Эти спутанные узы
Шрифт:
Джалек замечает меня первым, и его зеленые глаза расширяются. Затем замечает и Кейн. Он со скрипом отодвигает свое кресло и поднимается на ноги. В комнате воцаряется тишина, и семь голов поворачиваются в мою сторону.
У Преты отвисает челюсть, и она ахает, как будто при виде меня испытала огромное облегчение.
– Бри.
Но я не могу сдвинуться с места из-за реакции Финна – не то, чтобы он вообще хоть как-то отреагировал. Его лицо невозмутимо, взгляд проницательных глаз оценивающий – он оглядывает меня, мои сапоги, штаны, пояс с ножами, застегнутый на бедрах. Моя сила урчит в его присутствии,
– А, – говорит Миша, даже не пытаясь скрыть восторг в своем голосе. – А вот и наша гостья.
– Ты говорил, что принцесса уехала из резиденции, – холодно говорит Финн, все еще не вставая, чтобы поприветствовать меня, но при этом все ещё глядя прямо на меня. Взгляд его серебряных глаз смещается с моих теней и останавливается на моем лице. Интересно, о чем он думает? Злится ли он, что я вытолкнула его из своих снов, когда он посещал их?
– Разве? – спрашивает Миша, пожимая плечами. – Виноват. Она здесь.
Глаза Финна блестят, когда он переводит их на Мишу, и мне почти жаль моего нового друга.
– Мы за тебя волновались, – говорит Прета, вставая и подходя ко мне.
Я поднимаю бровь:
– За меня или за силу, которая все еще при мне?
Прета выпрямляется.
– Ты для меня намного дороже твоей магии, Абриелла.
– Да ну? – Я склоняю голову набок. – Ты планируешь смерть каждого, кто тебе дорог, или я должна чувствовать себя особенной?
Она закрывает глаза и вздыхает.
– Бри…
– Не надо. Это неважно.
– Для меня – важно, – говорит Прета. – То, что ты думаешь о нас, о решениях, которые мы приняли… для меня это очень важно.
Я с трудом сглатываю, думая о том, что сказал Финн в моем сне после того, как я приняла зелье. Он сказал, что нашел меня в мире смертных два года назад, и вместо того, чтобы пытаться обманом лишить меня силы, он отыскал другой способ. Не то чтобы это имело какое-то значение.
– Ты знал, что так будет? – спрашиваю я Финна. – Мог ли Себастьян знать, что если он даст мне Зелье жизни, все закончится именно так?
Миша уже дал мне ответ на этот вопрос, но я хочу, чтобы Финн сказал это сам.
– Мы не знали, – говорит Финн. – Никто ничего не знал. Были лишь домыслы. Но в этом есть смысл – зелье спасло тебе жизнь и тем самым связало твою жизнь с твоей магией.
Он пожимает плечами, как будто это такой же пустяк, как то, кто допил остатки кофе, а не вопрос, связанный с разрушением его королевства.
Пустое кресло рядом с Финном само по себе отодвигается от стола. Миша говорит:
– Принцесса, присоединяйся. Мы обсуждаем будущее твоего двора.
Кейн резко оборачивается и свирепо смотрит на Мишу:
– Ее двора?
Миша пожимает плечами:
– Прости. Ты бы, наверное, предпочел, чтобы я сказал, что это двор принца Ронана?
– Это двор Финна, – говорит Кейн.
Финн ставит локти на стол и сцепляет пальцы.
– Пока корона и сила разделены, этот двор не принадлежит никому. Садись, принцесса. Похоже, тебе предстоит присоединиться к этому небольшому организационному совещанию. Давайте начинать.
Меня
так и подмывает остаться стоять просто назло ему, но мое упрямство ни к чему не приведет. Такое детское поведение только потешит мое самолюбие, так что я сажусь.Тайнан тепло улыбается мне через стол:
– Приятно видеть, что ты в порядке, Абриелла.
Я тяжело сглатываю.
– Спасибо. Мне тоже приятно, что ты в порядке, Тайнан.
Тайнан – самый тихий из всей компании. Он всегда мне нравился. Оба, и он, и Прета, Дикие фейри, но Прета вышла замуж за Неблагого фейри, в то время как у Тайнана не было никаких связей с двором теней, кроме дружбы, которая связывала его с Финном. Теперь, когда я встретила Мишу, я не могу не задаться вопросом: а в чем заключалась цель Тайнана? Он хотел помочь Финну или быть посредником между Финном и королем Диких фейри?
«Конечно, – говорит Миша в моей голове. – Я доверяю Финну, но не настолько наивен, чтобы думать, что он не пустит мои планы псу под хвост ради своего собственного двора. У всех нас есть приоритеты, принцесса».
Я одариваю Мишу свирепым взглядом за то, что он снова копается в моих мыслях, и он подмигивает мне.
«Ты только посмотри, как он ревнует. Если хочешь довести его до белого каления, я с радостью тебе помогу».
«Даже не надейся».
Я бросаю на него многозначительный взгляд, чтобы прогнать эту мысль, и Миша ухмыляется.
Рядом со мной Финн рычит и бросает свирепый взгляд в сторону Миши.
– Если вы закончили, я бы хотел вернуться к обсуждению текущей темы.
Миша с улыбкой переводит взгляд на Финна. Принц теней нисколечко его не напугал.
– Возможно, нам следует ввести принцессу в курс дела.
Прета складывает руки на столе и наклоняется вперед, чтобы встретиться со мной взглядом.
– У нас есть команды, которые работают на территориях Благого двора. Они уничтожают лагеря королевы и доставляют Неблагих беженцев в безопасное место. Но с последними обнаруженными нами лагерями разобрались до того, как мы смогли до них добраться.
«Себастьян».
Я сдерживаю улыбку, но чувствую, как внутри меня все теплеет.
– И прежде чем ты подумаешь, что сморщенное чёрное сердце королевы дрогнуло и она упразднила их только по доброте душевной, надо прояснить, что они были не просто распущены, – прищуривается Джалек. Он никогда не доверял мне, не полностью, хотя безусловно, стал относиться ко мне лучше после того, как я спасла его из подземелья золотой королевы. – Эти лагеря взяли в осаду. И они усыпаны телами золотых стражников.
– Звучит так, словно кто-то пытался помочь, – с самым невинным видом говорю я. – Вы не знаете, кто бы это мог быть?
«Так за этим стоишь ты? – спрашивает Миша у меня в голове. – Мне стоило догадаться. Посмотрите-ка, у нее есть секреты».
– К нашему большому удивлению, это был Себастьян, – говорит Финн, качая головой. – Прежде чем он прибыл во дворец Неблагих, ему удалось собрать отряд солдат Золотой армии, которые присягнули ему на верность. Он увольняет любого, кто отказывается уничтожать лагеря королевы. Ходят слухи, что он отправил так много команд, чтобы освободить заключенных при Дворе Солнца, что во дворе теней у него почти не осталось солдат.