Стена
Шрифт:
– - Да брось, Саш!
– - снова отмахнулась Настасья, -- Просто не заморачивайся! Поверь моему опыту: если не будешь часто русифицироваться, проблем не будет.
Слова гражданки Азовской Республики вновь заставили Александра понервничать: незаконное пересечение границы в квадрате -- о чём она вообще только думает?
– - А долго ещё идти?
– - стараясь унять дрожь в коленях, спрашивал он.
– - Так почти пришли -- вон!
Немного растерянный, Саша повернул голову и увидел впереди конец тоннеля -- где-то метрах в ста впереди труба расширялась, оканчиваясь перекрестием путей, за которым сразу следовала недлинная, разделённая на две узкие платформы станция метро. Светло-голубые стены, серебристые короба-колонны по бокам -- всё это отчётливо напоминало Саше такой знакомый "Парк имени Горького", конечную Октябрьской линии. По мере приближения к станции в тоннеле становилось всё светлее и вскоре они
Добравшись до цели, девушка быстро вскарабкалась по невесть откуда взявшейся тут лестнице, ведущей на левую платформу, и юркнула в чуть приоткрытую служебную дверь. Стараясь не отставать от проводницы в этом чуждом ему мире, Саша поспешил последовать примеру. Выходя наверх, северянин на всякий случай прикрыл за собой дверцу, обернулся и застыл: глазам Александра предстала стихийная торговля. Непонятно как разместившись на узкой платформе, от начала и до самого конца "Парка имени Горького" везде стояли наспех сооружённые палатки с самым разнообразным товаром. Вдоль светло-голубых, отделанных плиткой стен, возле самых путей, вплоть до двери, ведущей в Россию, стояли торговые точки -- каждый ютился на этой ограниченной площади как мог. Овощи, фрукты, сладости, травы, специи, какие-то украшения, музыкальные инструменты -- непередаваемый ассортимент запахов и звуков, доносящихся буквально отовсюду, просто сводил с ума неподготовленного покупателя. Чем, собственно, и пользовались продавцы -- лица кавказской национальности, как правило, третьего-четвёртого десятка лет, вовсю зазывали к себе двух молодых людей, зашедших сюда по пути на поверхность.
Заметив растерянность на лице Саши, Настасья быстро схватила его за руку и поскорее потащила к лестнице, ведущей на выход. Взглядом пролетая мимо откуда-то взявшегося тут киоска с лапшой, парень вдруг понял, что жутко голоден и уже подумал было остановить свою спутницу перекусить, но тут вспомнил, что у него совсем нет здешних денег, и жадно пожирая глазами так аппетитно пахнущую вермишель, разочарованно поплёлся за южанкой. Дойдя до середины платформы, жительница Азовской Республики резко свернула на крутые, круто уходящие вверх ступеньки. Ноги Саши занемели от волнения -- подумать только: он -- в другой стране! Здесь! Сказал бы ему кто, что он когда-нибудь тут окажется, ушам бы своим не поверил! Похоже, это понимала и Настасья, и потому, быстро протащив Сашу мимо давно не работающих турникетов, не дав тому отдышаться, пулей выскочила из наземного вестибюля на улицу и гордо, чуть выпятив грудь, произнесла:
– - Ну... Добро пожаловать в Южный Саратов!
Вылетев как камень из пращи на небольшую площадь перед входом на станцию, Саша немного отдышался, поднял голову и громко охнул -- глазам человека из Северного Саратова предстал город, совершенно, абсолютно не похожий на то, что когда-то было его малой родиной. Невысокие, с виду очень уютные, окрашенные в синие, красные или оранжевые тона двух-- или трёхэтажные домики с большими пластиковыми окнами и пологой крышей, поставленные впритык друг к другу, за кованой оградой парка соседствовали с неброской тротуарной плиткой проходящей мимо них широкой пешеходной улицы. Яркие огни протянутых меж высоченных фонарных столбов электрических гирлянд переливались всеми возможными цветами с ощутимым преобладанием белого, синего или зелёного. То справа, то слева, глаза Александра то и дело выхватывали откуда-то из тени всё новые и новые рекламные вывески, в большинстве своём написанные на английском или китайском.
Но главное -- люди: на улице "южного" города было полно людей. Молодые, старые, европейцы, азиаты, одетые по самой невообразимой моде, в деловые костюмы, платья или простенькие спецовки городских рабочих, со стороны они все казались одной большою живой массой, хаотично движущейся во все стороны. Шум десятков голосов, трелей, звонков велосипедов, визг моторов каких-то скутеров, топот ног и ещё множество незнакомых звуков смешались в один сплошной гвалт, никак не усваиваемый ушами. Растерянно оглядываясь по сторонам, Саша попросту не знал, куда смотреть: на рабочих азиатской внешности, спешно меняющих лампочку в недавно перегоревшем фонаре, на очередную вывеску с рекламой какой-то газировки или на негритёнка с длинными дредами, беззаботно разговаривающему по своему одетому в
вычурный кислотно-зелёный чехол телефону. Глаза северянина раз за разом разбегались от такого огромного количества индивидуальностей: многогранный, невообразимо разносторонний, непохожий ни на что другое и в то же время такой знакомый, Южный Саратов выглядел ожившим фото с открытки из далёкого будущего, где культуры всего человечества столь тесно переплелись, что поди пойми, где это вообще находится.– - Впечатляет?
