Дракула. Начало
Шрифт:
Во мраке ночи я путешествовал по миру. Срок до совершеннолетия моих детей, дал мне возможность подготовиться к борьбе с могущественным демоном из преисподней. ОН намеревался прийти в Земной мир и остаться здесь навсегда. Мне нужно было обличить ЕГО. Зная имя, моя задача была бы куда проще… Осталось совсем не много ждать, и все свершится…
Дневник Абрахама Ван Хельсинга.
Февраль. 1492 г. Запись № 366.
Сегодня я прибыл в Бухарест. И незамедлительно отправился в Трансильванию. Экипаж, в котором я ехал изрядно трясло. Дорога, ведущая к землям «Залесья», была запорошена снегом. Легкий мороз не давал ему превращаться в слякоть. Лошади, запряженные в крытую повозку, явно нервничали и ерзали в упряжи, изредка косясь назад. Я знаю, это они так реагировали на мое присутствие. Еще в детстве, я заметил то, что животные относятся ко мне со страхом и агрессией. Не знаю с чем
Был поздний вечер. Кучер остановил коней, спрыгнул с козел и открыл дверь крытой повозки. Он сообщил мне о том, что я доставлен по месту назначения. Покинув повозку, я огляделся. Замок Бран был скудно освещен. Мрачная крепость возвышалась передо мной словно гора. Я расплатился с извозчиком и тот, хлестнув коней, умчался прочь, да так резво, словно за ним гнались черти из преисподней.
Пребывая на территории поместья Бран, я поймал себя на мысли, что мне определенно нравится вечерняя атмосфера Трансильванской глуши. Моей души коснулось удивительное чувство умиротворения и покоя.
Под ногами хрустел снег. Я приближался к замку. Две массивные двери главного входа в крепость приоткрылись. Я увидел силуэт человека, державшего в руке яркую лампу. Незнакомец зашагал мне навстречу. Когда мы сблизились, несущий лампу, осветил меня и спросил на местном наречии чего мне угодно в поместье Бран. Встретивший меня человек был примерно моего роста, с голосом очень знакомым, но я не мог вспомнить, где его слышал. Я представился чужим именем, и на румынском языке, объяснил цель своего визита. Я соврал, сказав, что путешествую по Румынии с целью изучения ее истории и местного фальклера. Отец обучил меня этому языку. Румынский я знал в совершенстве благодаря Рэду.
Встретивший меня человек представился хозяином замка графом Владом Цепешем. Он впустил меня в крепость и проводил в помещение с большим столом. В обширном зале горел камин, придавая огромной комнате уют. Над столом висела массивная люстра с множеством горящих на ней свечей.
От ужина я отказался, и мы с хозяином замка стали вести беседу. Я глядел на графа и чувствовал нечто необычное. Влад отличался от всех тех людей, которых я знал, и когда либо встречал. В нем было что-то близкое мне по духу и в тоже время, что-то отталкивающее и настораживающее.
Во время разговора я расстегнул пуговицы на камзоле и рубахе, в которые был облачен, и обнажил грудь. Влад увидел шрам, по форме напоминающий крест, и никак не отреагировал. Он только справился о том, не душно ли мне, решив, что я расстегнул одежду из-за того, что в помещении слишком тепло. Затем я спросил у графа о том, знает ли он о тайном месте, и хотел ли бы узнать о том, как живет Рэду Чореску. Влад поглядел на меня, и ничего не ответил. Затем, он встал из-за стола и покинул помещение со словами о том, что скоро вернется.
Я сидел за большим столом в огромном зале и размышлял о том, что буду делать дальше. Я не знал, как мне поступить, ведь граф никак не отреагировал на мой шрам и ничего не сказал по поводу тайного места.
Прошло не более пяти минут, и в зал вошли две женщины. Та, что была с темными волосами, представилась именем Эльза. Белокурая же назвалась Никанорой. Я встал из-за стола и поприветствовал дам легким поклоном. Затем я представился ложным именем, и тут же услышал критику в свой адрес. Эльза поставила на стол поднос, и, улучив меня в лукавстве, назвала меня Абрахамом. На подносе стоял винный бокал, наполненный до краев темно красной жидкостью. Я почувствовал запах человеческой крови, совсем свежей, и еще теплой. Бокал был наполнен кровью девственницы. Этот аромат, я бы не спутал ни с каким другим. Эльза подвинула бокал ко мне, и стала пристально глядеть в мои глаза. С самого утра я не выпил ни капли крови и поэтому, едва сдерживал себя от того, чтобы не схватить бокал с изысканным напитком, и не осушить его в три жадных глотка. У меня с собой имелся небольшой запас крови. В моей дорожной сумке лежала закупоренная стеклянная бутыль. Отец научил меня хранить кровь. Она не сворачивалась, если я в нее добавлял немного своей слюны.
Я глядел на бокал, но не давал жажде взять верх над собой. Мое зрение и слух обострились, ногти на руках стали тверже и удлинились. Несколько зубов на нижней и верхней челюсти стало ломить от боли. Такое со мной случилось в первый раз. Обычно я быстро выпивал заранее приготовленную кровь…
Глядя на меня, Никанора произнесла: «Влади, это точно он вне всяких сомнений. Этот красавчик источает аромат, схожий с запахом тела Миреллы».
После этих слов в зале появился граф. Он подошел к столу, взял в руку бокал с кровью, и протянул его мне, приговаривая: «Абрахам, мальчик мой, я вижу, как ты голоден. Не сдерживай себя. Дорога в наши края утомила тебя. Выпей это и отдохни. Завтра, после захода солнца я познакомлю тебя с прелестной девой. Уверен, вы полюбите друг друга с первого взгляда».
