Чтение онлайн

Алонсо не собирался её целовать. Это было бы невозможно. Но если бы он попытался — чего он никогда бы не сделал, — как бы Пенни отреагировала? Позволила бы она ему?

Пенни не может ответить на этот вопрос. Вместо этого она зарывается в микрофильмы. Она возвращается к году до начала Проклятия, затем на два года раньше, на три года раньше. Она даже не уверена, что ожидает найти.

Именно поэтому она чуть не пропускает фото.

Это репортаж с ежегодного бала Баррионов, за три года до смерти Элли и Джованни. Элли и Чарльз Баррион улыбаются в камеру, пока гости вечеринки толпятся вокруг

Кроме одного.

На заднем плане фото, смешиваясь с гостями, стоит Джованни Де Лука. Он смотрит на Чарльза и Элли Баррион, выражение его лица мрачное.

У Пенни перехватывает дыхание. Она читает подпись:

Чарльз Баррион и его жена Элли обнимаются, совместно проводя ежегодный семейный бал в поместье Мередит.

Взгляд Пенни снова находит лицо Джованни. Неправильно, шепчет подсознание. В этой фотографии что-то очень неправильно.

Потому что если это действительно фото бала Баррионов и оно было сделано спустя годы после того, как Элли вышла замуж за Чарльза Барриона, то какого чёрта Джованни там делал?

— Я был бы признателен, если бы ты убрал телефон, Кори.

Кори поднимает взгляд на отца, который сидит напротив него за столом.

— Ты смотришь в свой iPad.

— Я читал, а не переписывался. Переписываться в присутствии компании невежливо.

Кори почти говорит, что они не «компания», они семья. Но зачем беспокоиться? Отец Кори видит в нём только вложение, а не своего ребёнка. Кори даже не разрешают обедать с ним без рубашки на пуговицах.

Уоррен приносит огромную тарелку курицы, обжаренной на сковороде и плавающей в масле с вялеными помидорами. Кори касается кулаком его кулака, когда он проходит мимо.

— Спасибо.

— Итак, — говорит его отец, не поднимая глаз от статьи, которую читает, — как дела с Дилан?

— Нормально. Как обычно.

— Что-то, о чём нам следует знать?

Кори приходится сдерживаться, чтобы не закатить глаза. Баррионы относятся к романтическим чувствам больше как к медицинской проблеме, чем к сложной, загадочной и пугающей вещи, которой Кори всегда их представлял.

— Если бы была проблема, ты бы уже о ней знал.

— Мы не можем быть слишком не осторожными. Особенно учитывая ситуацию с Анитой Эмберли.

«Ситуацию». Будто неизбежная смерть миссис Эмберли — это казус, который можно замести под ковёр. Пренебрежение портит настроение Кори, и он говорит:

— Я бы никогда так не поступил с кем-то.

Его намёк очевиден: «Не так, как ты».

Джеймс барабанит пальцами по столу. Кори начинает потеть, и прежде чем он успевает осознать, он ищет способ сгладить ситуацию. Но тему меняет его отец.

— Я искал возможности для стажировки на следующее лето. У меня есть связи в Чикаго и Атланте, так что я организовал для тебя ознакомительные собеседования.

— На следующее лето? Но я собираюсь в Камерун, к семье мамы.

Джеймс одаривает

— Тебе нужно думать о своём будущем, Кори.

— Только об этом я и думаю.

Джеймс снова начинает листать iPad.

— Камерун не в приоритете. Ты увидишь бабушку с дедушкой, когда они прилетят сюда на Рождество.

Кори не привык спорить с отцом, потому что всегда проигрывает. Джеймс зарабатывает на жизнь спорами с людьми, будь то инвестиции, слияния или «оптимизация штата». Но в этот раз Кори не может остановиться.

— Мама хотела, чтобы я провёл время в Камеруне. Ты ей обещал, да?

iPad падает на стол, и рука Джеймса сжимается в кулак.

— Ты правда думаешь, что я забыл?

— Нет, но это место — часть меня, и я почти не бываю…

— Если бы твоя мать была здесь, чтобы отвезти тебя, я бы не возражал. Но её нет.

Тишина, повисшая после этих слов, болезненна. Уоррен снова появляется с подносом, на котором вода и кофе, но как только он ставит стаканы, Джеймс встаёт, засовывая iPad под мышку.

— Уоррен, мне нужно выехать в аэропорт.

Уоррен смотрит на нетронутую еду Джеймса, но не спорит.

— Я вернусь в следующие выходные, — говорит Джеймс, даже не взглянув на Кори, выходя из комнаты. Уоррен на мгновение кладёт руку на плечо Кори, прежде чем последовать за ним.

Кори пытается поесть, но во рту пересохло, и он едва может глотать. У него возникает странное желание написать в чат Книжного клуба «Уютный детектив», чтобы отвлечься. Он уже написал несколько строк для заклинания разрушения, которые Алонсо неохотно назвал «достаточно хорошими». Возможно, Кори стоит вызваться подменить Алонсо в кафе сегодня. Так он сможет увидеть, как дела у Пенни после того, что они пережили в Эмпориуме «Второй Мир».

Но Алонсо никогда не согласится поменяться сменами. И, честно говоря, Кори не стоит вторгаться в личное пространство Пенни. Они едва ли друзья. Их просто связывает общая травма.

Эта мысль отправляет Кори в дальний угол библиотеки, где стоит бар с алкоголем отца. Он наливает себе стакан виски и делает большой глоток. Жидкость обжигает горло и делает мир размытым по краям. Он благодарно вздыхает, падая в кресло и глядя в потолок.

Любил ли отец Кори свою маму? Тот факт, что она мертва, — достаточное доказательство, но Кори трудно представить, что его отец вообще кого-то любит. Он помнит, как смотрел фильм, где отец главной героини не мог смотреть на неё, потому что она была похожа на его покойную мать. Поэтому ли Джеймс так обращается с Кори? Возможно, отец Кори видит в нём не сына; возможно, Кори — напоминание о том, что он потерял.

Кори прижимает стакан с виски ко лбу, и холод возвращает его в реальность. Ему нужно сосредоточиться на том, что он может контролировать. Он может попытаться разрушить это Проклятие с Пенни и Алонсо. Он может попытаться спасти миссис Эмберли. Он может сделать так, чтобы Пенни никогда не потеряла кого-то так, как потерял он. Чтобы ей никогда не пришлось жить с этим страхом и гневом.

Если Кори никогда ничего не достигнет в жизни, помощь Пенни Эмберли в разрушении этого Проклятия станет достаточным. Возможно, тогда его отец увидит в нём нечто большее, чем вложение.