Коллекционер
Шрифт:
– Плохо! Так они разобьют ворота, - засуетился капитан Клементин и, указав на придвинутое орудие, добавил: - Та пушка уже в пределах досягаемости наших мортир. Давайте-ка её проучим!
– Рано, - отмахнулся хольд.
В ту же секунду второе ядро ударило в самый центр окованных металлом ворот. Раздался оглушительный звон, от которого у всех на галерее на миг заложило уши.
– Тянуть нельзя! Иначе створки не выдержат, - продолжил настаивать на своём капитан.
– Насколько я помню ворота в замке двойные?- внезапно уточнил Абара.
– Да, всё верно, снаружи распашные створки, из дуба и стали, а с внутренней стороны опускается металлическая решётка, - подтвердил капитан.
– Тогда поднимите решётку, а перед штурмом опустим её обратно, - не вдаваясь в детали, приказал Кен.
Такой вариант позволял защитить внутренние ворота от преждевременных повреждений, однако он не устраивал сэра Клементина:
– Они же всё равно продолжат стрелять, не
– недоумённо проворчал он.
– Или вы думаете, что внешние ворота нам не особо нужны? Уверяю вас, это не так, без них нам не выдержать штурма, особенно если враги используют таран...
Сэр Клементин продолжал недовольно нудить, но Кен его игнорировал. В конце концов, капитану не осталось ничего другого, кроме как отправить нескольких стражников к подъёмному механизму решётки. Минут через пять она была поднята впрочем, это никак не помешало вражеским канонирам, продолжавшим расстреливать створки внешних ворот. Более того, видя полнейшую безнаказанность своей первой пушки, Кулай-хан велел передвинуть и остальные три. Одно за другим, орудия снимались со своих старых позиций и вручную перемещались вверх по склону. Вскоре вся батарея смогла вести прицельный огонь по воротам замка. С этого момента окованные сталью створки оказались под градом чугунных ядер, они гудели и трещали, рискуя развалиться в каждую секунду. Так бы наверно и произошло, если бы не Абара: едва последнее орудие Кулай-хана заняло новую позицию, хольд начал действовать и впервые с начала обстрела применил магическую силу своего амулета. Вынув из ножен свой колдовской меч, Кен произвёл на свет толстый пузырь из вязкого воздуха, накрывший собой ворота замка вместе с расположенной над ними галереей. Теперь вражеские пушки оказались не опаснее праздничных фейерверков, много шума и дыма и ничего более.
– Что это?
– поражённо пробормотал капитан Клементин, впервые увидав действие амулета Абары.
Зрелище, в самом деле, производило впечатление - стремительно несущиеся ядра вдруг натыкались на едва видимую стену из сгустившегося воздуха и, потеряв скорость, бессильно падали на землю.
– Некогда любоваться! Начинайте ответный огонь!
– одёрнул капитана Абара.
Этот момент и правда был хорош для контратаки, ведь благодаря хольду на вражеской батарее воцарилась полнейшая неразбериха. Канониры противника никак не могли определиться со своими дальнейшими действиями, толи продолжить ставший неэффективным обстрел ворот, толи искать новую мишень. Никто из них даже не помышлял о возможности ответного огня, а между тем, все четыре вражеские пушки сейчас находились в радиусе действия мортир Кастел-Рок, как и хотел того Абара. Он специально заманил их в эту зону, используя ворота замка в качестве наживки. Капкан захлопнулся, когда мортиры сэра Клементина выплюнули пару бомб на головы ничего не подозревающих нукеров Кулай-хана.
– Отлично, накрыли первым же залпом!
– воскликнул капитан, заметив, как одна из бомб разорвалась на вражеской батарее и раскидала в стороны обслугу пушек.
– Велите нашим канонирам стрелять как можно быстрее. Сейчас главное темп. Завалите их снарядами!
– приказал Абара.
Но эти слова оказались излишними, капитан и сам понимал, что более удобной возможности разделаться с батареей Кулай-хана точно не представится. Он подозвал ординарцев и, объяснив им ситуацию, послал на башни к артиллеристам. В итоге обе мортиры Кастел-Рок стали стрелять как сумасшедшие, хотя и не очень точно. Бомбы полетели одна за другой, устроив настоящий ад вокруг позиций противника. В этих условиях солдаты Кулай-хана проявили неожиданную стойкость, они не только не сбежали, но даже попытались спасти батарею, откатывая пушки обратно вниз по склону. Однако под таким огнём все их потуги были заранее обречены на провал, одно за другим три первых орудия были уничтожены упавшими рядом бомбами, а довершил разгром взорвавшийся снарядный ящик, разнёсший в клочья последнюю пушку. Защитники Кастел-Рок встретили эту первую небольшую победу громким криком радости.
– Ура!
– заорал вместе со всеми капитан Клементин, и Кен на этот раз не стал его останавливать. Пусть порадуется и заодно поднимет боевой дух своих солдат. Вскоре это может очень понадобиться.
А в лагере Кулай-хана наоборот воцарилось уныние. Потеря южной батареи была неожиданной и от того особенно неприятной. Однако в целом это мало что меняло, штурм начался, как и планировалось, сразу по завершению подготовки осадных приспособлений.
