За границами книги
Шрифт:
— Всё хорошо. Я немного устала.
Джесси совсем загрустила. Я подошёл ближе к ней.
— Знаете, с дамами в наше время совсем не о чем поговорить.
— Отчего так? — оживилась она. — Я слышала, что, напротив, в ваше-то время вели пафосные долгие беседы.
— Между представителями мужского пола — да. А с дамами… Не знаешь, о чём и говорить. А если где-нибудь заметят наедине с девушкой, так тут же упрашивают жениться. Только после свадьбы можно узнать больше о девушке.
— А у нас всё наоборот, —
— Как ничего?
— Любовь проходит. Всё делается до свадьбы, и полное знакомство с девушкой – тоже до свадьбы.
Джесси совсем повеселела, хотя в её голосе мелькала грусть, а на глаза наворачивались слёзы.
— У вас кровь, — заметила она. Я отмахнулся.
— Знаете, с моей стороны беспардонно поступать, как поступают в современном мире, но… — я замолк на некоторое время. — Но я предлагаю перейти на «ты».
Джесси улыбнулась и кивнула.
Никогда не забуду Лондон XXI века.
Глава 23.
— Надеюсь, знакомство с ним будет полезно, — улыбнулась Джесси. Я улыбнулся в ответ, хотя в голове сквозили мысли о том, как мне вернуться домой.
Как ни в чём не бывало, я пришёл на завод в субботу, пробрался через чёрный вход в запасную комнату (спасибо Уиллу, который имеет ключи от чёрного входа) и пролетел через шкаф. План сработал отлично, без помарок, но оставалось загадкой, как я вернусь домой, никем не замеченный.
— Итан, ты меня слышишь? — Джесс щёлкнула пальцами перед моим лицом.
—Да, да, конечно. Всё взяла?
—Ага, можем выходить.
Я шёл медленно, тяжело ступая. «Чтобы я не выглядел необычно» — как выразилась Джесси, меня одели в современную одежду. Теперь мы с писательницей выглядели почти одинаково, ну, разве что у меня были тёмные короткие волосы, а у неё светлые и длинные. Идти в светло-голубых штанах, сжимающих ноги, и в коротком пальто — куртке — было проблематично.
— Здравствуйте, — сказала Джесси мужчине в очках, который встретил нас.
О, сколько же здесь книг! Держу пари, это что-то вроде библиотеки.
— А, так это вы — герой книги, — сложив руки вместе, произнёс он. — Очень рад.
Я поздоровался.
— Итан, это Стивен Мэррлоу, писатель. Мистер Мэррлоу, это Итан Корбес – главный герой моей книги, — представила нас Джесси. Я коротко кивнул.
— Любопытно, любопытно,— улыбнулся мистер Мэррлоу.
— Это вы написали «Границы свободы»?
Я, конечно, не раз читал имя писателя на обложке книги, но спросил чисто из вежливости.
— Вы читали? – брови писателя медленно поползли вверх.
— Да, довелось. На рабочем месте. Но пока не полностью.
— Интересно-интересно, — забормотал он. — Предметы из нашего времени можно переносить в книжный?
— Да, и обратно. Итан однажды принёс вещь из своего мира.
—
Какую?— Чертежи, — синхронно ответили мы с Джесси, взглянули друг на друга и улыбнулись.
— Так вы изобретатель? Чертовски интересно, — он не отрываясь смотрел на меня, потом подошёл ближе, с интересом рассматривая моё лицо. — Какие точные описания! Те же черты лица и… — он рассматривал меня с разных сторон словно скульптуру.
— Вы меня извините, — вдруг прервал он свои бормотания, обращаясь, видимо, ко мне. — Я всё время вызываю своих героев, но видеть настолько реальных чужих… — ему слов от восторга не хватало. — Так необыкновенно!
— Вы вызываете героев? — я удивился.
— М-м, скажем так… Я тоже вызываю героев.
Я с интересом посмотрел на писателя.
— Но как, сэр?
Он пожал плечами.
— Это началось шесть лет назад.
Я почувствовал, как земля улетает перед глазами, и совсем не потому, что я погружался в очередную сцену, которую пишет Джесси — настолько впечатлил меня рассказ писателя. Он говорил столь уверенно, точно рассказывал свою историю каждому первому встречному. Поистине гениальный писатель.
— Простите, сэр, — подал голос я, когда он закончил рассказывать. — Как ваши герои выходят из книги?
— Я долго над этим думал, много гадал, правда, зря, так как Альберт, герой моей книги, однажды мне всё рассказал. Говорит, что, когда окунается в море, оказывается в нашем мире. А, что говорить, я вас сейчас познакомлю. Следуйте за мной.
Мы пошли за писателем вдоль шкафов. Я решил, что в эту библиотеку давно никто не ходит — тому подтверждением был не только толстый слой пыли на шкафах, но и затхлый книжный воздух. Я отстал от своих спутников и остановился у одного из шкафа. Нет, не все книжные шкафы такие, как у нас на заводе. Не все перемещают во времени.
Я вытащил книгу в поблёскивающем переплёте. Позже Джесси объяснила мне, что такой переплёт называется глянцевым. «Безумная любовь», Стивен Мэррлоу. Чёрт, и здесь он. Я усмехнулся, поставил книгу обратно и двинулся догонять писателей.
Мистер Мэррлоу указал на дверь. Я вошёл первым и оцепенел. Перед глазами предстала улица — да! Обычная улица, которую я вижу каждый день. Здесь не проезжало железо на колёсах, не трубило своими необычайными звуками — мирная улица моей эпохи.
Светловолосый юноша заприметил нас и двинулся в нашу сторону. У меня почти не осталось сомнений, что это Альберт Заламов.
Он приподнял тёмный цилиндр, покоившийся на его голове, я же молча кивнул.
— Мисс, — улыбнулся он, взглянув на Джесси, и обхватил её руку обеими руками, наклонился и поцеловал. И уже потом обратился ко мне: — Здравствуйте, сэр.
Писатель улыбнулся, Джесси смущённо взглянула на меня. А мне она не протянула руку при встрече…