Коллекционер
Шрифт:
Узнав о гибели капитана Клементина, хольд ощутил искреннее сожаление. Однако времени на скорбь сейчас не было, поэтому Кен отбросил чувства и обратил свои мысли к насущным вопросам.
"Итак, нижние укрепления потеряны. Теперь, я в этом замке словно в западне. И что же мне делать?" - озадачился он.
– Уходите из Кастел-Рок!
– вдруг заговорил барон Виго.
– Я помогу вам спуститься со стен на верёвках.
– Сам же говорил, что под обстрелом батареи Кулай-хана живым до земли не доберёшься, - язвительно возразил Абара.
– Но это ваш единственный шанс!
– продолжил убеждать барон.
– Конечно, спускаться
– Так вы оказывается альтруист! Сам погибай, а товарища выручай?
– саркастически усмехнулся Кен.
– Да нет же, - отмахнулся барон.
– Мне тоже будет выгода: как только вы уйдёте, я смогу начать переговоры о капитуляции.
Хольд не ответил, продолжая саркастически улыбаться.
"Какой же предсказуемый этот Виго, - удивлялся он.
– Поможет мне спуститься! Как же! Скорее подрежет верёвку, а потом, когда я расшибусь о камни, начнёт переговоры с Кулай-ханом, преподнеся мою голову в качестве подарка".
И тут вдруг на ум Абаре пришла одна интересная идея:
"А что, если при помощи этого бредового плана вывести на чистую воду императорских послов? Если я не могу спастись, то, по крайней мере, накажу предателей, заманивших меня в эту ловушку!"
– Ладно!
– сделал вид, что согласился он.
– Велите своим людям, принести верёвки.
Затем, оставив большинство солдат барона у ворот, хольд повёл заложников на тыльную стену Кастел-Рок, к предполагаемому месту спуска. Отряд телохранителей, а также оба императорских посла двинулись за ними следом. Они шли медленно, поддерживая круговую оборону, поэтому к их появлению верёвка уже была закреплена и спущена вниз.
Длинный пеньковый канат, свисающий с крепостной стены, не мог не привлечь внимания канониров Кулай-хана, едва заметив его, они открыли по замку ураганный огонь. Благодаря их стараньям, поверхность стены превратилась в настоящий ад. Ядра, шрапнель, осколки камня, вся эта мешанина делала спуск практически невозможным.
– Ну что ж, не самая простая дорога, но в любом случае, придётся рискнуть!
– взглянув вниз, заявил Абара, затем, посмотрев в глаза императорским послам, добавил: - Честь пойти первыми достаётся вам. Так что готовьтесь...
Этой фразой ему удалось застать послов врасплох. Невозможно описать словами, насколько изменился в лице Алан Шарк, а шевалье Кольбер, напротив, внешне остался абсолютно спокоен и вроде бы даже ухмыльнулся.
– Почему мы впереди?
– нервно поинтересовался Шарк.
– Разве вы не должны идти первым и прикрывать нас? У вас же амулет силы, защищающий от обстрела?
– Нет, - рассмеялся Кен.
– Если мы поступим так, как вы предлагаете, то всем нам придётся спускаться одновременно. А кто в этом случае помешает тем двоим перерезать верёвку?
– кивнул он в сторону Виго.
– Не понимаю вас! Без амулета силы у нас нет шансов выжить, - продолжил спорить Шарк.
– Я считаю...
– Хватит упорствовать! Вы спускаетесь первыми, и это не обсуждается!
– грубо оборвал его Абара.
– Шелтон, Бранер, подсобите-ка им, - велел он своим телохранителям.
Повинуясь приказу хозяина, двое дюжих мордоворотов отделились от остального отряда и двинулись к представителям императора. Они были в шаге от своей цели, когда произошло то, чего Абара и добивался: предатель
наконец-то показал себя. Шевалье Кольбер, остававшийся спокойным в течение всего этого времени, неожиданно выхватил клинок и в одно движение расправился с ближайшим телохранителем Абары. Тот и пикнуть не успел, как отправился на небеса.– Не ожидал, что такой щенок меня раскроет! Молодец, сумел-таки меня удивить, - ухмыльнулся шевалье.
Одновременно с этой фразой он атаковал второго телохранителя. Тот вроде парировал удар, но как-то неудачно и меч посла попал ему точно в шею, начисто срубив голову. Обезглавленный труп ещё не успел свалиться на пол, а Кольбер уже набросился на своего коллегу, Алана Шарка. Это нападение казалось вовсе непредсказуемым, но Шарк, каким-то чудом, сумел увернуться, отделавшись порезом на левой щеке.
– Ты чего! Это же я?
– отскочив назад, испуганно пролепетал он.
– Извини, меня раскрыли, и я не могу оставлять свидетелей, - любезно пояснил шевалье.
– Из-за догадливости того ублюдка, я вынужден уничтожить вас всех!
Его дальнейшие слова заглушили выстрелы, сразу трое телохранителей Абары пальнули из своих мушкетов в разошедшегося посланника. Одна из пуль угодила Кольберу в грудь, отбросив его на пару шагов назад. Будь шевалье обычным человеком, на этом бы всё и закончилось, прямое попадание с такой дистанции должно было оставить в его теле здоровенную дырку. Однако к удивлению окружающих этого не случилось, посол поднялся на ноги, как ни в чём не бывало.
– Не смейте встревать, ничтожества!
– бешено заорал он и набросился на телохранителей Абары.
Теперь он бился один против десятерых, но никто из противников не смог оказать ему достойного сопротивления. Даже Тальвар, мастер двух клинков, неожиданно оказался бессилен. И дело было не в какой-то запредельной ловкости Кольбера или особом искусстве владения мечом, нет, в этом смысле шевалье не слишком отличался от бойцов Абары. Зато его экипировка и оружие были просто невероятны! Так лёгкая нательная куртка посла останавливала любые даже самые опасные удары. Кен собственными глазами видел, как меч Тальвара, направленный точно в сердце, бессильно уткнулся в её кожаную поверхность оказавшуюся почему-то твёрже камня. Эта зачарованная куртка своими свойствами меняла весь рисунок схватки и могла по праву считаться ключевым фактором, формирующим собственный стиль боя шевалье Кольбера. Вторым, не менее важным, элементом его стиля являлся волшебный меч, клинок которого оставался твёрдым, когда посол парировал удар, и обретал призрачную форму в момент собственной атаки. Благодаря такой способности он запросто проходил сквозь любую преграду, будь то стальной панцирь, щит или подставленный клинок.
Конечно, даже при такой экипировке победить десятерых отлично подготовленных бойцов было не так уж просто, однако стиль боя шевалье настолько отличался от шаблона, что создавал эффект неожиданности, которым посол умело пользовался. Так, если ему не удавалось быстро справиться с противником, он применял наработанную хитрость, оставляя незащищенными грудь или живот. Соперник рефлекторно атаковал якобы открытую зону и невольно раскрывался, попадая под заранее спланированную контратаку. Именно так послу проиграл Тальвар, уколовший Кольбера в сердце и схлопотавший в ответ рубящий удар поперёк туловища. Лишь благодаря феноменальным рефлексам Тальвара нанесённая ему рана не стала смертельной.