Вопрос Настасьи сперва показался Саше риторическим, но потом увидел, насколько она внимательно его разглядывает, и неуверенно пробормотал:
– - Ну-у-у... Да уж.
– - Тогда let's go -- весело улыбнулась в ответ южанка и снова схватила его за руку.
– - Э-э-эй, ты куда?
– - испугался Саша.
– - Гулять!
– - невозмутимо пискнула Настасья и рьяно потащила его прямо в толпу.
Удивлённому такому настрою Александру просто не оставалось ничего другого, кроме как следовать прямо за ней. Боязливо, словно впервые в жизни окунаясь с головой в ледяную прорубь, Саша влился вслед за Настасьей в это столпотворение и тут же испуганно вцепился в маленькую, тоненькую ручонку, всерьёз опасаясь потерять в круговерти свою проводницу. Мечась из стороны в сторону, стараясь ни с кем не столкнуться, северянин как мог старался унять свой страх перед толпой. И стоило ему чуточку поуверенней расправить плечи, унять дрожь одеревеневших ног, чуть повыше поднять подбородок, как проблема разрешилась сама собой -- начиная замечать перед глазами Сашу, идущая навстречу толпа просто сама начала тактично огибать его. В конце концов до него дошло: не так уж тут и людно.
– - Кхм-хм! Итак, -- характерно прокашлявшись, строя из себя заправского экскурсовода, Настасья вновь заговорила -- Ты впервые оказался в Южном Саратове, втором по величине городе Азовской Республики после Редпрезента и её отдельной административной единице...
– - Редпрезент?
– - удивлённо переспросил её Саша.
– - Бывший Краснодар, наша столица -- пояснила она и сразу продолжила, -- Южная часть города состоит из трёх районов -- Central, Industrial and Right-side, бывший Энгельс -- и шестидесяти четырёх кварталов, каждый из которых в чём-то индивидуален. Здесь есть три китайских квартала, индийский, польский, украинский, итальянский...
– - А русские кварталы тут есть?
– - неожиданно перебил её Саша.
– - По-моему, нет. Предупреждаю сразу, город восстанавливали почти с нуля, от прежнего Саратова осталось не так много, так что многого ты тут просто не узнаешь. Ну думаю, это ты и так понял -- сказала Настасья и игриво подмигнула ему.
– - Да уж...
Вознамерившись показать что-то Саше, девушка полезла в карман куртки за маленьким чёрным клатчем, открыла его и тут же удивлённо вытаращила глаза.
– - Holly sh... Ой!
– - Что такое?
– - увидев растерянность в лице Настасьи, Александр заранее приготовился к худшему.
– - Да нет, просто...
– - заметив его испуг, та быстро убрала клатч в карман, -- С-слушай, ты не против, если мы сперва в банк завернём? А то я деньги забыла снять со счёта.
Настасьина просьба заставила Сашу задумчиво запрокинуть голову.
– - Ну если ты против, то я потом заскочу -- мне не к спеху...
– - Да нет, -- заметив в лице южанки смущение, Александр быстро замахал руками, -- Просто... Разве они ещё работают? В смысле... Время-то уже начало десятого.
Взглянув отчего-то на Сашу, как на идиота, Настасья тут же прыснула со смеху.
– - Что?
– - Прости. Извини меня -- быстро сдержавшись, лицо Таси снова стало невозмутимо вежливым, -- Просто... У нас банки круглосуточно работают. Конечно, не все виды операций выполняют, но по крайней мере, не закрываются каждый раз, когда закончится мелочь.
– - Э-э-э... Понятно -- сказал житель страны, где работа банков по тридцать минут перед обедом и полтора часа после -- по сей день обычное дело.
– - Так, тогда...
– - взглянув на часы, Настасья заявила, -- Дуй за мной.
Саше не оставалось ничего другого, кроме как поддаться ей. Поразительно, насколько ловко даже с учётом своей комплекции Настасья управлялась с кучей людей на улицах -- изящно маневрируя то в одну, то в другую сторону, девчушка умудрялась пронырнуть в таких местах, где её знакомый с Севера даже не подумал бы пролезть. Саше в этом вопросе приходилось куда сложней: помимо более крупного телосложения, с непривычки северянин то и дело вылетал на "встречку", терялся, путался в толпе. Изо всех сил стараясь не потерять из виду свою компанию, Александру приходилось в буквальном смысле идти по головам -- один или два раза Саша даже случайно прошёлся прямо по каскам спешно латавших плитку тротуара рабочих, попытался быстро извиниться, но взамен услышал лишь громкие выкрики на польском, заставившие его поскорее удрать от тех опасных ребят.