Сердце Лабиринта
Шрифт:
— Рен? — Его крик был анемичным. — Грей? — Варго потянулся к воротнику, чтобы утешить Альсиуса, и обнаружил, что там так же пусто, как и на месте его падения.
Они могли быть где угодно. У сна было столько же слоев, сколько и сновидиц, и после этого путешествия по спирали он даже не мог быть уверен, что они находятся в этом пустом городе вместе с ним — хотя ему казалось, что это так. По шее поползли мурашки, словно ее щекотали холодные пальцы.
— Черт, — пробормотал он, прислонившись спиной к стене. Все вокруг пульсировало кошмарным светом, которого Варго
Перевязанный порез, а над ним — амулет с узлом.
Варго заставил себя подумать. У него был узловой амулет; у него был свежий порез; у него был нуминат на груди, который плохо заживал. И все это не принесло пользы. Варго сосредоточился, пытаясь представить, как из них выходят нити, но ему не хватало умения Рен работать со сном. Нуминатрия тоже не могла решить эту проблему: ни одна надпись не могла направить его в их сторону, и, если только он не захочет призвать Изначальных, ни одна надпись не сможет перетянуть Альсиуса, Рен и Грея на свою сторону.
Но в одном направлении кошмар был страшнее, чем в других. Там, где облака над головой собирались и грохотали, как нарастающий крик.
Злыдень утащил Рен. Если она и была где-то, то, скорее всего, там, где все было наиболее ужасно. Варго вцепился пальцами в стену, скребя ногтями, словно цепляясь за последний клочок здравого смысла.
— Следуй за этим чертовым Злыднем, — прорычал он. — Отличная идея. — И, оттолкнувшись от стены, он направился навстречу страху.
Рен опустилась на землю на пустынной улице, а компанию ему составил одинокий Злыдень.
Варго не было. Ни Грея. Она потеряла контроль над обоими при переходе в... что бы это ни было за место.
— Где они? — потребовала она. Может, перед Рен и стоял монстр из ее детства, может, от нее исходил ужас, словно все вокруг было залито кровью Злыдня, но в этот момент гнев пересилил страх. — Куда ты их послал?
Злыдень низко присел, как Тефтель в тот единственный раз, когда Рен видела, что он действительно плохо себя вел и был за это наказан. Монстр из ее детства выглядел... раскаявшимся.
Рен это нравилось еще меньше, чем ухмылка, которой он одарил ее после испытания. Ей было не по себе от того, что она вела себя как лидер тварей, убивших Леато.
Обняв себя за плечи, она огляделась по сторонам, словно Грей или Варго могли появиться из переулка. Но вокруг никого не было, даже изменчивых, полувидимых теней из сна. Город был абсолютно пуст.
Впрочем, она уже видела его раньше. Но не этот кошмарный вариант, а живой город, полный людей. В снах, которые снились ей с тех пор...
С тех пор как вернула Трикат.
Но ведь в ту ночь она сделала не одно дело, не так ли? Она достала медальон... и укрепила свою связь со Злыднем. А она-то думала, что до этого испытания она ни на что не влияла. Очевидно, она ошибалась.
— Ты, — сказала она, глядя на Злыдня. — Ты посылаешь мне эти сны. Почему?
Злыдень
не смог ответить; она не думала, что злыдни способны говорить. Злыдень лишь низко зарычал и сделал несколько шагов, оглядываясь через одно неправильно сросшееся плечо, ожидая, что она последует за ним.— Только не без остальных, — сквозь зубы произнесла Рен. Если они были во сне, пусть даже в каком-то кошмарном уголке Злыдня, то она могла этим воспользоваться. Все, что ей нужно было сделать, — это следовать за...
Она пошатнулась и уперлась в стену. Искать нити, связывающие ее с Греем и Варго, было все равно что заглядывать в яму пустого источника, где Злыдень разорвал Леато на части. Бездонная, рычащая пропасть, место, оставленное даже Ажераисом.
Может быть, вой Злыдня и должен был утешить. Но существо было частью того, от чего она отшатнулась, и от этого звука Рен только вздрогнула с головы до ног.
— Зачем ты притащил меня сюда? — потребовала она. — Все это время ты чего-то хотел от меня. Чего?
В ответ Злыдень отошел на небольшое расстояние, оглядываясь через плечо. Еще один вой.
Он хотел, чтобы она последовала за ним. Так же, как оно хотело, чтобы она последовала за ним во сне.
— Алло? Есть кто-нибудь?
От звука человеческого голоса сердце Рен подпрыгнуло. Но это был не Грей и не Варго — а кто еще может быть в этом месте? Она инстинктивно прижалась к осыпавшейся стене, отступая к углу.
В этом городе были все те взлеты и падения, которых так не хватало Надежре. С высоты Рен было видно, как по крутому склону холма спускается площадь, где бесцельно бродит человек в перистом плаще и кричит. — Куда вы все подевались? Я пытался удержать...
Человек в плаще Лиганти, с волосами цвета темного меда. И в этом голосе было что-то чертовски знакомое...
Она спрыгнула на крышу, потом на балкон, потом на землю. Мужчина обернулся, чтобы посмотреть. И хотя она никогда раньше не видела его лица, семейного сходства оказалось достаточно, чтобы подтвердить ее нелепую надежду.
— Рен! Слава Люмену, ты в безопасности — и смотри! — Юбки его плаща развевались, когда он поворачивался, демонстрируя стилизованные нуминаты, вышитые кобальтом и аметистом. — Я снова человек!
— Альсиус. — Рен не могла отвести взгляд. — Как...
Он восхищенно рассмеялся. — Это ты мне скажи! Ты же эксперт в вопросах сна, в конце концов; я никогда не был телесно связан с царством разума. Смотри, у меня есть руки!
Она поймала их, когда он помахал ими перед ее лицом. — Альсиус, где Варго?
Это приглушило его головокружительную радость. — Я не знаю. Мы разделились и... О, свет Люмена защищает нас, это одно из тех существ...
Злыдень последовал за ней, сползая по стене, как сползал по колонне во время испытания. Альсиус спрятался за спиной Рен, и у нее возникло тревожное чувство, что он забрался бы к ней под волосы, если бы мог.
— Мы найдем их, — сказала Рен, стараясь говорить увереннее, чем чувствовала сама. — И разберемся со всем, что эта тварь хочет. А потом уберемся отсюда к чертовой матери.