Я взял в руку бокал и жадно осушил его. Тут же, по всему моему телу разлился приятный жар. Ранее, мне никогда не приходилось пить настолько свежую
кровь. Это были новые для меня ощущения. В мгновение ока, я увидел сквозь стены замка, каждое живое существо, обитающее в стенах крепости Бран. Где-то, в чреве древнего строения, этажом ниже, спала юная девушка, чью кровь я испил. Мне представился ее образ и чистая душа, не оскверненная пороками…Никанора и Эльза проводили меня в комнату для гостей. Помогли разобраться с постельным бельем и подбросили в камин дров. В присутствии двух дам, я испытывал те же странные эмоции, которые возникли при встрече с графом. Похоже, Эльза и Никанора не совсем обычные люди. Аромат изысканных духов, которым благоухали женщины, перебивал незнакомый мне, особый запах. Я был удивлен тому, каким образом Влад узнал о моей потребности в крови…
Пожалуй, лягу спать. А завтра во всем разберусь…
Дневник Абрахама Ван Хельсинга.
Февраль. 1492 г. Запись № 367.
Сегодня я проснулся в прекрасном расположении духа. В комнате было прохладно, так как огонь в камине угас еще ночью. Я встал с постели и распахнул окно. Солнце уже встало и щедро заливало светом укрытые снегом поля, и сосновый лес у подножия горного хребта. Я прислушался к звукам Трансильванской глуши, и кроме тишины, ничего не услышал. Мне всегда думалось, что в больших поместьях, схожих с поместьем Бран, должно жить много людей. Кроме хозяев крепости, должно быть изрядное количество работников при дворе, и не только. Но в крепости царила тишина, словно все его жители вымерли.
Я решил развести огонь в камине, и подождать того момента, когда меня навестит кто-нибудь из хозяев замка.
Языки огня весело занялись, танцуя на сухих паленьях. Комната наполнилась запахом дыма. Тепло поползло по всем углам спальни. Как это ни странно, но я могу видеть границы разницы температуры воздуха, и не только воздуха, а всего, что имеет способность нагреваться.
Ближе к полудню, я почувствовал чье-то присутствие в непосредственной близости от меня. В дверь комнаты постучались. Я поспешил открыть ее. На пороге спальни стояла молодая девушка. Она была одета в платье из плотной серой ткани. Прелестница обладала огненно рыжими волосами, которые, вьющимися локонами ниспадали на плечи. Изящная фигура красавицы и тонкие черты ее милого лица, заставили меня тайно восхититься ею. Девушка была хороша во всех отношениях. К тому же, прелестница была девственна. Она поглядела на меня, и на мгновение, мне показалось, что я видел в глазах незнакомки проскользнувший отблеск изумрудно зеленого света. Я никогда не встречал таких женщин, от которых пахло вожделенным желанием и безграничной нежностью. Глядя на красавицу, меня посетило странное чувство, которое мне не приходилось испытывать ранее. Я любил и был любим представительницами противоположного пола, но в те мгновения, стоя перед рыжеволосой девой, я ощутил нечто большее, чем любовь. Я чувствовал то, что эта красавица необычный человек. Мне нестерпимо захотелось прикоснуться к ней, но мое воспитание не позволило мне этого сделать. Мы глядели друг другу в глаза всего несколько секунд. Я не успел представиться и поприветствовать незнакомку, как из глубины коридора послышался голос графа. Влад назвал девушку по имени и велел немедленно подойти к нему. Мирелла, так назвал ее хозяин замка, глядела на меня, не отводя глаз. Мой взор был прикован к ней так же, как ее ко мне… Граф приблизился в плотную к девушке, и, схватив ее за руку, силой повел ее вдоль коридора. Я последовал за ними до самого зала, в котором прошлым вечером мы с Владом вели беседу. Как это не странно, но в помещении были задернуты шторы. В самый разгар солнечного дня полностью занавешенное окно. Зал освещался только свечами, горевшими на массивной люстре, и огнем камина. Кроме графа и рыжеволосой девы, в помещении находились две дамы, белокурая и темноволосая. Именно они угощали меня кровью девственницы.
Хозяин замка отпустил Миреллу, и принялся раздавать пощечины Никаноре и Эльзе. Влад кричал на женщин и в конечном итоге велел им убираться прочь. Все три дамы, опустив взгляды, молча, повиновались приказу графа, и поспешно удалились из зала. Влад подошел ко мне и пристально поглядел на меня. Я отметил для себя то, что хозяин замка как-то изменился. Словно вовсе не он встречал меня у главного входа в крепость прошлым вечером. Словно это был кто-то другой, похожий на Влада. Его глаза, да, точно, его глаза были другими, отрешенными и полными безразличия, а теперь я видел взгляд, исполненный невероятной силой, уверенностью, и бесстрашием. В глазах графа отражались красные блики огня, горящего в камине, или же это был естественный их блеск. Граф подошел ко мне на расстояние вытянутой руки. Затем, он оглядел меня с ног до головы и крепко обнял. Я никак не ожидал такого поступка от Влада. Он отпустил меня и отвернул лицо в сторону, утерев щеки ладонями. Хозяин замка поглядел на меня глазами полными слез и пылающего в них огня. Он попросил меня обнажить грудь, и, увидев шрам-крест, рассказал мне о том, где находится тайник. Так же, Влад спросил, жив ли еще Рэду Чореску. Тогда я отдал графу письмо, которое передал отец. Теперь я не сомневаюсь в том, что доставил послание по назначению.