Чтение онлайн

— Так нормально? — спрашивает он.

— Да.

В венах закипает кровь. И несмотря на холод в комнате, меня охватывает жар.

Возможно, он и снимает напряжение с моих мышц, но оно нарастает по-другому. Я хочу большего. Хочу, чтобы его прикосновения стали грубее, увереннее, ниже.

Дыхание учащается. Между ног снова нарастает боль. Когда его пальцы слегка касаются моей талии, все тепло в моем теле, кажется, собирается в моей сердцевине.

Каллум замирает.

Холод разочарования охватывает меня.

— Что случилось? —

я оборачиваюсь через плечо.

Паника, нарастает, когда мой взгляд падает на лицо Каллума.

Я отползаю к изголовью, хватаясь за серебряный нож для вскрытия писем на тумбочке, и прижимаюсь спиной к спинке кровати.

Каждая мышца в теле Каллума напряжена. Он зажмуривается. Но не раньше, чем я вижу, что находится за его веками.

Его зрачки расширены. Радужная оболочка изменила форму и стала ярче.

И это не глаза Каллума. Не глаза человека. Они изменились.

Это глаза волка.

Глава двадцать восьмая

Моя рука сжимает серебряный нож для вскрытия писем так сильно, что костяшки пальцев побелели.

Дверь находится в паре шагов от меня, но я сомневаюсь, что успею до нее добежать.

В сознании проносятся все услышанные мной истории о волках: о разорванной плоти, вырезанных деревнях, крови, жестоких убийствах. В какой-то момент после похищения я позволила себе забыть эту жестокую, суровую правду. Этот мужчина может превращаться в волка.

Каллум тяжело дышит, его руки сжимают простыни по обе стороны от него.

— Всё в порядке. — Его голос хрипит, словно гравий. — Ты в безопасности.

— Твои глаза…

— Знаю.

Мое дыхание учащается, а рука дрожит, когда я выставляю перед собой этот смехотворно маленький «клинок».

— Ты собираешься превратиться в волка?

Его скулы напрягаются.

— Нет. Я не смогу. Только в полнолуние.

Бросаю взгляд на окно. В стекле отражается мерцание свечи. А за ним горы скрывают очертания луны.

— Сейчас не полнолуние, — говорит он с весельем в голосе, как будто знает, что я проверяю.

— Но я видела… твои глаза.

— Ага, — он судорожно вздыхает. — Иногда такое случается. Когда я немного эмоционален. Прости. Я не хотел тебя напугать.

Я выдыхаю.

— Значит, ты не превратишься?

— Нет. Ты в полной безопасности.

Хмурюсь.

— Ты уверен?

Каллум смеётся, хотя звучит это немного наигранно.

— Да. Уверен.

Я выпутываю ноги из простыней, придвигаясь к нему. Он напрягается.

Пол скрипит, когда я спускаюсь с кровати, осторожно приближаясь.

Альфа разворачивается вслед за моими движениями, так что теперь мы лицом к лицу. Его бёдра слегка раздвигаются, когда я встаю между ними. Мои ноги касаются его килта. Его широкая грудь глубоко поднимается и опускается.

Он пахнет как природа, как ветры Северных земель, обдувающие его кожу и одежду, но под этим чувствуется

тепло. Словно пряности и древесный дым. И он тёплый. Такой теплый. Как мужчина может излучать столько тепла?

Его лицо приподнимается, и отблески свечей падают на его закрытые веки.

Движение обнажает его горло, и я подношу серебряный клинок между нами.

Делаю судорожный вдох.

— Я хочу увидеть.

Медленно он открывает глаза.

У меня перехватывает дыхание. Его радужка расширилась и изменили форму. Она всё ещё зелёная, но ярче, и в ней появились вкрапления жёлтого и золотого. Зрачки расширены и черны, как глубина ночного леса.

Это волчьи глаза.

И они завораживают.

Я слышала множество историй о волках, но все они описывали их жестокость и беспощадность, при нападении на наши деревни. Я не знала, что их глаза могут меняться, и что они так красивы.

Касаюсь его щеки. Мышцы его предплечий напрягаются, когда он крепче сжимает матрас.

— Это происходит, когда ты эмоционален? — спрашиваю я. — Что ты сейчас чувствуешь?

— То же, что и ты, принцесса.

— Я ничего не чувствую.

Он мягко улыбается.

— Ты можешь скрывать свои эмоции от южан, принцесса. Но забываешь, что я волк. Я все чувствую. Твое сердцебиение… твой запах… — Он с усилием сглатывает. — Они меняются.

Мои пальцы скользят вниз по его щеке, касаясь жёсткой щетины.

— Не нюхай меня.

Он смеётся и это звучит как рык.

— Ничего не могу с этим поделать.

— Я ничего не чувствую.

— Хорошо.

Его глаза не отрываются от моих. Взгляд настороженный и бдительный, но в тех золотых искорках пляшет что-то почти уязвимое.

Воздух становится густым, дурманящим и странным. Почти что звенящим. А в низу живота скручивается напряжения.

Несмотря на холод в комнате, мне жарко.

В моих покоях, после заката, находится мужчина, хотя я обручена с другим. Он Альфа враждебного королевства. И замышляет что-то против моего отца.

Знаю, что всё это неправильно. Но когда его руки скользят по простыням, я хочу, чтобы они легли на мои бёдра.

Его взгляд опускается на мои губы, и я забываю, как дышать. Мне хочется коснуться его губ своими.

Хочу знать, каково это целовать мужчину. Будет ли Каллум мягким и нежным или же жёстким и властным? Неделю назад последнее напугало бы меня. Теперь же это разогревает мою кровь.

Он закрывает глаза и глубоко вдыхает.

А когда вновь открывает, то смотрит на пол между нашими ногами. Моя рука опускается вдоль тела.

— Уже поздно, — Каллум прокашливается. Он поднимается, и мне приходится отступить. — Мне пора.

Разочарование пронзает мою грудь.

— А я думала, ты собирался избавить мои руки и ноги от боли.

Он мягко мне улыбается.

— Думаю, ты хочешь, чтобы я облегчил иную боль, принцесса. И будь мы в других обстоятельствах, я был бы рад услужить, но сейчас это кажется неправильным.