Дракула. Начало
Шрифт:
Взвесив все «за» и «против», я пришел к такому выводу, что сверхъестественные силы существуют, хотя это и противоречит моим взглядам на жизнь, и сильно искажает мою картину того, во что я верю. Вампиры. Откуда они взялись, и когда первый из них вкусил свежей крови? Я видел, как графу Владу вонзили в грудь кинжал, и хозяин замка, вместо того, чтобы упасть замертво, схватил за горло нападавшего, и с легкостью лишил его жизни. В другой раз, я видел графа с глубокой раной на щеке. Как это не странно, но кровоточащая распоротая кожа лица, срослась, буквально за считанные секунды. Я глядел на Влада и понимал то, что подобные инциденты для него обыденность.
Мне вспомнилась первая встреча с Ван Хельсингом. Он схватил меня и швырнул с такой силой, которой не может обладать обычный человек. Глаза Абрахама светились синим светом — как такое возможно? Во время второй нашей встречи, синеглазый выпрыгнул из окна третьего
Мирелла же неоднократно удивляла меня своей способностью перемещаться с невероятной быстротой. Так же она владеет искусством перевоплощения. Ее глаза загораются зеленым светом в те моменты, когда рыжеволосая бестия переполнена эмоциями…
Отец Миреллы и Абрахама, в своих уникальных способностях превзошел своих детей. Не знаю, верить мне этому или нет, но мясник Ян утверждал то, что граф имеет способность приобретать облик некоего демонического существа. Когда тело графа меняется, его кожа покрывается прочной чешуей, а за спиной отрастают мощные крылья с костяными шипами. Говоря на чистоту, я бы не хотел встретиться с Владом в тот момент, когда он меняет человеческий облик на демонический…
В дальнейшее время моего пребывания в замке, мне предстоит вдвое больше работы над романом. Вчера, во время разговора с Миреллой и Ван Хельсингом, рыжеволосая бестия предложила хитрый ход. Я должен буду ваять на бумаге сразу две сюжетных линии романа. Часть рукописей я буду отдавать графу. В них будут описаны события по его предпочтению, согласно сюжету задуманному Владом. Параллельно, я буду описывать сюжет с совершенно иным финалом. В другой версии сюжетной линии главный злодей будет повержен…
Рукописи нового романа я буду хранить в укромном месте на чердаке замка. По словам Миреллы, граф Влад никогда не поднимается в помещения под крышей крепости. На чердаке есть сундуки, и в одном из них я буду прятать листы с произведением. Рукописи будут храниться там до тех пор, пока я не закончу свою работу, и если повезет, я уеду из Трансильвании, прихватив с собой свое лучшее творение. По прибытии в Лондон, я не медля отправлюсь в издательскую кантору и дам жизнь своему роману.
Мне потребуется больше чернил, приготовленных на моей крови. Ван Хельсинг пообещал мне помочь в этом вопросе. Он знает рецепт, взятый из «Темной Алхимии». Так же Абрахам позаботится о том, чтобы в замок доставили растение Вербена (Святая трава). Ян встретит экипаж груженый специями и зерном. В нем будет и посылка для меня. Это растение я положу в сундук рядом с рукописями. Вербена не позволит Владу, или любому другому вампиру приблизиться к нему. Так же это растение замаскирует запах чернил на крови.
Скоро меня должен навестить Ян. Он проведет меня на чердак, и укажет место, где находится сундук, в котором будет хранится рукопись…
Стокер сидел за столом в своей спальне и глядел в окно. В пределах видимости, небо заволокло плотной пеленой серых облаков. «Наверное сегодня будет дождь» — подумалось Абрахаму. Писатель поместил дневник под ремень. Одел жилет, и сверху сюртук. Затем взглянул на карманные часы, которые показывали 9. 14. и стал ждать Яна.
Прошло около двадцати минут, и в дверь комнаты Стокера постучались. Абрахам взял ключ от спальни и приготовился к шествию в недра чердачных помещений. Открыв дверь, Абрахам увидел на пороге своей комнаты Гертруду Стоун. Женщина была напугана. Она прижимала ладонь правой руки к своей шее. В левой руке у нее был свернутый лист бумаги.
— Доброе утро миссис Стоун, — произнес Стокер, — я вижу, вам нездоровится. Наверняка работа над романом утомила вас. Вам следует прилечь, — с этими словами Стокер взял из руки женщины свернутый лист, и поднес указательный палец правой руки к своим губам.
Гертруда с мольбой глядела на Абрахама. Он аккуратно развернул послание и не успел прочесть и слова, как послышался звук отпирающегося механизма дверного замка. Массивная дверь, ведущая в соседнее крыло замка, открылась, и в дверном проеме появился мясник Ян. С помощью жестов верзила дал понять Стокеру то, что им пора идти. Абрахам спрятал не прочтенную записку в карман и улыбнувшись, обратился к Гертруде:
— Миссис Стоун, сейчас вы отдохните, а за обедом мы с вами побеседуем о наших успехах в творчестве, — Стокер ободряюще подмигнул писательнице, и шагнул в дверной проем, туда, где его ждал Ян.
