Чтение онлайн

Это было странно. Непривычно. Но не пугающе.

Вирр устроился рядом, положил голову мне на ногу. Дышал ровно, но я знал: не спит, тоже слушает, тоже чувствует меня теперь как-то иначе.

Рассвет пришел медленно, серым светом, просочившимся в пещеру сквозь узкий вход. Я поднялся, осторожно, чтобы не разбудить Вирра, но он уже открыл глаза и смотрел на меня.

Проверил повязку. Кровь остановилась, запеклась темной коркой, пропитав ткань насквозь. Рана саднила, дергала тупой болью, но терпеть было можно. Рука двигалась, пальцы сжимались – значит, сухожилия целы.

Вирр

встал следом, встряхнулся всем телом. Выглядел он отлично: шерсть блестела, глаза горели янтарным огнем, движения стали четче, резче, пружинистее. Сила чувствовалась в каждом шаге, в каждом вздохе.

– Пошли, – сказал я, подбирая топор и рюкзак. Мешочек с травами на месте, тяжелый, плотный. – Домой пора. Там, кажется, война на носу.

Мы вышли из леса, когда солнце уже перевалило за полдень. Впереди, за полосой вырубки, поднимались деревянные стены Мильска. Знакомые, уже родные, даже несмотря на то, что я никогда не считал этот город домом. Просто место, где можно отдохнуть и подготовиться к следующему шагу.

Плечо ныло тупой, навязчивой болью. Повязка, которую я менял каждый день, стирая, снова пропиталась сукровицей, но крови уже не было. Только желтоватая липкая влага, которую не остановить никакой тканью.

Рана не заживала, хотя прошла неделя. Для Практика с моей регенерацией это было максимально странно. Такие травмы обычно затягивались за пару дней, оставляя после себя розовые шрамы. Здесь же – будто Кровь Духа просто игнорировала поврежденное место, обтекала его, не желая тратить энергию.

Я покрутил рукой, проверяя подвижность. Работала. Почти свободно, только при резких движениях простреливала болью до локтя, и пальцы слегка немели. Значит, жить было можно. Для боя сгодится.

Вирр остановился у кромки леса, глядя на меня. В его янтарных глазах читался вопрос: идем вместе?

– Иди, – сказал я, махнув рукой в сторону чащи. – Я скоро вернусь. Как утрясу дела – приду.

Он понял. Коротко вильнул хвостом и растворился в тени деревьев – даже ветки не шелохнулись. Бесшумный, быстрый, опасный.

Я поправил лямку рюкзака, перекинул топор поудобнее и зашагал к воротам.

Стража пропустила без вопросов – меня здесь уже знали в лицо. Пара кивков от стражников, один удивленно-понимающий взгляд на забинтованное плечо, и я уже внутри, на знакомых улицах, ведущих к «Косолапому Мишке».

Трактир появился в конце улицы. Целый и невредимый, даже вывеска блестела свежей краской – видимо, Червин решил обновить после пожара. Красный медведь на темном фоне выглядел почти агрессивно.

Из-за здания, с заднего двора, раздавались голоса и стук. Удивленно подняв бровь, я открыл калитку и вошел.

Человек десять-двенадцать отрабатывали удары. Кто-то с деревянными дубинками, кто-то врукопашную, без оружия. Марк стоял в центре, покрикивал, поправлял, тыкал палкой в спины тем, кто ошибался. Роза работала с парой бойцов, показывая захваты – коротко, резко, без лишних движений. Олег, главное «приобретение»

моего отряда, гонял еще троих по кругу, заставляя уворачиваться от его быстрых выпадов. Уворачивались плохо – Олег был быстрее.

Я остановился у входа, наблюдая. И чуть не присвистнул, когда включил духовное зрение.

Марк – средняя стадия Сердца. Роза – поздняя, ярче, насыщеннее. Олег – средняя, как и был, но уже вплотную к поздней.

А те, кого они гоняли…

Семен. Илья. Александр. То, что эти трое на начальных Сердцах, не было новостью. А вот рядом с ними тренировались еще шестеро. Нина и Слава – я узнал их по движениям, по стойке, по тому, как держали плечи. Еще Дмитрий из старой гвардии Червина, Рома из второго набора моего отряда и двое незнакомцев, судя по всему, набранных уже после моего ухода. И все они светились плотным, ровным светом Сердца Духа.

Нина, Слава, Дмитрий и Рома – начальная стадия. Из парочки новичков один на начальной и один на средней. Итого, считая меня, тринадцать человек на Сердце. Четырнадцать, если учитывать Вирра, чья сила после прорыва тоже достигла примерно начального Сердца. Плюс, разумеется, Червин.

Меня заметили.

– Саша!

Семен первый оторвался от тренировки, рванул ко мне, едва не споткнувшись о собственную ногу. Остальные обернулись, и через секунду я был в плотном кольце.

– Вернулся!

– Живой!

– А мы уж думали, сгинул где-то в лесах…

Вопросы сыпались со всех сторон, перебивая друг друга. Меня хлопали по плечу – здоровому, слава Духу. Кто-то тискал руку, кто-то просто скалил зубы в улыбке.

– Как сходил? Нашел?

– Что с плечом? Подрался с кем?

Я поднял руку, останавливая поток вопросов. Ладонь замерла в воздухе, и все затихли, глядя на меня.

– Все нормально. Экспедиция удалась. Подробности позже. – Я обвел взглядом собравшихся, отмечая знакомые лица, новые ауры. – Вижу, вы тут тоже не сидели сложа руки. Поздравляю с прорывами.

– Это благодаря эликсирам, – подал голос Марк, подходя ближе и отодвигая плечом особо ретивых. Выглядел он уставшим, но довольным. – Червин раскошелился. Сказал, что, раз ты велел вкладываться в силу, будем вкладываться. Почти всю казну спустили, но результат видишь.

– Вижу, – кивнул я. Тринадцать Сердец. Даже у Семи Соколов меньше. – Где он, кстати?

– В комнате своей сидит, – ответила Роза, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. – Третий день уже. Велел никого не пускать, даже еду оставляем под дверью. Зайдешь – а тарелка стоит, нетронутая. Потом заберем, новую поставим.

– Что случилось?

– Ничего не случилось, – Марк пожал плечами. – Мы сначала думали, может, плохо ему, не хочет показывать. Но из-за двери слышно, как он там ходит, что-то отрабатывает, бормочет. Работает над чем-то. Есть все шансы, что это…

Он многозначительно замолчал, так как говорить о таком вслух считалось плохой приметой.

Я кивнул, прекрасно понимая, о чем идет речь. Скорее всего, Червин и для себя приберег несколько эликсиров, чтобы прорваться на пик Сердца. И значит, мешать ему нельзя. Ни в коем случае.