Сердце Лабиринта
Шрифт:
Она убежала наверх, оставив Рена среди ухмыляющихся свадебных гостей. Донайя прервала застолье словами: — Думаю, нам пора достать вино, не так ли? Пойдем, Скаперто.
Это дало Рен достаточно свободного времени, чтобы обнять Седжа и Варго. — Спасибо, — прошептала она. — Я не знаю, какими они будут, но теперь я смогу найти ответы.
Исла Пришта, Вестбридж: Киприлун 2
Из-за отсутствия слуг Донайя смогла сбегать
— С тобой все в порядке? — спросил Скаперто, снимая крышку с ящика. — Эта история с шалью... У Рен могут быть другие родственники.
Кровная семья, он не сказал. Та, которой врасценцы дорожили больше всего.
Вздохнув, Донайя облокотилась на стол в центре кухни. Трудно было представить, что Рен будет спать здесь на полу. И трудно считать ее врасценской, несмотря на все доказательства. — Все это непросто, — призналась она. — Раньше я думала, что следующей семейной свадьбой, на которой я буду присутствовать, станет свадьба Леато.
Скаперто оставил вино и подошел взять ее за руку. — По сравнению с ним я легко отделался. Все, что мне нужно делать, — это притворяться, что я не замечаю беглых радикалов, притаившихся в углу. — Он заколебался, потом сказал: — Я помог им выбраться из тюрьмы Докволл, знаете ли. Точнее, я помог той женщине Черной Розе вытащить их.
Донайя подавила порыв сказать ему, что это была Рен. Она рассказала Скаперто многое из того, чем поделился с ней Рен, но только то, что касалось города. Что на самом деле случилось с Гисколо и что за всем этим стоят медальоны Изначальных. Моя семья, — бессвязно произнесла она, рыдая у него на плече. Все это время. Отравленные Трикатом и А'ашем. Неудивительно, что они придерживались старых традиций Лиганти, часто заключая браки между собой, а не приглашая чужаков. Джанко приходился ей троюродным братом.
— Ты хороший фульвет, — тихо сказала она. — Никогда не думала, что скажу это... но я рада, что управление находится в твоих руках, а не в наших. В твоих чище. — Насколько им было известно, Дом Квиентис возвысился благодаря собственным заслугам; он никогда не владел медальоном.
Положив его руку на свою, она почувствовала, как он вздрогнул. — Это заставляет тебя сомневаться во всем, не так ли? Агниет, Иаскат и я должны были встретиться с этим Андрейкой, ты же знаешь. Мастер Серрадо попросил нас о свадьбе: сегодня перемирие, завтра дипломатия, если мы сможем найти мирный путь. Теперь, когда я знаю об этих... вещах... — Он замялся, потом покачал головой. — Я даже не знаю, как действовать дальше.
— В интересах города. Как ты всегда и делаешь.
Скаперто тихонько рассмеялся. — Знаешь, что я подумал, когда узнал, что Рен — это врасценская самозванка? После всех этих «что под светом Люмена» и "как это вообще возможно, — я имею в виду. Я подумал, что неудивительно, что она работала над усмирением беспорядков. Чтобы очистить Западный канал. Теперь в этом гораздо больше смысла. — Он отнял руку от руки Донайи, чтобы провести ею по лицу. — Что моя реакция говорит о нашем народе?
Взрыв хихиканья наверху избавил Донайю от необходимости искать ответ. — Я знаю, как звучат дети, которые замышляют недоброе, — сухо сказала она, отталкиваясь от стола. — Если госпожа Серрадо не будет осторожна, этот имп заведет ее дочь в дурные путы. Пойдемте, а то люди заподозрят, что мы затеваем здесь что-то неподобающее.
Скаперто
поймал ее прежде, чем она успела сделать больше шага. — Жаль тратить впустую прекрасные подозрения, — сказал он. И Донайя, улыбаясь, позволила ему притянуть ее к себе для поцелуя.
Исла Пришта, Вестбридж: Киприлун 2
Заставив сестру плакать на глазах у всех, Седж поклялся не провалить единственное задание на сегодня: проследить, чтобы Рен не забрела в подвал и не сунула в карман артефакт Изначальных. При таком скоплении народа, как он полагал, она была в полной безопасности, но рисковать не стоило.
У двери в гостиную стояло кресло, но его заняли две кошки, свернувшиеся вокруг друг друга, как луны-близнецы. Не желая рисковать своей шкурой, беспокоя уродливого желтого кота Аркадии, он притащил тонкое веретенообразное кресло с жестким сиденьем и устроился в нем часовым.
— Разве ты не должен улыбаться на свадьбе своей сестры? Ты похож на человека, съевшего горсть червей.
На этот раз Идуша пила хорошее вино, а не дешевый зрел, но ее слова вернули Седжа в уголок Вестбриджа и к моменту, о котором он надеялся, что она забыла. Его щека запульсировала при воспоминании о ее кулаке.
— А. Да. — Он настороженно посмотрел на стакан в ее руке. Она была из тех женщин, которые готовы разбить бутылку, чтобы ударить мужчину. Но, наверное, не на свадьбе? «Рен сказала, что вы нас раскусили. — Она также сказала, что Идуша смеялась. Но, возможно, этот добрый юмор распространялся только на тех, кто не выставлял себя на посмешище.
Идуша прислонилась к стене, нависая над ним. — Я простила ее. А вот ты — ты чуть не сломал мне руку.
— С моим лицом. — При воспоминании об этом у него свело челюсть.
— Идуша сказала, что его лицо — не единственная часть, которая ее интересовала. И, возможно, не для битья. Седж сдвинулся с места, насколько это было возможно, не вставая с кресла, и стал искать в комнате кого-нибудь, кто мог бы его спасти.
— Жаль, что так вышло. Это мое лицо, которое можно бить.
Кто-то, кроме Варуни. Сегодня она держалась от Варго на странном расстоянии, но неужели она должна была вместо этого переметнуться к Седжу? Когда она подошла к нему с другой стороны, он сгорбился, чувствуя себя мышью, попавшей между двумя хищными кошками. Сидящий в кресле рядом с ним демон-зверь Аркадии приоткрыл один желтый глаз и широко зевнул. Как будто Седжу нужно было напоминать, сколько зубов у кошек.
— Не то чтобы я был против, — сказал он, когда тишина с каждым мгновением становилась все более напряженной, — но, по крайней мере, можем ли мы договориться, что никто не будет переставлять мои части тела до тех пор, пока моя сестра не выйдет замуж?
Идуша взболтала вино в своем стакане. — Я могу согласиться с этим, — сказала она, подняв бровь, как будто задала Варуни вопрос.
— Я не разделяю.
— Тогда я оставляю его на твою милость. — Смеясь, Идуша осушила свой стакан. — Это вино ужасно. Мне нужно еще.
Когда она ушла, чтобы пофлиртовать с графином, Варуни перевела взгляд на Седжа. Он махнул рукой Рен, увлеченной разговором с Двараном. — Я просто присматривал за сестрой, — сказал он, чувствуя себя виноватым, сам не понимая почему.