Чтение онлайн

Его каблук зацепился за что-то, и он чуть не упал. Трость Мевиени, самой Шзорсы, нигде не было. Грей подхватил ее; взяв в другую руку меч в ножнах, он использовал их как прутья, чтобы отталкивать людей. Он крикнул Ижрани: — Идите в дом! Ворота!

Он открыл достаточно большую щель, чтобы они могли убежать. Через эту щель Грей мог видеть, как распускается Черная Роза Ажераиса: лепестки из черной кожи, шипы с серебряными лезвиями и красные губы, которые он должен был поцеловать.

Вожделение охватило его нутро и крепко сжало, а затем перешло в тепло. Ему не нужно было гнаться за ней. Они уже принадлежали

друг другу.

Но Роза должна иметь своего Рука.

Грей протиснулся сквозь толпу, пробиваясь к открытому пространству. Он опустил трость, чтобы накинуть капюшон, и чуть не споткнулся о какого-то дурака, стоявшего на его пути.

Дурака, которого ему уже приходилось спасать. И снова пришлось спасать. Варго, стоящий на коленях в центре нумината... и наносящий чернила на точку сосредоточения чуть выше шрама их братства.

Он имбутинг. Пристальное внимание мужчины, не замечающего споткнувшегося о него Грея, говорило об этом со всей очевидностью. Что бы ни делал Варго, он собирался отдать за это свою жизнь.

Рук мог спасти его. Как он уже спас бесчисленное множество других.

Развернув мягкую черную шерсть, край которой был искусно прошит нуминатрией, Грей накинул капюшон на голову Варго.

Варго упал на спину, когда что-то окутало его разум и прогнало туман бреда.

Оскалившись на мир, ярче дневного света, на непроглядную черноту, сменившую полинявший изумруд его плаща, он вскочил на ноги. Непрошеный груз чужого присутствия поддерживал его, как балласт в узкокорпусном ялике.

::Что это? Голос Альсиуса был скрипучим от замешательства, и у Варго сложилось впечатление, что третье присутствие, навязавшееся им, глубоко сомневается в том, чтобы делить разум не с одним, а с двумя знатными людьми.

Мы — Рук, подумал Варго, зажимая рукой запястье, чтобы остановить кровь, пульсирующую из пореза, который он только что вырезал на внутренней стороне предплечья. Он недоверчиво хмыкнул и сглотнул. И Танакис прыгнула в источник. Подожди.

Он схватил Грея и, опираясь на силу и инстинкты Рука, прижал его к задней стене сцены. Рубашка Грея разорвалась достаточно легко, но Варго не мог освободить его, чтобы добраться до ранца инскриптора.

– Ни компаса, ни кромки, ни мела, — пробормотал он с мрачным юмором, и другой голос наложился на его собственный, пока даже он не смог его узнать. — Ну и ладно, я все равно в порядке.

В кошмаре Фиавлы он использовал Униат и сигил Селниса, чтобы призвать Грея к себе. Не имея ни чернил, ни кисти, Варго обошелся тем, что у него было: кровоточащим порезом на запястье. Сдернув рукав и перчатку Рука, он засунул палец в порез и аккуратно вывел сигил, а затем нарисовал вокруг него простой круг — для самосознания Униата.

Такая защита не продержится долго. Но, может, оно и к лучшему, что не продержится, потому что Варго был уверен, что только что имбутинговал ее.

Голос Грея звучал неуверенно, но отчетливо. — Не думаю, что ты должен стать моим преемником.

– Определенно нет, — ответил Варго, и его искренние чувства отозвались в

духе, окутавшем его. — Но спасибо, что заставил меня опомниться. — Нуминат, который он начертал... он никогда бы не создал тело. Нуминат был не для этого. Но на мгновение он поверил в это.

Поверил настолько, что умер за это.

Потому что источник извергал безумие, как гадюка. Весь амфитеатр был охвачен хаосом; насколько Варго знал, весь город тоже. Что пытается сделать Танакис?

На фоне мерцающего света показалась фигура в черном. На этот раз не Танакис: Варго узнал бы Рен где угодно, в каком бы обличье она ни была.

– Пойдем, — прорычал он и оттащил Грея от стены.

Рен стояла, балансируя на краю источника.

Она всегда знала, что это нечто большее, чем просто бассейн с водой. Это было величайшее благословение врасценского народа; это было самое святое место Ажераиса; это был источник силы узора. Питье из него давало истинные грезы, понимание всех связей, скрепляющих мир.

Это был канал. Средство, с помощью которого сила Ажераиса проникала в мир.

И если она могла направлять ее... то могла бы направлять и силу А'аша. Высвободить Изначальное желание не просто в виде кратковременного катаклизма, а в виде непрерывного потока.

Рен не могла разглядеть в мерцающем свете ни тени, которая могла бы быть Танакис. Чтобы найти кузину и остановить ее, пока не стало слишком поздно, Рен должна была последовать за ней.

Когда она, покачиваясь, направилась к пульсирующим водам, кто-то поймал ее за запястье.

– Я думал, ты не очень-то умеешь плавать, — сказал Рук.

Пока он говорил, Грей подошел к ней с другой стороны и осторожно взял ее за руку. — Ты все еще думаешь, Сзерен, что должна все делать одна. Теперь ты знаешь лучше.

С одной стороны — Рук, с другой — Грей, на груди которого красовался нуминат, словно нарисованный кровью. Это была не Рывчек в капюшоне. — Варго?

– Объяснения потом, — с легким юмором сказал Грей. — Сейчас спасаем Надежру.

– Мы делаем из этого ежегодное событие? — пробормотал Рук. Варго: Даже в истинных грезах Рен не смогла бы понять этого.

Спорить было некогда. Если она хотела остановить Танакис. Рен сглотнула и прошептала: — Я не знаю, что мы найдем внутри. И не знаю, сможем ли мы выйти.

Рук пожал плечами. — Я не отпущу тебя одну. — И Грей, подняв ее руку, поцеловал ее пальцы.

Вместе они втроем прыгнули в свет.

Ажераис.

Леди -

Богиня моего народа...

– Я знаю, кто ты.

Рен парила в пространстве без земли, окутанная водами, которые не были водой. То, что текло мимо нее головокружительными, извилистыми потоками, было силой Ажераиса, сдобренной всепоглощающими желаниями А'аша... и чем-то еще, что Рен узнала.