Абрахам и мясник поднялись по винтовой лестнице и оказались в небольшом помещении с массивной дверью. Лестница там не заканчивалась, она поднималась выше. По предположениям Стокера, вела в смотровую башню.
Ян открыл дверь (дверь была не заперта, и кроме железной ручки, выполненной в виде головы льва, на ней ничего не было видно. Похоже, в ней отсутствовал
запирающий механизм) и шагнул в полумрак чердачного помещения. Там, под самой крышей замка, гулял холодный сквозняк. Прорываясь сквозь щели меж деревянными брусами, он исполнял холодящие кровь арии, и забираясь под одежду, остужал быстро зябшую кожу.Каждые несколько секунд, из разных углов огромного чердака-мансарды, слышался треск деревянных перегородок. Все под крышей крепости было похоже на трюм старого пиратского судна. Те же звуки кряхтящей древесины, свист ветра и полумрак.
Ян снял с деревянной стены масляную лампу, зажег фитиль и двинулся вглубь чердака. Стокер следовал за громилой след в след.
Практически все пространство чердака было заполнено старинной мебелью, деревянными ящиками и сундуками. Кое-где стояли картины покрытые пылью и окутанные паутиной. В одном из пролетов, на сложенных рядами длинных деревянных кольях, Абрахам увидел несколько человеческих скелетов. От неожиданности Стокер отпрянул назад, и пошатнувшись, чуть было не упал в кучу железных капканов. Ян вовремя схватил Абрахама за полу сюртука, не дав ему упасть. Мясник сделал лампу поярче и остановился у одного из сундуков. В отличие от своих деревянных собратьев, закрытых на навесные замки, этот сундук был изготовлен из железа и имел встроенный запирающий его механизм. Ян выбрал нужный ключ и вставил его в скважину, едва заметную на железной кованной крышке. После трех оборотов ключа раздался характерный щелчок. Ян поднял крышку сундука и осветил лампой его содержимое. В чреве железного «ларца» покоились высохшие головки и цветки чеснока, свернутый в трубочку лист пожелтевшей бумаги, распятие размером со среднюю человеческую ладонь и книга, небрежно завернутая в грубую ткань. Часть обложки книги была видна. В верхнем левом ее углу просматривалась латинская буква «В».
Ян закрыл крышку сундука и запер его. Ключ он отдал Абрахаму. Затем громила двинулся дальше, вдоль чердака и увлек за собой своего спутника.
Мясник остановился у двери. Она была деревянной с встроенными в нее железными пластинами. Дверь не имела замка и запиралась лишь на железный засов. Ян распахнул дверь, повесил на стену лампу и вышел наружу. Стокер последовал за ним. Оказавшись на крыше замка, Абрахам ощутил то, как его посетило невероятное чувство свободы и ностальгии по прошлому. Что-то поселилось в душе писателя. На мгновение ему показалось, что он когда-то уже бывал на крыше крепости Бран. Стокер глядел в даль. На многие километры простирались земли Трансильванской глуши. Горные хребты Карпат возвышались над сосновыми лесами и полями. Небо над головой, затянутое грозовыми тучами, дышало тревожным ветром. Его порывы, то теплые, то леденящие, пронизывали и тело, и душу насквозь. Первые колючие капли начинающегося дождя, впивались в кожу лица. Где-то неподалеку ударила молния, и тут же раздался грохочущий раскат грома. Ян поднял руки к небу и что-то прокричал на румынском языке. Затем, громила и Стокер вернулись на чердак. Мясник запер дверь на засов, снял со стены лампу и проводил Абрахама до его комнаты.
Перед тем, как уйти, Ян передал Стокеру свернутый лист бумаги и второй ключ от двери, ведущей в соседнее (восточное) крыло замка.
За окном разразилась гроза. Крупные капли дождя барабанили в оконные стекла с такой силой, словно желали разбить их в дребезги.
Абрахам сидел за письменным столом и читал записку Яна. В ней говорилось о том, что отныне Стокер может, когда пожелает посещать восточное крыло замка. В конце текста было предупреждение: не при каких обстоятельствах, не ходить в соседнее крыло в вечернее, и ночное время.
Абрахам положил на стол два ключа и послание от американской писательницы. Развернул записку и начал читать.
Послание Абрахаму Стокеру от Гертруды Стоун.
Уважаемый мистер Стокер. Вы простите меня за то, что обращаюсь к вам, но произошло нечто ужасное. Прошлой ночью ко мне в спальню заявились две женщины. Как они вошли мне не известно. Я как обычно заперла дверь на засов, только окно было открыто, но моя комната находится на третьем ярусе замка и это очень высоко. Я не думаю, что эти чертовки забрались по отвесной стене… Я спала, и вдруг проснулась от прикосновений. Сначала я решила, что это Василий, но потом вспомнила, что проводила его перед сном и заперла дверь. Вы наверное догадались о том, что у меня с писателем из России сложились близкие отношения. Мне очень неловко писать об этом, ведь я замужняя женщина, но суть не в этом. Две женщины, пробравшись в мою комнату, стали делать со мной не пристойные вещи. Я не могу поведать вам всех подробностей, но эти чертовки вытворяли со мной то, что обычно делают мужчины с женщинами. Они кусали меня до крови и стонали при этом. Я не могла пошевелиться…