Тёмное пламя 1
Шрифт:
— Не соблаговолишь ли ты, прекрасная дева, одарить меня хотя бы одним танцем сегодня? — промурлыкал Мирверин.
— Пятый танец, — вежливо улыбнулась Рэйвен. Присовокупить к этим словам какую-нибудь игриво-велеречивую фразу, смягчающую полнейшее отсутствие интереса к Мирверину, оказалось выше её сил.
Рисунок пятого танца почти не предполагал объятий и соприкосновений. Она бы предложила и первый — тот был примерно таким же, к тому же вдвое короче, но его уже зарезервировали для князя Логрейна или Аэлфина, если Фаэррон опоздает к началу бала.
Мирверин улыбнулся, совершенно не выглядя разочарованным, и, отвесив лёгкий
«Примерно такое же будущее когда-нибудь ожидает и меня», — мысленно усмехнулась Рэйвен. — «Полное взаимное равнодушие в союзе, который нельзя расторгнуть.»
Третьим подошёл Риан. Выглядел он спокойным, но по его чуть расширенным зрачкам и сжатым губам Рэйвен поняла, что её друг едва сдерживает гнев. Мириэль и Аэлфин деликатно отошли кого-то поприветствовать, давая им возможность поговорить наедине.
— Что случилось? — негромко спросила Рэйвен.
— Мы с ней не виделись почти полгода, — он сухо улыбнулся. — И она мне сказала, что все её танцы на сегодня уже обещаны.
— Странное поведение для любящей женщины, — сочувственно улыбнулась Рэйвен, подумав, что он слишком злится для того, кто решил расстаться.
— И я сказал ей, — уже более спокойно продолжил Риан. — Что не вижу смысла в продолжении отношений с ней.
— И что ты намерен делать теперь? — осторожно поинтересовалась она, нашла его ладонь и легонько пожала, выражая поддержку.
Он в ответ улыбнулся, поднес её руку к губам и обозначил лёгкое касание:
— Танцевать. Кстати, подаришь мне два танца?
— Да. Седьмой и десятый, — улыбнулась Рэйвен, подумав, что танец с другом даст ей возможность чуть отдохнуть и отогреться душой после сложных танцев с Ниелленом и Мирверином. — И если вдруг на танец с цветком тебя не пригласят, сделаю это сама.
— И пойдёшь со мной на свидание? — по его губам скользнула лёгкая улыбка.
Танец с цветком был восьмым по счёту, с учётом седьмого танца, обещанного Риану, выходило два танца подряд с одной и той же персоной, а вкупе с десятым — и вовсе три танца, что по обычаям праздника Летнего Солнцестояния означало согласие провести эту ночь вместе.
— Почему нет? — Рэйвен чуть приподняла брови. — Это не худший вариант окончания вечера для нас обоих.
— Не худший, — согласился Риан, и на миг в его глазах мелькнуло странное, напряженное выражение, которого Рэйвен не поняла, но вдруг почему-то ощутила прилив жара к щекам.
— Ладно, иди уже, — усмехнулась она. — А то распугаешь и тех, кто не убоялся князя Имданка.
— Осторожнее с ним, — нахмурился Риан. — Он очень опасен и безжалостен.
— Хорошо, папочка, — сладким голоском пропела она и добавила уже более серьёзным тоном. — Иди. У тебя едва ли есть более четверти часа до начала бала.
Больше ни с кем познакомиться Рэйвен не успела, потому что в зал вошел князь Логрейна и направился прямо к ним.
Интермедия-5. Чёрный Маг из Чёрного Замка в Чёрном Лесу
— Мессир, в Зале Кристаллов творится неладное, — лицо Региса выражало глубокую озабоченность. — Мне кажется, вам нужно на это взглянуть.
— Это срочно? — недовольно
поморщился Сандаар, очень уставший после двух переходов через портал, выполненных за короткое время.— Да, мессир. Боюсь, что срочно.
Зал Кристаллов располагался глубоко под Чёрным Замком в ингрийском подземелье, обнаруженном двадцать лет назад. Стены его покрывала уродливая, отвратительно пахнущая серая губчатая масса, сочащаяся желто-зелёной, похожей на гной, жидкостью. В ней росли веретенообразные ядовито-розовые Кристаллы Жизни. Их применяли для излечения любой болезни и даже для воскрешения. Правда, перед этим кристалл следовало зарядить жизненной силой, умертвив живое существо (и не одно), желательно, как можно более мучительным образом.
Кристаллы Жизни были весомой статьёй дохода Эр-Тириона. Спрос был велик, и платили за них полновесным золотом, предпочитая «не знать», чем заряжены кристаллы. Цена самого маленького заряженного кристалла, который можно вставить в кольцо подобно драгоценному камню, равнялась десяти имперам — на эти деньги можно было купить боевого коня и комплект доспехов, а обычному селянину их хватило бы на лет пять безбедной жизни.
— Идём, — Сандаар, преодолевая тошноту и головокружение, поднялся из кресла.
Вход в подземелье находился под оранжереями Чёрного Замка. Оно было огромным, со сводчатым потолком, заставленное длинными рядами высоких каменных помостов с полукруглыми углублениями. Часть из них пустовала, но большинство заполняли омерзительно мерцающие зеленоватые сферы. Света они давали достаточно, чтобы разглядеть серые стены, от пола до потолка испещрённые оранжевыми ингрийскими рунами и металлические скобы на потолке, предназначенные для сна ингров — как и обычные летучие мыши, они спали, вися вниз головой. Из-за мерцания сфер любое движение в зале казалось рваным, дёрганым, запаздывающим, из-за чего ходить приходилось предельно осторожно, а глаза быстро уставали и начинали сильно болеть.
От главного зала расходилась во все стороны разветвлённая сеть широких коридоров, некоторые оканчивались комнатами, которые, вероятно, служили инграм складами: стеллажи от пола до потолка заполняли сваленные в полнейшем беспорядке предметы странного вида и непонятного назначения.
Большинство представляло собой узкие полые причудливо переплетённые трубки, внутри которых что-то перекатывалось с сухим шуршанием. Материал напоминал драконью кость, но легче и намного прочнее: стальной топор отскакивал от них, не нанося ни малейшего вреда. Зато малейший контакт с солнечным светом превращал трубки в серую пыль.
О том, что находится в подземелье, знали только Сандаар и орденские маги высших степеней посвящения — шестой и седьмой. То есть, всего тринадцать человек, три мага седьмого уровня и девять магов шестого уровня. Адептам уровня ниже шестого было запрещёно входить в подземелье, что Сандаар объяснял смертельной опасностью для непосвящённых и неподготовленных. Им не рассказывали о происхождении кристаллов и многих других артефактов. Им говорили, что артефакты изготовлены лично Сандааром и высшими магами. Для них это звучало правдоподобно, во всяком случае, до сих пор никто не усомнился, поскольку ингрийская магия очень походила на магию Распада, практикуемую Эр-Тирионом, только была исключительно предметной. Сами ингры, судя по всему, магическими способностями не обладали, зато умели создавать и выращивать магические артефакты.