Дракула. Начало
Шрифт:
Дневник Влада Дракулы.
Дата и время не известны.
Я никогда не вел дневников. Но теперь, когда я уже не человек, для меня крайне важно поделиться своей болью и мыслями. Я пишу кровью, бумага стерпит.
Вот уже прошло более года, с того дня, как я потерял Элизабет. Она свела счеты с жизнью, не выдержав суровых испытаний, на которые ее обрек я. Я видел то, как она страдает, и должен был предугадать ее помыслы, и не дать ей уйти в мир иной…
Жажда, меня терзает жажда, которой я не испытывал будучи человеком. Это не та жажда, которую можно утолить водой, а жажда крови… Когда я вкушаю «живой нектар», мое тело наполняется энергией души донора. Через кровь я узнаю все о том, кого пью. Его прошлое, мысли, мечты и фантазии.
Запах
Я разлучил своих детей. На то были причины. При себе оставил дочь. Дал имя ей Мирелла. Она напоминает мне ее мать, мою Элизабет. Мать даровала дочери свои глаза, и божественную улыбку… Сына отправил с Рэду, подальше отсюда. Я уверен в том, что мой единственный друг, достойно воспитает Абрахама…
Дневник Влада Дракулы.
Дата и время не известны.
В подземельях моего замка, я обнаружил тайную дверь, ведущую на ярус ниже основных подземных помещений моей усыпальницы. Дверь была замурована кладкой камней. Но некое чутье подсказало мне местонахождение того, что вызовет мой интерес.
Войдя в залы с алтарями, и в хранилища древних книг по темной магии, я ощутил невероятную энергию, которую источало буквально все. Каждый предмет, покоящийся в тайных помещениях имел свою силу. Но было нечто, что манило меня более всего. Я шел на зов темной стороны своего естества… Войдя в очередное помещение, мне стало ясно то, что именно в этот зал меня влекло. Передо мной предстало святилище алтарей, главный из которых располагался в самом центре вместилища темной силы. Зал озаряло пламя, пылающее в четырех каменных чашах, из которых сочилась черная густая смола. Серая плита главного алтаря покоилась на трех мощных подпорках, выполненных в виде ног копытных животных, а точнее в виде задних ног козла. На алтаре лежала книга, примерно на тысячу страниц. Книга была открыта. На ее листах лежали кости руки скелета. Останки человека, застывшие в неподвижной позе, быть может несколько столетий назад. Давно истлевшая мантия, кое-где прикрывала обнаженные, готовые вот-вот рассыпаться в прах кости…
Как это не странно, но алтарь с книгой не были покрыты вековым слоем пыли. Будто древнее, рукописное творение, только вчера было открыто.
С противоположной стороны алтаря возвышался пьедестал, на котором, в сборе, стояли рыцарские доспехи. Забрало на шлеме было закрыто. Руки опущены и сведены вместе. Перчатки из полированного железа, держали рукоять обоюдоострого, двуручного меча, который кончиком клинка упирался в подножную каменную плиту. Глядя на «рыцаря», мне казалось, что он вот-вот сойдет с постамента, и, подняв меч, набросится на меня.
Я осторожно убрал останки колдуна с алтаря, и тут же ощутил непреодолимое желание прикоснуться к книге. Мои руки сами потянулись к вместилищу темных знаний. Едва ладони легли на серые листы, в тоже мгновение я ощутил боль и жар в руках. Кожа рук покрылась паутиной ран, из которых брызнула кровь. Я пытался сопротивляться тяготению и магнетизму книги, но она была сильнее меня. Серые страницы впитывали в себя мою кровь… Это длилось не долго, всего несколько секунд. Книга отпустила меня, и я отступил на пару шагов назад. По алтарю поползла серая дымка тумана. Ее словно засасывало в страницы книги, будто листы с письменами делали вдох. Когда туман был поглощен, последовал «выдох», сопровожденный звучанием голоса. Я сразу узнал его. Книга источала черный туман, с ярко алыми вспышками света внутри дымки. Голос становился все громче и отчетливее. Некто обращался ко мне:
— Здравствуй Владислав! Вот мы и встретились снова! Однажды я помог тебе. Отплати мне тем же…
Дневник Миреллы Цепеш Дракулы.
Дата и время не известны.
