Чтение онлайн

Встав с дивана, я подошла к двери и толкнула ее плечом. Заперто. Ручки не было, только врезной замок. Я наклонилась к нему и прислушалась. Где-то недалеко послышались приглушенные голоса.

— Эй! — крикнула я, прежде чем успела подумать, а стоит ли вообще привлекать внимание. Но не сидеть же здесь вечно, мучаясь от неизвестности?

Голоса на секунду смолкли и заговорили снова.

Я вернулась к дивану и села. Хотелось пить. Надо было зазубрить заклинание, которое переносило к демону. Сартаэль вроде всегда пребывал в человеческой среде. Хотя, наверное, можно оказаться прямо в небе и рухнуть оттуда. А вот Шемхазай предпочитал

Послышались шаги. В замке повернулся ключ. Я напряглась.

Дверь отворилась. На пороге стоял Лазарь. Одет он был точно так же, как на кладбище — белый плащ, неуловимо отливающий серебром, маска на лице. В этот раз он не вызвал у меня мистического трепета. Внутри вскипела злость. Сначала этот гад навредил Сартаэлю, а теперь похитил меня!

— Есть разговор, — сказал он.

— И для этого, конечно, нужно было запирать меня и связывать?

— Твои руки связаны, чтобы ты не использовала заклинание. Простая предосторожность. Вставай.

Я неохотно подчинилась.

За дверью оказался коридор, такой же мрачный и неухоженный, как и комната. Лазарь в своем сверкающем плаще выглядел здесь совершенно неуместно. Как персонаж яркого фантастического мира, по ошибке перенесшийся в нашу скучную реальность.

В конце коридора была лестница, ведущая вниз, в огромное пространство с бетонными колоннами. Напоминало склад или подземную парковку какого-нибудь большого торгового центра. Большая часть помещения тонула в темноте, лишь где-то вдалеке маячил свет.

Спускаться со связанными за спиной руками было неудобно, я боялась упасть и останавливалась на каждой ступеньке. Лазарь меня не торопил и даже не думал помогать.

Стоило сойти с последней ступеньки, над нами вспыхнул свет. Потом он погас, но зажглась следующая лампа, и так постоянно, по мере того, как мы продвигались вперед. В ярких вспышках я хорошо разглядела Лазаря. У него были слегка волнистые светлые волосы, чем-то напоминающие Люсьена, бледное лицо с острыми скулами. Когда он оборачивался, в прорезях маски тускло сверкали холодные глаза.

Наконец мы остановились в месте, где колонны расступались, образуя довольно большую площадку, и сердце у меня больно екнуло. То, что я увидела, выглядело едва ли не более жутким, чем черная комната с коконом и пауками.

На полу громоздилось несколько блоков, поставленных полукругом, в странной последовательности — какие-то чуть ближе, какие-то дальше. На них сидели люди в масках. У одних они были с вытянутым клювом, у других — без, у одних полностью закрывали лица, у других оставалась открытой нижняя часть. Плащи были белыми, синими и черными. Люди замерли в обыденных позах, неподобающих такому облачению — кто-то, уперев локти в колени, подпирал подбородок, кто-то сидел закинув ногу на ногу. Однако это не слишком успокаивало, тем более что все прорези для глаз уставились на меня.

Но больше всего нервировал пол. На нем черной краской была начертана пентаграмма. Не классическая, в виде пятиконечной звезды, но похожая — круг, несколько лучей, в центре — уже знакомая мне змея с иглой.

Я очень надеялась, что идти дальше не придется, однако Лазарь взял меня за локоть и вывел точно на центр изображения. Пришлось застыть там, перед полукругом внимательно разглядывающих меня людей. Я старалась выглядеть вызывающе, но, подозреваю, получалось скверно. Приходилось делать усилия, чтобы, не дай бог, не задрожали ноги. Я думала о Сите,

Лазарь присоединился к остальным и сел на блок у самого края пентаграммы.

— Алиса, — сказал он. — Ты осознала серьезность моего предостережения?

Я вспомнила Сита, его ухмылку, черную половину лица. Отвечать на вопрос не хотелось.

— Может, лучше расскажете, откуда вам известно про Истару, Джоанну и остальных, — сказала я и сама удивилась, как холодно прозвучал мой голос. — Вы ведь тоже связались с демоном?

— Нет. Нам помогают светлые силы.

Ну конечно, так я и поверила. То ли предпочитают скрывать правду, то ли и мысли не допускают, что Аэмон или кто-нибудь еще мог их обдурить.

— Но вам ведь нужна книга? — спросила я. — В смысле, заклинания из нее?

— Да.

— Тогда почему светлые силы просто не дадут их вам?

— Эти заклинания хранят демоны.

Я нахмурилась. Что-то не сходилось. Наконец я поняла.

— Рамиил.

Люди зашептались. Лазарь поднял руку, и они умолкли.

Как бы я ни храбрилась, когда стоишь в центре пентаграммы, окруженная людьми в масках, нельзя не испугаться. Сердце учащенно забилось, предчувствуя нешуточную опасность. Дети зари зашептали. Их стройный тихий хор пробирался под кожу и вызывал дрожь. Я захотела по крайней мере отойти в сторону, но тело не послушалось, ноги словно окаменели. Попыталась что-то выкрикнуть — горло не издало ни звука. Оцепенение было гораздо сильнее, чем ночью.

Через пару минут глухие голоса, произносящие непонятные слова, начали клонить меня в сон. Веки опускались, но я думала о том, что, может, именно этого Лазарь и добивается, и заставляла себя встряхиваться. Однако в голове было мутно. В конце концов я медленно опустилась на пол, запоздало отметив, что снова могу двигаться. Только вот сил на то, чтобы отойти в сторону, не было. Воздух вокруг стал вязким и мешал двигаться — но уже и не хотелось.

Голоса смолкли. Лазарь приблизился и присел передо мной. В его руке блеснул нож. Мелькнула сонная мысль, что надо бежать, но ни один мускул не двинулся.

Кто-то подошел сзади, развязал мне руки и свел их спереди. Затекшие мышцы болели. Человек в синем плаще крепко обхватил мои запястья, заставляя держать ладони открытыми.

— Не дергайся, — сказал Лазарь.

Он сделал глубокий надрез на одной ладони, потом на другой. Я закричала. Боль разрушила оцепенение, я попыталась вырваться. Безрезультатно. Человек отпустил запястья, но обхватил меня сзади.

— Боль пройдет, — сказал Лазарь. — Держи руки вместе. Вот так…

Я сложила окровавленные, дрожащие ладони лодочкой, в какой-то дикой наивности полагая, что мне окажут помощь.

— Флора.

Женщина подошла. В руках у нее был черный мешочек. Она нагнулась и перевернула его над моими сложенными ладонями.

На раны упала соль. Много соли.

В голове помутнело. В ладони как будто вонзили множество игл и окатили кровавое месиво йодом. Меня отпустили, и я упала на пол.

Слышались тихие перешептывания. Кто-то говорил резким голосом, смутно знакомым… С трудом заставив сознание проясниться, я кое-как села и сквозь слезы рассмотрела, что происходит.

Между мной и Детьми зари, сгрудившимися напротив, стоял Сит.