Чтение онлайн

— Это охранное заклинание? — спрашивает Пенни.

— Ага. Работает против целого списка личностей: от фанатов до мелких преступников и всех изгнанных ведьм. Удерживает их на месте, чтобы мы могли задать им вопросы.

Кори прищуривается на Милтона.

— Вы знакомы?

— Каждый ковен знает Де Лука, — говорит Милтон. — То Проклятие, что они создали, было большим событием в нашем мире.

— Пусти меня, — говорит Алонсо сквозь зубы.

— Нет. Здесь твоё место.

Пенни встаёт между Алонсо и Милтоном.

— Пожалуйста, выслушайте нас, прежде чем предположить,

что Алонсо пришёл сюда с какими-то злыми намерениями. — Она снова поднимает телефон. — Ваша семья сделала оберег для Баррионов, верно?

Милтон сверлит её взглядом.

— Мы не связывались с этим Проклятием. Мы сделали стандартный оберег от тёмной магии, а Баррионы используют его как хотят.

Что-то в беззаботном тоне Милтона заставляет Кори ощетиниться, и он говорит:

— Если он такой стандартный, почему вы сделали только один? И почему вообще согласились его делать?

Милтон игнорирует его и смотрит на Пенни.

— Какое отношение ты имеешь ко всему этому?

— Моя мама встречалась с тётей Кори, — говорит Пенни.

— А. Она мертва?

Кори качает головой.

— Пока нет.

Милтон вздыхает и протягивает руку.

— Тяжесть, как воздух, лёгкость, как земля.

Алонсо вскакивает на ноги. Его волосы растрёпаны, а в щеке застряли крошечные кусочки гравия.

— Я даю вам десять секунд, чтобы сказать мне, зачем вы на территории Пьеров, — говорит Милтон. — Раз…

Кори открывает рот, но Пенни опережает его, говоря быстро:

— Мы хотим узнать, почему ваша семья помогла Баррионам, когда другие ведьмы отказались, потому что мы хотим разрушить Проклятие и подумали, что вы могли бы рассказать нам о других ковенах в Айдлвуде, а также, возможно, согласиться помочь нам с заклинанием разрушения, потому что Алонсо сказал, что нет ковена сильнее вашего, и…

— Ладно, ладно, стоп. Не падай в обморок. — Милтон смотрит на Кори и Алонсо. — Вы правда пришли сюда вместе?

Кори вздыхает.

— Мы пытаемся… не знаю, что мы пытаемся. Всё, что можем.

— Интересно. — Челюсть Милтона дёргается в сторону, когда он разглядывает их. Он, кажется, принимает решение, потому что его лицо смягчается, и он говорит: — Моя прабабушка сделала тот Оберег. Он должен был помогать жертвам Проклятия Баррионов.

— Я думал, ваша семья не связывалась с Проклятием, — говорит Кори.

— Хотите узнать историю или нет?

Кори скрещивает руки и ждёт.

— Де Лука и моя семья когда-то тесно сотрудничали, так как мы оба оказались в Индиане в одно время, — говорит Милтон. — У Де Лука была долгая история в Италии; много силы в крови. Вы шли к тому, чтобы получить место в Совете. А потом появился Джованни. — Он качает головой. — У всех было плохое предчувствие насчёт него, но моя прабабушка спускала его поведение с рук.

— Почему? — говорит Кори.

— Думаю, она была слишком оптимистична. Она была близка с матерью Джованни. Она не хотела верить, что он может кому-то навредить.

— Но она ошиблась, — говорит Кори.

Милтон прищуривается.

— Проклятие не было её виной. Но да, она могла бы обуздать его, наказать, что-то сделать. — Он кивает на Кори. — И когда твой

отец пришёл за Оберегом, она почувствовала, что это меньшее, что она может сделать.

Почти невозможно представить, как его отец приходит сюда, настолько отчаянный, что умоляет ковен о помощи. Джеймс Баррион не проявляет привязанности. Он едва проявляет внимание. Кори ненавидит думать, что у него есть что-то общее с отцом, но он стоит здесь, на том же месте, где Джеймс стоял много лет назад.

— Если Оберег работает, я больше ничем не могу вам помочь, — говорит Милтон. — Моя прабабушка потратила год на создание этого Оберега, и она была величайшей ведьмой своего поколения. Любые дополнительные защитные заклинания будут слишком долго «вариться».

— Подождите! — говорит Алонсо, когда Милтон поворачивается, чтобы уйти. — Если этот Оберег должен защищать людей от Проклятия, почему он обжёг меня?

Милтон моргает.

— Как я и сказал, он отражает зло. По нашему определению, это касается всех Де Лука.

Алонсо делает шаг ближе к Милтону, но не слишком близко. Кори почти улыбается. Алонсо, возможно, действительно боится этого парня.

— Меня впечатляет, что ваши семьи смогли пережить старую вражду, но ведьма, проклявший вас, мертв, и вы ничего не можете сделать. — Милтон намеренно не смотрит на Кори или Пенни, пока говорит. — Хотел бы я помочь вам. Но мы должны защищать своих.

Все замолкают. Кори смотрит на Пенни в поисках какого-то сигнала, но она смотрит на асфальт, покусывая губу.

Через мгновение Алонсо выступает вперёд.

— Вы слышали историю о Пак Хэджон?

Лоб Милтона хмурится.

— Таких историй много.

— Ту, где она разрушила Проклятие, наложенное её предком на семью.

— Это легенда, чувак. Никто не знает, правда ли это.

— Насколько я знаю, люди смогли воспроизвести десятки её заклинаний. Раньше ведьмы говорили, что это тоже легенды.

Милтон издаёт резкий смех.

— Если кто-то и докажет, что потомок может разрушить Проклятие, это будешь не ты. У тебя нет магии, забыл?

Алонсо рассматривает его, и Кори знает это выражение лица. Он решает, отступить или драться — и Алонсо никогда не отступает. Пока они все смотрят, он поднимает руку к небу, и его голос приобретает странную монотонность.

— Соберитесь здесь, не забывайте о земле. Стройте круг, выпускайте облака.

Сверху раздаётся раскат грома. Облака начинают кружиться над головой, и сердце Кори выскакивает из груди. Он хватает Пенни за руку.

— Нам нужно зайти внутрь.

Но когда Пенни смотрит на небо, в её глазах нет страха. Они сияют чем-то другим.

Изумлением.

Кори готов затащить Пенни внутрь, когда гром гремит снова, и шум дождя становится всё ближе и ближе, пока…

Ничего. Дождь так и не пошёл.

По крайней мере, не на Кори, Пенни или Милтона. Дождь идёт идеальным кругом вокруг Алонсо.

Милтон смотрит широко раскрытыми глазами, его рот открыт. Наконец он поднимает руку и шепчет несколько слов, которые Кори не может разобрать. Дождь немедленно прекращается.

Опасная тишина опускается на них. Выражение лица Милтона мрачное.