Сердце Лабиринта
Шрифт:
Как будто Надежре под твоей рукой можно что-то сделать, кроме как стать лучше: сказал Альсиус, и от гордости, прозвучавшей в этом утверждении, поднялись потоки воды. Варго легонько ударился головой о колонну и уставился на кристально чистые звезды. Они располагались на черном бархате неба, но ему показалось, что на восточном краю поднимается голубой свет.
Прочистив горло, он сказал: — Осталось не так много времени, если тебе нужен источник. И нам придется пройти мимо стражников.
— Я могу помочь с этим.
Мягкий ответ принадлежал Рен и был произнесен ее собственным голосом. Когда Варго повернулся, протирая
Пауки не умеют плакать, тем более мысленно, но Альсиус все равно умудрился произнести слова с запинкой::О, хорошо. Я надеялся попрощаться с тобой:
Она сделала сетеринский реверанс Альты Ренаты, поднеся одну руку к противоположному плечу. — Алтан Альсиус, для меня это было честью.
И они вместе пошли к источнику, вновь сиявшему безмятежным светом, когда последние паломники — те, кто не успел раньше или сбежал во время хаоса, — пили из его вод. Одного из стражников не было, но его место занял кто-то другой: фигура, которую Варго узнал по бюсту, когда-то стоявшему в его кабинете.
— Алтан Габриус, — произнес Варго с ясностью, не уступающей Ренате с ее манжетами. Он мог отпустить Альсиуса, но ему не должен был нравиться человек, уводящий его. — Попрощайся со своими ушами. Сейчас их оттопырят.
::Сюда! Пушистая лапа ударила Варго в челюсть.::Я говорю только тогда, когда мне есть что сказать!
Из уважения к моменту, подергивание уголков рта Мирселлиса не переросло в полноценную ухмылку. Но в его словах проскользнула завеса веселья: — И я уверен, что это бывает довольно часто.
Затем он повернулся к Варго и поклонился. — Надеюсь, со временем мы узнаем друг друга получше. Судя по тому, что сказал о вас Альсиус, я подозреваю, что у нас может быть много интересных бесед. Я постараюсь закончить их до того, как ты бросишь в меня чем-нибудь.
В груди Варго немного ослабло напряжение. Если Альсиусу и придется уйти, то, по крайней мере, он будет в безопасности с призрачным отцом Рен.
Думаю, это прощание.
::Нет. Как любят говорить врасценские? Мы встретимся снова, когда дорога приведет меня домой:
Когда река встретится с морем, подумал он, потому что не мог подобрать слова. Сняв Пибоди с плеча, он с трудом подбирал слова, но наконец сумел спросить Мирселлиса: — Так... как это работает? Я должен просто... бросить его в воду?
::Не смей! пискнул Альсиус. Я знал, что ты проводишь слишком много времени с этим отступником:
Мирселлис сказал: — Если Рен опустит его внутрь, я смогу отделить его дух от тела.
Небо стало заметно светлее. Последняя толпа паломников, жаждущих отведать воды, стала подходить слишком близко. Рен крепко обняла Мирселлиса, и сквозь туман печали, окутавший сердце Варго, он понял, что она тоже прощается с отцом.
Взмахнув рукой, Варго передал Пибоди Рен и отошел.
В отличие от Танакис, Мирселлис не стал нырять в воду. Он просто шагнул вперед и растворился в свете. Затем Рен опустилась на колени и, прошептав прощание, опустила Пибоди на светящуюся поверхность воды.
Только... пообещай, что не вернешься в Люмен, не предупредив меня.
Рен остановилась прямо над плещущейся водой. Альсиус поднял передние лапы и разноцветное брюшко Пибоди в знак приветствия: — Я не уйду, пока ты не сделаешь этого, мой мальчик:
Он не уйдет. Он не мог. Но это обещание не просто связывало их жизни. Это было напоминание о том, что, даже будучи разлученными, они прошли этот круг вместе.
По кивку Варго руки Рен погрузились в свет. И когда она убрала их, паук, зажатый в ладонях, лежал неподвижно, а разноцветные отметины на его брюшке обесцветились.
Скрытый храм, Старый остров: Феллун 6
Тесс уже почти стянула с себя юбку, когда в туннеле, ведущем к скрытому храму, послышался шум. Не обращая внимания на предостережения Седжа и сдерживающую руку Павлина, она бросилась к Рен, как только та появилась. Задыхаясь от облегчения и нетерпения, Тесс лишь крепче прижалась к ней, вдыхая теплый уют благополучно вернувшейся домой сестры.
— Мать и крона, меня так и тянет сшить чехол без рукавов и зашить тебя в него на все Вешние Воды, — прошептала она в щеку Рен.
— Усыпи меня, пока будешь это делать, — устало рассмеялась Рен. — Просто чтобы быть уверенной.
Отстранившись, Тесс погладила врасценский наряд Рен, словно курица, клюющая птенца. — Я прибыла совсем недавно — мне потребовалась целая вечность, чтобы найти шкипера, который доставил бы меня из Белого Паруса, — но Седж говорит, что некоторое время все было странно, прежде чем все улеглось. Вы вовремя нашли Танакис? Она...
Выражение лица Рен не было похоже на скорбь, и Тесс выдохнула последние остатки напряжения. — Заперта, пока мы не решим, что с ней делать. Но она отступила, пока не стало слишком поздно. У нее не было желания причинить кому-то вред.
Желания или нет, но ей это вполне удалось. Сидя с Павлином в доме Белого Паруса, Тесс находилась за пределами распространяющегося тумана хаоса, но он задел их, когда они спешили на Старый остров. По сравнению с другими она отделалась легким испугом: На несколько мгновений желание найти брата и сестру рассеялось, и она обняла Павлина... и крайне маловероятный шанс, что они смогут преодолеть некоторые физические обстоятельства и завести ребенка.
Это желание они отложили, чтобы обсудить позже, когда бред исчезнет и они поспешат убедиться, что это не временная отсрочка.
Не отрываясь от Тесс, Седж быстро проверил, не причинили ли Рен вреда. — А что с остальными?
— Грей ушел к Алинке и детям. Варго...
Глаза Рен влажно блестели, когда она отстранилась от объятий. — Альсиус умер, — тихо сказала она. — Не умер; вместе с моим отцом он решил уйти в сон. Так что он снова может быть самим собой. Варго развлекается политикой.
Тесс застонала, прижалась к груди Павлина и спрятала лицо в ладонях. — При таком хрупком мире это должно было случиться. Неужели нам грозит еще один бунт? Революция? Насколько это будет плохо? — Если отбросить практичность всего этого дела, то не было ли бы это своего рода безумием, если бы они с Павлином родили ребенка в таком неспокойном мире?