Основание
Шрифт:
Факелов притащили очень много, и теперь тронный зал снова был ярко освещен. Венус подбежал к трону, все еще стоявшему у окна, и вытащил оттуда бледного, забившегося в угол Лепольда. Дядюшка встряхнул короля и поставил его на ноги.
— Пойдем со мной.
Венус посмотрел в окно. В городе было темным-темно. Снизу раздавались хриплые беспорядочные крики толпы. Только справа, где стоял храм, еще сверкала иллюминация. Он злобно выругался и потащил короля за собой.
Принц ворвался в свои покои, молча таща за собой короля, в сопровождении пяти охранников.
— Хардин, — завопил он. — Вы играете с огнем, о который сами рискуете обжечься.
Хардин не обратил
— Добрый вечер, ваше величество, — улыбнулся мэр Леопольду. — Я поздравляю вас с коронацией.
— Хардин! — вновь вскричал Венус. — Прикажите своим жрецам вновь вернуться в храмы.
Хардин холодно взглянул на него.
— Приказывайте им вы, Венус, и тогда мы посмотрим, кто из нас играет с огнем, о который можно обжечься. В настоящий момент на Анакреоне не вертится ни одно колесо, не горит ни одна лампочка, кроме как в храмах. На планете не работает ни один отопительный прибор, кроме как в храмах. Больницы не принимают пациентов, энергостанции закрылись. Все воздушные аппараты приземлены. Если вам это не нравится, Венус, вы и прикажите жрецам вернуться на свои места. Что же касается меня, то я этого не хочу.
— Клянусь Космосом, Хардин, я прикажу! Если дело идет к развязке, да будет так! Посмотрим, смогут ли ваши жрецы противостоять армии. Сегодня ночью каждый храм на планете перейдет в военное ведомство.
— Прекрасно! Но как вы собираетесь отдавать приказы? Каждая линия коммуникации на планете прервана. Вы убедитесь сами, что радио не будет работать, равно как телефоны и телевизоры. Честно говоря, единственный аппарат на планете, который будет функционировать, не считая тех, что в храмах, конечно, — это телевизор, находящийся в этой комнате, и то он настроен только на прием.
Венус тщетно боролся со своим прерывистым дыханием, Хардин же продолжал:
— Если хотите, можете приказать своей армии захватить Арголидский храм, рядом с дворцом, а затем использовать ультракоротковолновые передатчики, имеющиеся там, чтобы наладить контакт с другими частями планеты. Но если вы это попытаетесь сделать, то, боюсь, ваша армия будет разорвана на кусочки толпой, и кто же тогда защитит дворец и ваши жизни, Венус?
С трудом дыша, тот ответил:
— Мы еще можем бороться, дьявол. Мы продержимся день, а когда прибудут новости, что Основание завоевано, толпа поймет, на какой пустоте была построена ваша религия, и покинет своих священников, ополчившись против них. Я даю вам время до полудня, Хардин, потому что вы можете остановить все машины на моей планете, но не сможете остановить мой флот.
Венус говорил все более возбужденным, ломающимся от волнения голосом:
— Они уже в пути, Хардин, а во главе — тот самый крейсер, который вы так любезно согласились нам отремонтировать.
— Да, — легко ответил ему Хардин. — Крейсер, который я сам приказал починить… но так, как мне этого хотелось. Скажите мне, Венус, вы когда-нибудь слышали об ультракоротковолновом реле? Нет, вижу, что не слышали. Что ж, минут через пять вы сами увидите его в действии…
Пока он говорил, экран телевизора внезапно зажегся, и Хардин поправил себя:
— Нет, через две секунды. Садитесь, Венус, и слушайте…
Тео Апорат считался на Анакреоне священником самого высокого ранга. Благодаря этому статусу его назначили Главным Жрецом на космолете «Венус». Но дело было не только в ранге. Тео принимал участие в ремонте космолета под руководством людей Основания. Он изучал двигатели и все оборудование по их приказам.
Апорат
починил телеэкраны, наладил коммуникации, выправил вмятины на корпусе, наладил волшебные лучи. Ему даже разрешили помочь, когда люди Основания собрали святой прибор, который никогда еще не устанавливался на кораблях королевства и был создан специально для этого колосса, — ультракоротковолновое реле.Поэтому нет ничего удивительного в том, что у Главного Жреца болело сердце, когда он узнал, для какой цели предназначается этот замечательный корабль. Он не хотел даже верить тому, что сказал Вересов: будто крейсер должен был выполнить такое жуткое злодейство, будто его пушки должны обратиться против могущественного Основания. Против того Основания, где он в молодости учился, того Основания, из которого исходила вся святость. И все же теперь у него не осталось сомнений, особенно после того, что сообщил адмирал.
Как мог король, благословенный Богом, позволить себе такой кощунственный акт? И был ли это король? А вдруг это приказ проклятого безбожника Венуса, а король об этом ничего даже не знает? А сын этого самого Венуса и был тем адмиралом, который сказал ему пять минут назад:
— Займитесь своими душами и своими благословениями, жрец, а уж я займусь кораблем.
Апорат недобро улыбнулся. Он займется своими душами и своими благословениями? Своими проклятиями! Принц Лефкин скоро запоет не так. Сейчас Апорат вошел в главную радиорубку, за ним — младший священник. Два офицера звездолета, стоявшие на вахте, не сделали никакого замечания. Главный Жрец имел право входить в любые помещения корабля.
— Закройте дверь, — приказал он священнику и взглянул на хронометр. До двенадцати оставалось пять минут. Апорат правильно рассчитал время. Быстро и уверенно он передвинул рычажки, которые давали радио- и телесвязь со всеми помещениями огромного двухмильного крейсера.
— Солдаты королевского звездолета «Венус»! Внимание! Говорит ваш Главный Жрец.
Апорат знал, что звуки его голоса, многократно усиленные, были сейчас слышны и у атомных пушек, и в кают-компаниях, и в самом сердце корабля — навигационном отсеке.
— Ваш корабль, — вскричал он, — предназначен для кощунственных целей. Что и говорить: с вашего неведения он совершает такое действие, которое проклянет душу каждого из нас на вечное молчание ледяного Космоса. Слушайте! Намерение вашего командира — привести корабль на Основание и, подчинив его своей греховной воле, напасть на этот источник благословений. Поскольку это является целью принца Лефкина, я, во имя Галактического Духа, смещаю его с командования, ибо его команды не могут быть благословлены Галактическим Духом. Сам божественный король ничего не сможет сделать без согласия Галактического Духа.
Голос стал глубже, и младший священник слушал его с трепетом, а двое офицеров — со страхом.
— И так как этот корабль выполняет дьявольское поручение, с него снимается благословение Галактического Духа.
Апорат торжественно поднял руки, и у тысяч телеэкранов солдаты затрепетали, глядя на своего Главного Жреца.
— Во имя Галактического Духа и его пророка Хари Сэлдона, его учеников — святых людей Основания — я проклинаю этот корабль. Пусть телекамеры этого корабля, являющиеся его глазами, ослепнут. Пусть пульты, являющиеся его руками, парализуются. Пусть атомные пушки, являющиеся его кулаками, застынут. Пусть моторы, являющиеся его сердцем, перестанут биться. Пусть связь, являющаяся его голосом, оглохнет. Пусть вентиляция, являющаяся его дыханием, замрет. Пусть свет, который освещает все вокруг, уйдет в ничто. Именем Галактического Духа я проклинаю этот корабль.