Мой дневник. Хочу доверить тебе свои опасения. Вот уже несколько дней я наблюдаю за своим отцом. Он ведет себя странно, и порой, задает мне вопросы на такие темы, о которых прекрасно осведомлен. Иногда мне кажется, что это вовсе не мой отец, словно в нем, от Влада только
его тело. И во взгляде тоже что-то изменилось. Но главное отличие в речах и поступках отца. Бывают моменты, когда Влад приближается ко мне и прижимает свою правую ладонь к моему животу. Левой же рукой, отец начинает шарить в воздухе, пристально всматриваясь в окружающее пространство. На мой вопрос: «что происходит?» Влад велит мне не шуметь, и продолжает что-то усердно искать. На этом странности не заканчиваются. Отец спрашивает меня о том, знакома ли я с неким Абрахамом Ван Хельсингом, кажется так, звучит его имя. И видя мое недоумение, Влад предлагает спросить у него же на следующий день, о этом незнакомце.Не знаю, бывают ли психические расстройства у вампиров, но с отцом явно что-то не так… Однажды утром, Влад вышел под лучи солнца и едва не сгорел. С жуткими криками он вернулся в тень. Его тело источало дым. Открытые участки кожи обгорели, а он сам, как ни в чем не бывало, осмотрел свое тело и отправился в подземелье…
Дневник Влада Дракулы.
Дата и время не известны.
Несколько дней я провел заключенным в рыцарских доспехах. ОНзапер меня в них, а сам, тем временем выдавал себя за меня. Я видел как демон создавал тело из крови. Это была точная копия моей плоти. Тоже лицо, рост, волосы и даже шрамы в тех же самых местах. Тот другой «Я» лежал на алтаре. Из книги вышел дух демона. Яркое свечение, слепящее взгляд, окутанное черным ореолом. Душа вселилась в тело, и заставило его подняться. ОН забрал мою одежду и облачился в нее. Затем, «запихнул» меня в железные латы. Благо, что по размеру броня была мне в пору. Я не мог сопротивляться демону, но непременно отыщу способ как загнать Его в книгу навеки…
По моим предположениям, плоть, созданная из моей крови не долговечна. Ее хватает всего на несколько дней. По истечении срока, ОН, вернулся к алтарю. Дух ЕГО покинул разлагающееся тело, и вошел в книгу.
Этот демон очень силен. Но, как только его недолговечная оболочка «износилась», ОН вернулся в свой мир. И в тоже мгновение, доспехи отпустили меня…
Дневник Абрахама Ван Хельсинга.
Февраль. Год не известен. Запись № 362.
Сегодня произошло событие, которое привнесло в мою жизнь немного разнообразия, и в тоже время огорчения, и разочарования. Возможно, мой отец Рэду, вовсе не отец мне, а просто опекун. Долгое время меня мучили сомнения и копились вопросы по поводу моего происхождения. Я наблюдал за отцом во время наших разговоров, и, отвечая на мои вопросы, он явно лукавил. Рэду знает больше, чем говорит…
Я получил анонимное письмо, содержащее в себе информацию такого рода, о которой могли знать только люди моего круга общения.
Сколько себя помню, мы с отцом жили в городе Дублин. Это самое сердце Ирландии. Мне всегда нравился этот город. Но, по мере взросления, меня влекло куда-то. Во снах я видел горы и озера, даже чувствовал запахи других мест, другую природу, других людей. Я не хочу верить в то, что описано в анонимном письме, но даже эта бумага и чернила содержали в себе особую энергию, что тронула мою душу.
В письме описывается подробный маршрут, и даже прилагается карта местности. Указан точный адрес места, в котором я смогу обрести свою настоящую семью. Некто предлагает мне отправиться в Румынию, в местечко под названием Трансильвания. Где-то там в землях Залесья расположилось поместье Бран. Хозяин в нем некий граф Владислав Цепеш…
Возможно, я бы счел это письмо чьей-то злой шуткой, желанием одурачить меня, но есть в нем и некоторые сведения и подробности моего естества, о которых не знает даже отец. К примеру, о своей способности видеть в темноте, я никому не рассказывал. Так же никто не знает о том, как быстро заживают раны на моем теле. И самое главное — я питаюсь кровью. Отец приносил мне ее каждый день, до тех пор, пока я сам не научился добывать ее. Рэду объяснил мне причину такого странного рациона питания. Эта некая болезнь, требующая постоянного пополнения моего тела веществами, содержащимися в крови. Отец уверял меня в том, что я не один такой. Что есть множество людей, с тем же, не опасным для жизни недугом. Взрослея, мне стало понятно то, что я отличаюсь от моих ровесников. Я был намного быстрее и сильнее других юношей. Мне приходилось жить в «пол силы» что бы не вызвать подозрений. Так, постепенно я стал изгоем. Мне не было равных по силе, а побеждать с большим преимуществом мне надоело.