Чтение онлайн

– Так вот я к чему, на самом деле. У вас нет признаков нападения, как у других пациентов, поступивших с похожими симптомами – синяков на запястьях и шее. Некоторое время я даже полагал, что нападает вампир, но отсутствие кровопотери говорит об обратном. Возможно, это необычное существо, но не вампир, во всяком случае, в классическом понимании.

***

Не дождавшись ответа, он продолжал:

– Я не маг, поэтому прибегаю к приборам для измерения уровня магической энергии. Однако, любой врач должен быть наблюдательным. Вы что-то скрыли от меня при поступлении. Не желаете рассказать?

У

Жаклин вспотели ладони, а внутри всё похолодело.

– Молчание приводит меня к выводу, что вы как-то причастны к нападениям. В узких кругах поговаривают, в Мофалию сбежали многие плоды экспериментов лордов – не все из них были истреблены. Некоторые очень удачно маскируются под диких улли… Кроме того, нападения начались после вашего появления в Тербравосе.

– Вы обвиняете меня?.. – от возмущения, Жаклин отбросила одеяло и подскочила в кровати, забыв, что на ней лишь тонкая сорочка. – Ну уж нет! Так не годится! Вот ещё выдумали!

– Так расскажите, что произошло? – доктор хитро прищурился. – Наверняка память хоть немного восстановилась?

Жаклин обняла себя руками, срочно соображая, что можно сказать. Досадно, но ничего в голову не приходило. Она вздохнула, решив, лучше рассказать правду.

– Вы наверно знаете, что у нас с Гарвеем с самого начала учебного года возникло противостояние? – спросила она. Доктор пожал плечами – это могло в равной степени означать и «нет» и «да». – В результате наших разногласий – не буду подробно рассказывать о них – в моих руках оказался зачарованный червонный туз принца.

– Да, я слышал эту историю. Почему-то не думал, что магистр Тризо – это вы! Кстати, довольно популярная особа, знаете ли. Медсёстры часто балуются сплетнями. Даже ставки делали, кто из ваших ухажеров добьётся успеха: принц, Шульман или ректор. Измучили мадемуазель Валенсо, которая приходила навещать Шалена. К чести сказать, не слишком она потешила их любопытство.

– Сплетни? Обо мне? – сегодня для Жаклин во истину был день открытий.

– А вы как думали? Виолетта непременно растреплет о сегодняшнем… Университет, узкий круг общения – женщинам скучно.

– Мужчины, как я посмотрю, тоже не брезгуют сплетнями, – не удержалась от шпильки девушка.

– Ну, уши-то не заткнёшь, – поднял брови доктор. – Болтают обо всех, если вам так спокойнее. У меня женский коллектив, нигде не укрыться.

– На самом деле это вышло случайно. Можно сказать, по глупости, – начала рассказывать Жаклин. Послушав, как она открывала спонтанный портал из собственной комнаты, доктор схватился за голову.

– Как хотите, но я настаиваю – необходимо доложить ректору! Пусть я не маг, но прожил рядом с ними достаточно, чтобы понимать возможные последствия такой опрометчивости. Лучше, если вы это сделаете сами!

Девушка опустила голову.

– Ладно, ладно! Ректор всё равно пока в отъезде, сначала действительно нужно восстановиться. Истощение – обычное дело при перерасходе магического потенциала. Ещё два дня я не выпущу вас из больничного корпуса – будет время подумать, как преподнести «прекрасные» вести сьеру Вайсу. Пока отдыхайте, сегодня больше никто не побеспокоит – полагаю, Виолетта достаточно напугана возможностью дежурств в компании покойного магистра Номада!

Тормвел

поднялся с табурета, и вынул из кармана маленький бумажный свёрток, скрученный в виде конфеты.

– Это вы выпьете сейчас же! Здесь порошок из снотворных трав, – произнёс он, протягивая его Жаклин вместе со стаканом, в который плеснул воды из графина, стоявшего на тумбочке рядом с кроватью.

После серьёзного внушения, девушка не стала спорить, хотя, казалось, отоспалась уже за всю жизнь. Она послушно высыпала зеленовато-бурую толченую массу, больше напоминавшую семечки, чем порошок, поморщилась и поскорее запила водой. Снотворное оказалось очень горьким и противным.

– Ничего-ничего! Лекарства не бывают вкусными, – усмехнулся доктор. – Отдыхайте, а у меня ещё есть дела.

Он вышел, оставив Жаклин в беспокойстве и смятении, которое, впрочем, очень быстро сменилось тяжёлой дремотой. Она не заметила, как скользнула в вязкий сон без сновидений, который назвать естественными было сложно даже с большой натяжкой.

Девушка слышала, как Виолетта за дверью беседует с каким-то мужчиной, потом щебетали две женщины. На некоторое время воцарилась тишина, давившая на грудь не хуже тётиной кошки, повадившейся приходить по ночам и укладываться на неё поверх одеяла. Монти – так звали кошку – любила спать вместе с Жаклин, хотя остальное время проводила рядом с хозяйкой. Если кошку можно было согнать, всего лишь повернувшись на другой бок, о избавиться от сонной мути не выходило.

– Она спит! Доктор дал ей снотворное! – громко увещевала кого-то Виолетта. Другой голос тихо что-то бубнил: слова сливались в однообразный мягкий гул.

– Нет! Меня за это отправят в лабораторию, сторожить покойника! Ни за что! – вновь увещевающий шепот. – Ну ладно! Только я буду стоять у дверей! Так и знайте!

Снова монотонное «бу-бу-бу». Дверь протестующе закряхтела несмазанными петлями, уверенные шаги… Как хотелось открыть глаза!

Кто-то ласково погладил по щеке, табурет протестующе скрипнул.

– Что с тобой? – прошелестел мужской голос. – Я же не прикасался… Почему ты оказалась здесь?

Этот голос она точно уже слышала и не раз, но кому он принадлежит? А посетитель, словно намеренно шептал всё тише:

– Никак не выходит тебя забыть! Думал, если встречи прекратятся, то получится… Стало только хуже!

Жаклин почувствовала прикосновение к губам, мужчина вздохнул.

– Такая красивая, нежная! Так похожа на мою Сюзанну… Как хорошо, что сейчас не можешь слышать меня! Не бойся, я не позволю… Карл, он умный. Он очень умный, но за эти годы растерял хватку! Думает, моя душа совсем зачерствела. Как же он ошибается!

Посетитель замолчал. Апатия, охватившая Жаклин после принятия лекарства, не желала отступать.

– Ты совсем без сил! – прошептал мужчина. – Я попробую помочь. Неужели Карл решил действовать без меня? Нет! Он не может, не умеет…

На горло с силой надавили – Жаклин показалось, будто ей надели раскалённый ошейник.

– О ма белла Сюзанн! – произнёс мужчина на выдохе. От шеи потекла раскалённая лава. Девушка от боли готова была зайтись в крике, но тело от лекарства стало непослушным. Единственное, что получилось – застонать. – Тише, тише! Ещё немного!