В час пополудни три сотни вооружённых мушкетами стрелков и свыше тысячи пеших нукеров одновременно покинули лагерь у подножья горы и двинулись к стенам Кастел-Рок. Впереди шагали наименее ценные воины, одетые в сильно поношенные, разномастные тряпки и вооружённые чем попало. В общем-то, это были обнищавшие крестьяне и городское отребье, обиженное наместником Хараджана и потому примкнувшее к его противнику Кулай-хану. Лишь немногие из этих босяков могли позволить себе хоть какой-то доспех, да и у тех он был неполным и потрёпанным. Эти пёстро одетые люди, язык
не поворачивался называть их солдатами, тащили на себе длинные осадные лестницы, что, несомненно, должно было привлечь внимание артиллеристов Кастел-Рок. По сути, несчастные бедняки стали смертниками, основной задачей которых было отвлечение огня от остальных, более ценных войск, идущих следом. В число последних входили наёмные стрелки, вооружённые громоздкими и не слишком точными мушкетами самой примитивной конструкции, а также пешие мечники и копьеносцы, составляющие ядро армии мятежного генерала. Каждый из этих пехотинцев имел металлический нагрудник, наручи, поножи и стальной шлем с откидной полумаской. Среди них, в той же толпе, шли боевые музыканты с барабанами, литаврами и кривыми медными дудками. Их хаотическая музыка сливалась с топотом солдат и лязгом металла, образуя безумную какофонию, будоражащую кровь и заставлявшую сердце сжиматься в предвкушении жестокой битвы. Последним, позади своих войск ехал сам Кулай-хан, на белом скакуне и в вызывающе роскошных, золочёных доспехах. Сопровождали мятежного генерала целый сонм всевозможных советников и несколько сотен конных телохранителей. Эти отборные воины сидели на откормленных боевых скакунах и практически не отличались по виду от отрядов рыцарской кавалерии, широко распространённых в центральных провинциях империи. Те же стальные панцири, такие же палаши и длинные копья.Со стен Кастел-Рок эта медленно приближающаяся армада смотрелась настолько внушительно, что разом остудила пыл защитников замка. Стоящие на галерее стражники тревожно зашептались, мгновенно позабыв о прошлом мимолётном успехе.
– А ну не трусить! Не забывайте, что я, знаменитый хольд Абара, сейчас с вами! Я побывал во многих схватках, и обещаю добыть вам победу!
– громко прокричал Кен, а затем добавил: - Предупреждаю: больше всего на свете я ненавижу трусов и паникёров, таких я буду безжалостно уничтожать прямо на месте!
После такого окрика все лишние разговоры быстро стихли. Толи стражники действительно поверили в хольда Абару, толи прониклись его предупреждением, как бы то ни было, они замолчали и полностью сконцентрировались на противнике.
– Здорово это у вас получается!
– похвалил хольда капитан Клементин.
– Душевно и доходчиво!
– Ладно. Комплименты оставим на потом, - пренебрежительно отмахнулся Абара.
– Займитесь-ка лучше артиллерией, нужно сконцентрировать огонь на тех лестницах, и пусть наводчики теперь целятся как следует.
Капитан с готовностью кивнул, похоже, после разгрома вражеской батареи он начал больше доверять своему новому командиру.
Когда же армия Кулай-хана вошла в зону поражения, мортиры замка опять открыли огонь. На этот раз наводчики не торопились, стараясь накрывать каждым выстрелом цепочки людей, несущих осадные лестницы. Однако остановить смертников Кулай-хана оказалось не так-то просто, даже если бомба падала рядом и выкашивала их осколками, места погибших тут же занимали другие, и штурмовые лестницы упрямо продолжали ползти к стенам Кастел-Рок. Лишь самые удачные выстрелы, попавшие точно в цель и разломавшие лестницы на части, могли остановить это неумолимое продвижение.
– Чёрт, а они настырные!
– уважительно и с примесью страха, отметил сэр Клементин.
Хольд не стал отвечать, хотя в душе был полностью согласен с капитаном. Босоногие нукеры Кулай-хана действительно показали себя настоящими воинами, гораздо смелее многих профессионалов. И если атака будет продолжаться в том же духе, то стражникам Кастел-Рок придётся-таки постоять за стены своего замка в рукопашной.
"Вот только сдюжат ли они?" - задался вопросом Кен.
Тем временем солдаты противника постепенно приближалась. Когда они оказались на расстоянии мушкетного выстрела, сэр Клементин попросил у хольда разрешения открыть огонь. Кен кивнул и через пару минут стены замка огласил нестройный залп, по сути ознаменовавший собой настоящее начало сражения. Очень скоро к мушкетёрам присоединились арбалетчики, а после и лучники. Вражеские стрелки также не отставали, выйдя на дистанцию выстрела, они рассредоточились и стали поливать свинцом стены и башни Кастел-Рок. На каждый десяток пуль выпущенных защитниками, они отвечали сотней своих. Теперь любой зазевавшийся стражник, на секунду показавшийся из-за каменных парапетов, немедленно становился мишенью. Повсюду на стенах стало опасно и крытая галерея, выбранная Кеном в качестве командного пункта, также не являлась исключением. Свинцовые градины с завидной частотой начали влетать в её бойницы.
– Вот ведь, какие назойливые! Мешают командовать боем, - по-стариковски проворчал сэр Клементин.
– Может, вы ещё разок примените этот ваш амулет?
– Пожалуй, - подумав, согласился Абара.
– Но вначале оповестите наших стрелков, чтоб они не тратили попусту заряды и не стреляли в моменты, когда я буду поддерживать защиту.
Капитан понимающе кивнул и засуетился, выполняя распоряжение хольда. Когда же каждый из стоящих на галерее стражников получил соответствующие инструкции, Кен вновь использовал силу вязкого воздуха. Поток вражеских пуль мгновенно прекратился, и стало возможным вернуться к бойницам, чтоб без помех оценить течение битвы.