Чтение онлайн

Например, два месяца назад какой-то кретин вздумал манипулировать на энергостанции не теми ручками, что надо. И, конечно, в результате взорвал пять городских кварталов. Это было рассмотрено всеми, включая и жрецов, как великая священная месть.

— Я смутно помню, в газетах что-то писали об этом случае. Правда, не пойму, к чему вы клоните.

— Тогда послушайте, — напряженно сказал Борт. — Каста священников образует иерархию, во главе которой стоит король. На него смотрят как на полубога. Он является абсолютным монархом, помазанником божьим, и в это свято верят и народ, и жрецы. Короля нельзя просто

так взять и скинуть. Теперь вы поняли?

— Подождите, — вмешался в разговор Вальто, — что вы имели в виду, когда сказали, что это дело рук Хардина? Он-то тут при чем?

Борт с горечью посмотрел на него.

— Основание поддерживает этот обман изо всех сил. Оно поддерживает его всеми научными достижениями. На Анакреоне нет ни одного праздника, на котором король не появился бы без священной радиоактивной ауры, сияющей вокруг его тела и поднимающейся короной вокруг головы. Каждый, кто прикоснется к нему, сгорает заживо. В критические минуты король может перемещаться по воздуху из одного места в другое. Считается, что это происходит по мановению Святого Духа. По мановению его руки храмы освещаются неземным жемчужным светом. Можно без конца перечислять все эти простые трюки, которые мы предоставили в его распоряжение, но даже сами жрецы, исполняющие для короля эти трюки, верят в них.

— Плохо, — сказал Сермак, закусив губу.

— Мне хочется плакать фонтанами Городского парка, — образно и честно признался Борт, — когда я думаю о том шансе, который мы прозевали. Возьмите ситуацию 30 лет тому назад, когда Хардин спас Основание от Анакреона. Анакреонцы не понимали, что старая Империя терпит крах. Они занимались своими делами, и даже когда все коммуникации были прерваны и дед-пират нынешнего короля Анакреона воцарился на троне, так до конца и не осознали, что Империи капут.

Если бы у императора хватило смелости, он смог бы восстановить свое положение, послав туда всего лишь два боевых крейсера. И, вне всякого сомнения, император нашел бы поддержку и внутри страны. И мы, мы могли сделать то же самое, но нет. Хардин насадил поклонение монарху. Лично я этого не понимаю. Почему? Почему? Почему?..

— Что, — вмешался Джеймс Орси, — делает Вересов? Ведь когда-то он был одним из активнейших сторонников Партии действия. Чем он там занимается? Господи, неужели он тоже слеп?

— Я не знаю, — жестко сказал Борт. — Он для них первосвященник. Насколько я понял, он ничего не делает, ограничиваясь одними советами и указаниями жрецам по техническим деталям. Первосвященник, черт его побери, первосвященник!

Наступило молчание, и все взгляды устремились на Сермака. Молодой лидер партии нервно грыз ногти, затем громко сказал:

— Ничего хорошего. Тут что-то не так.

Он оглядел своих собеседников по очереди и добавил еще более энергично:

— Значит, Хардин просто глуп?

— Похоже на то, — пожал плечами Борт.

— Никогда! Во всем этом что-то есть. Надо быть неимоверно глупым человеком, чтобы так тщательно и бесповоротно перерезать собственное горло. А Хардин далеко не дурак, я его таковым не считаю. С одной стороны, организовать религию, которая бы исключала всяческую возможность беспорядков внутри страны, с другой стороны, вооружить Анакреон самым совершенным оружием. Я этого не понимаю.

— Готов признать,

что здесь что-то не так, — сказал Борт, — но факты остаются фактами. Что нам еще остается думать?

— Да это просто предательство, — нервно сказал Вальто. — Они ему заплатили.

Но Сермак нетерпеливо мотнул головой.

— Этого я тоже не думаю. Происходит нечто ненормальное, лишенное смысла. Скажи, Борт, ты что-нибудь слышал о старом имперском крейсере, который Основание должно отремонтировать и привести в полную боевую готовность для флота Анакреона?

— Боевом крейсере?

— Старом имперском крейсере.

— Нет, не слышал. Но это ничего не значит. Космодромы там считаются святыми религиозными местами, на которые народ не должен глядеть. Никто никогда даже не ведет разговоров о военном крейсере.

— Но до нас дошли слухи… Некоторые члены нашей партии высказались по этому поводу на Совете. Хардин ничего и не подумал отрицать. Его представитель заявил, что слухи ходят разные, но ничего и не подумал объяснять. На этом все и закончилось. Это может иметь какое-то значение?

— Так же, как все остальное, — ответил Борт. — Если это правда, то это — абсолютное безумие. Хотя и не больше, чем все остальное.

— Мне кажется, — заметил Орси, — у Хардина нет никакого секретного оружия. Это просто…

— Ну да, — рассердился Сермак. — Такой чертик в коробочке, который выскочит в нужный момент и заставит Венуса упасть в обморок. Основание легче взорвать самое себя, чтобы не мучиться, чем рассчитывать на какое-то секретное оружие.

— Ну что же, — сказал Орси неторопливо, меняя тему разговора. — Тогда поставим вопрос так: сколько у нас еще осталось времени?

— Вопрос что надо! Но не ждите от меня ответа. Пресса на Анакреоне вообще никогда не упоминает про Основание. В газетах сейчас полно статей о предстоящем празднике и ничего больше. На следующей неделе Лепольд станет совершеннолетним.

— Тогда у нас в запасе еще несколько месяцев.

Вальто улыбнулся в первый раз за весь вечер.

— Это дает нам возможность продержаться еще немного…

— Черта с два нам это дает! — нервно выкрикнул Борт. — Говорю вам, король для них — Бог! Вы что, думаете, что ему придется вести в народе пропагандистскую кампанию, чтобы поднять в народе боевой дух? Или он будет изо всех сил агитировать своих людей, обвинять нас в агрессивности, рассчитывая на дешевые эмоции? Когда придет время начать нападение, Лепольд отдаст приказ, и его люди пойдут драться. Все очень просто. Это самая проклятая из всех систем. Ты не задаешь вопросов Богу. Он может отдать приказ уже завтра, и ничего с этим не поделаешь.

Все собравшиеся пытались говорить одновременно. Сермак нетерпеливо стучал кулаком по столу, когда входная дверь отворилась и в комнату ввалился Леви Нораст. Он остановился, стряхивая со своей куртки мокрый снег.

— Вы только поглядите, — вскричал Леви, кинув газету на стол. — По всем каналам телевидения передают одно и то же.

Пять голов склонились над развернутой газетой.

Сермак сказал хриплым голосом:

— Великий Космос, он едет на Анакреон!

— Это предательство! — возбужденно пискнул Тарки. — Черт меня побери, если Вальто не прав! Он нас просто предал. А сейчас едет за своей платой.