положении. Ноги гудели от непрерывной ходьбы, а главное - от предыдущих падений. Сильно болела ушибленная правая коленка.
Я присела на камень, на который только что налетела, и закатала штанину брюк. Коленная чашечка распухла и вдобавок расцвела длинной красной ссадиной, чуть кровоточащей.
Ирония судьбы: я искала доктора без актуальной причины, и причина нашла меня сама.
Увиденное серьезно обеспокоило. Не охромею ли я окончательно, пока буду подниматься к замку и спускаться через него прямиком к деревушке?.. Встав, я с преувеличенной предосторожностью топнула по земле. Колено ныло, но терпимо. Воодушевившись, я несколько раз подпрыгнула на правой ноге, убедилась, что сию секунду инвалидом мне стать не грозит, и импульсивно крутанулась вокруг себя в произвольном подобии танца.
Над головой прогрохотало, а следом за моей спиной раздался треск, как будто камни отозвались на призыв надвигающейся грозы.
– Ах, чтоб тебя петиолюс* скрутил..! Напугал-то как, уфф...
Из-за камня поднялся бородач, который улыбался мне вчера вечером на набережной. На нем была всё та же мешковатая куртка и потрепанная бейсболка.
– Извини, - сказал он со смешком, который подействовал
на меня, как красная тряпка на быка.– Что здесь смешного, интересно?
Мужик пожал плечами, но из вороха волос на его лице продолжали сверкать белые зубы.
– Прилег отдохнуть на травке, а тут ты... прыгаешь. Забавно было посмотреть.
Я почувствовала себя глупо, отчего на меня накатила досада. Отвернувшись, я бросила через плечо хмурое "Ну пока!" и поспешила ретироваться.
Торопясь оказаться подальше от неприятного бородатого весельчака, я целеустремлённо карабкалась на холм-обрыв, увенчанный замковыми развалинами. Вблизи каменное сооружение заслоняло половину неба и выглядело неправдоподобно огромным. Это производило подавляющее впечатление.
Раскаты грома становились мощнее, и к ним присоединились отблески далёких молний. Заморосил мелкий дождик, покалывая спину холодными каплями-иголками, и я развила прямо-таки фантастическую скорость, чтобы добежать до укрытия. Внешняя кольцевая стена Замка вместе с воротами была разрушена до основания, повсюду валялись ее детали - огромные валуны в шапках серо-зелёного мха, с которых торопливо спрыгивали тонкотелые ящерицы, потревоженные надвигающейся грозой и неожиданным вторжением. Однако внутренние ворота частично уцелели. Пробегая через них, я подозрительно покосилась на поднятую решетку - а ну как она вздумает рухнуть мне на голову, да и кто знает, в каком состоянии механизм?
Внутренний дворик - один из многих, судя по размерам огороженной стенами территории, - зарос сорной травой, которая наполовину засохла и не представляла интереса даже для неприхотливых баранов и овец. Каменный колодец скрылся в ее зарослях на две трети, отчего превратился в нечаянную, но смертельно опасную ловушку для любопытных туристов. Я успела пересечь дворик прежде, чем с неба хлынул ливень.
В ближайшую башню можно было попасть через вполне приличный проём в углу дворика. Спасая обувь от преследующих меня по земле первых потоков воды, я преодолела на одном дыхании два витка круговой лестницы, что вела на самую вершину.
"Надеюсь, ступеньки всё еще крепкие, - нервно подумала я.
– Если лестница подо мной развалится, лететь придется долго..."
Но пережидать ливень у подножия башни не хотелось, да и мысль о прекрасной панораме, которая должна открыться из башенных бойниц, манила и соблазняла. От стен пахло плесенью, но благодаря гулявшим внутри сквознякам запах был ненавязчивым и казался даже приятной составляющей обстановки.
Подъем завершился на восьмом витке. Через боковое отверстие можно было протиснуться на плоскую поверхность уцелевшей ограды с высокими зубцами, но там бушевала непогода. Жадно ловя ртом воздух, я обошла круглую площадку башни, ничего интересного не обнаружила и выглянула в узкое окно. Сквозь водяную пелену поселение со смешным жалобным названием просматривалось плохо.
– Так-так, - пробубнила я под нос, вооружившись маленьким туристическим биноклем.
– Что тут у нас...
При зрительном увеличении деревенские домишки, живописные издали, обернулись ветхими каменными сараюшками, на которые было тягостно смотреть. Еще одна иллюзия вдребезги.
– Вот так дела...
– расстроилась я вслух.
– Как там люди-то живут?
– Вот именно, - подтвердил голос за спиной.
– Сплошная антисанитария. И что с этим делать будем?