Чтение онлайн

Еще чуть дальше два легиона Нового Гиса бились стенка на стенку, пока их сержанты в железных полушлемах c гребнями из конского волоса выкрикивали команды на своем невразумительном диалекте. На первый взгляд казалось, что армия гискарцев сильнее, чем отряды юнкайских солдатов-рабов, но Тирион все же в этом сомневался. Возможно, легионеры вооружены и организованы подобно Безупречным… вот только евнухи не знали другой жизни, а гискарские воины были свободными гражданами, служившими всего три года.

Очередь у колодца растянулась на четверть мили.

В пределах дневного перехода от Миэрина насчитывалась всего лишь горстка колодцев, поэтому ждать всегда

приходилось долго. Большая часть юнкайского войска брала воду из Скахазадхана, что Тирион считал весьма скверной идеей еще до того, как услышал предостережение лекаря. Те, кто поумнее, старались ставить свои лагеря выше отхожих мест по течению реки, но и они все равно располагались ниже города.

Тот факт, что в пределах дневного перехода от города вообще остались чистые колодцы, лишь подтверждал невинность Дейенерис Таргариен в вопросах, касающихся осадного искусства. Ей следовало отравить каждый колодец. В таком случае всем юнкайцам пришлось бы пить из реки. И тогда бы мы посмотрели, сколько бы продержалась эта осада. Тирион не сомневался, что его лорд-отец поступил бы именно так.

Каждый их шаг сопровождался веселым звоном колокольчиков на ошейниках. Какой сладкий звук, сразу хочется выдавить кому-нибудь ложкой глазные яблоки. Сейчас Утка, Халдон и Гриф со своим молодым принцем, вероятно, уже добрались до Вестероса. Я должен быть с ними… но нет, мне понадобилась шлюха. Мало мне было убийств родной крови, захотелось же еще дырки и вина, чтоб залить свое горе, и вот те раз — я не на том конце мира, в рабском ошейнике с золотыми колокольчиками, извещающими о моем прибытии. Если я правильно станцую, возможно, смогу прозвенеть «Рейнов из Кастамере».

Не было лучшего места для сбора новостей и слухов, чем в очереди у колодца.

— Я знаю, что я видел, — рассказывал старый раб в ржавом железном ошейнике, пока Тирион и Пенни топтались в очереди, — а видел я, как дракон отрывал руки и ноги, разрывал людей надвое, сжигал их дотла — только пепел да кости оставались. Люди побежали, пытаясь выбраться из той ямы, но я пришел посмотреть зрелище и, хвала всем богам Гиса, я его увидел. Я сидел на фиолетовой скамье и не переживал, что дракон может на меня напасть.

— Королева забралась на спину дракона и улетела, — настаивала высокая смуглая женщина.

— Она попыталась, — возразил старик, — но не смогла там удержаться. Я слышал, что арбалеты ранили дракона, да и королеве тоже попали аккурат между ее сладкими розовыми сиськами. Вот тогда-то она и упала. Она умерла в канаве, раздавленная колесами фургона. Я знаю девчонку, которая знает человека, который видел ее смерть.

В этой компании мудрее всего было бы просто молчать, но Тирион не смог не вытерпел:

— Тела-то не нашли, — сказал он.

Старик нахмурился:

— Да что ты вообще можешь знать?

— Они там были, — вмешалась смуглая женщина. — Это они, карлики-рыцари, которые сражались на турнире перед королевой.

Старик покосился вниз, как будто впервые их увидел:

— Вы те, кто ездили верхом на свиньях.

Наша дурная слава нас опережает. Тирион изобразил учтивый поклон, воздержавшись от упоминания о том, что одна из свиней вообще-то была собакой.

— Эта свинья, на которой я езжу, на самом деле моя сестра. У нас похожие носы, вы не заметили? Волшебник заколдовал ее, но если вы подарите ей крепкий влажный поцелуй, она превратится в прекрасную

женщину. Жаль только, что едва познакомившись с ней, вам сразу же захочется поцеловать ее еще разок — чтоб превратилась обратно.

Вокруг раздался взрыв смеха. Даже старик, и тот не смог удержаться.

— Значит, ты ее видел, — сказал рыжеволосый мальчик позади них. — Видел королеву. Она правда настолько прекрасна, как говорят?

Я видел стройную девушку с серебристыми волосами, завернутую в токар, наверное, следовало ответить ему. Ее лицо закрывала вуаль, а я так и не подошел достаточно близко, чтобы рассмотреть. Я скакал верхом на свинье.

Дейенерис Таргариен сидела в ложе хозяина ямы возле своего гискарского короля, но глаза Тириона были прикованы к рыцарю позади нее, облаченному в бело-золотые доспехи. Несмотря на то, что черты его лица скрывались в тени, карлик узнал бы Барристана Селми где угодно. Иллирио оказался прав хотя бы насчет этого, подумал он тогда. Однако узнает ли меня Селми? И что он сделает, если узнает?

В тот самый момент он почти решил открыться, но что-то его остановило — осторожность ли, трусость или инстинкт, можно называть это как угодно. Он не мог представить себе, что Барристан Смелый встретит его иначе кроме как с враждебностью. Селми никогда не одобрял присутствия Джейме в своей драгоценной Королевской Гвардии. Перед восстанием старый рыцарь считал его слишком молодым и неопытным, после — часто говорил, что Цареубийце следует снять свой белый плащ и надеть вместо него черный. Собственные же грехи Тириона были еще хуже. Джейме убил безумца. Тирион всадил арбалетную стрелу в пах собственному отцу — человеку, которого сир Барристан знал и которому долгие годы служил. Несмотря на это, он, наверное, все-таки рискнул бы открыться, но тут Пенни нанесла удар по его щиту, и момент оказался упущен навсегда.

— Королева наблюдала за нашим поединком, — рассказывала Пенни рабам в очереди, — но то был единственный раз, когда мы ее видели.

— Должно быть, вы и дракона видали, — заметил старик.

Если бы… Боги не удостоили его даже этим. Когда Дейенерис Таргариен упорхнула, Нянька заковывал их лодыжки в кандалы, чтобы на обратном пути к хозяину они не попытались сбежать. Если бы только их надсмотрщик ушел после того, как привел их на бойню, или смылся с остальными рабовладельцами, когда с неба спустился дракон, — два карлика могли бы уже гулять на свободе. А точнее, бежать, позвякивая нашими маленькими колокольчиками.

— Там был дракон? — Тирион пожал плечами. — Я знаю только, что никаких мертвых королев не находили.

Старика это не убедило:

— Ну, они насчитали сотни трупов. Их стащили в яму и сожгли, хотя половина уже была обуглена. Может быть, они не узнали ее, разбившуюся, обожженную и в крови. А может, и узнали, но решили ничего не рассказывать, чтобы вы, рабы, не подняли шум.

— А сам-то не раб? — возмутилась смуглая женщина. — Ты тоже носишь ошейник.

— Ошейник Газдора, — похвастался старик. — Мы с ним знакомы с рождения. Я хозяину почти что брат. Рабы вроде вас, отребье из Астапора и Юнкая, скулят о свободе, но лично я не отдал бы драконьей королеве свой ошейник, даже если бы она предложила взамен отсосать мой член. Иметь хорошего хозяина все же лучше.