Чтение онлайн

– Я тоже считаю, что лучше не думать о будущем, далеком или близком, – сказал Фрэнк. – Но разрешите и мне сказать несколько слов в ответ на вашу обвинительную речь. Я считаю, что руководство США тоже делает много ошибок. Возможно, не надо было приближать НАТО к границам России. Но позвольте вам заметить, что инициатива в этом деле исходит от ваших ближайших соседей. Бывших республик СССР. Очевидно, что они вам не доверяют. Вы их просто затрахали зигзагами своей непоследовательной политики. Стало быть, вина за это лежит на вашем руководстве, а не на нас. Сейчас вы толкаете в НАТО Грузию. Потом еще кто-нибудь будет проситься. А вы по-прежнему вините во всем нас. Это несправедливо и контрпродуктивно. Что же касается обнищания и растаскивания ваших национальных богатств, то это тоже не наша вина. Вина за это лежит в первую очередь на вашем коррумпированном чиновничестве, их родственниках и приятелях. Это они провели грабительскую приватизацию, скупили за бесценок огромные предприятия, растащили их по частям и распродали за границу по цене металлолома. И все это ваши внутренние проблемы. Мы здесь ни при

чем. И вмешиваться в ваши внутренние дела мы не будем. Кстати, откуда у ваших бывших бухгалтеров и мелких чиновников, получавших зарплату в пределах пятидесяти-ста долларов в месяц, вдруг появились многомиллиардные состояния? А вы знаете, что по уровню коррупции вы на одном из первых мест в мире? Вы знаете, что, по независимым оценкам, ваш государственный аппарат коррумпирован по крайней мере на восемьдесят процентов? Хуже, чем у вас, дела обстоят только в десятке стран мира. Это, конечно, примерные данные, я не помню точные цифры. Вы обогнали даже Заир и Парагвай. И такое положение остается в течение многих лет. Изменений к лучшему нет. Откройте соответствующие сайты в Интернете и прочитайте, что там написано по этому поводу. Кстати, заметьте, что вашим жуликам предъявляют обвинения у нас, на Западе, а не у вас. А по масштабам растранжиривания денег вы обогнали арабских нефтяных шейхов. И сделать это было совсем не просто. Еще парочка цифр. По привлекательности для иностранных инвесторов, что является индикатором стабильности и разумности проводимой экономической политики, ваша страна занимает сто двадцатое место, а по комфортности условий для жизни вы то ли на сто пятидесятом, то ли на сто семидесятом месте в мире. Не правда ли впечатляющие цифры?

Фрэнк откашлялся и продолжил:

– Пожалуй, хватит. Давайте лучше оставим политику политикам. И ну их всех к черту. Пойдемте лучше искупаемся еще раз. Потом я вас покину на два-три часа по делам моего проклятого, то есть благотворительного фонда, а вечером с удовольствием снова присоединюсь к вашей компании. О’кей?

Глава 11.

В пять часов вечера Фрэнк поднялся в свой номер, переоделся, взял такси и поехал к Абдаллаху. Его лавку он нашел без труда – как Абдаллах и объяснил Фрэнку по телефону, она действительно находилась в переулке в двух сотнях метров от отеля «Кларидж». Фрэнк вошел внутрь лавки, похожей на вполне приличный парфюмерный магазин, навстречу ему из-за письменного стола встал улыбающийся здоровяк пятидесяти – пятидесяти пяти лет. По-видимому, генерал Ибрагим давно не видел своего бывшего подчиненного. Абдаллах носил золотой «Ролекс», имел холеное лицо и ухоженные руки.

Фрэнк представил себе, как он будет предлагать ему сотню долларов, и чуть не рассмеялся.

– Что вас так развеселило? – поинтересовался Абдаллах.

– Генерал Ибрагим сказал мне, что ваше материальное положение оставляет желать лучшего, и рекомендовал отблагодарить вас за ваше любезное согласие встретиться со мной. А я, как только увидел ваш золотой «Ролекс», подумал, что скорее мне надо просить у вас бакшиш.

– Мы не встречались с Ибрагимом с тех пор, как он оставил военную службу и перебрался в Каир. Впрочем, я звоню ему два-три раза в год и собираюсь как-нибудь навестить его. Ин шаа лла. Я ему глубоко благодарен. Он был хорошим начальником и доброжелательным человеком. В известной мере я обязан ему своим благополучием. Это он посоветовал мне потихоньку подыскивать себе место за границей. Еще когда мы оккупировали Кувейт. Генерал Ибрагим уже тогда знал, что это не сойдет нам с рук и дни режима сочтены. Правда, режим Саддама продержался еще десяток лет, но в общем пророчество генерала оказалось правильным. А я стал думать о том, куда перебраться после военной службы. Кстати, вы хорошо говорите на сирийском диалекте. Жили в Сирии?

– Да, провел там год. Учился на историческом факультете Дамасского Университета, – ответил Фрэнк. – Правда, с тех пор прошло уже семь лет, и разговорный сирийский стал забываться. Хотя дома в Хьюстоне у меня есть несколько знакомых – выходцев из Сирии, и я периодически имею возможность попрактиковаться в языке.

– Вы действительно хорошо говорите, – Абдаллах протянул Фрэнку пачку «Кэмэла» и закурил сам. – Недалеко отсюда есть очень приличный ресторан, владелец которого сириец и мой хороший приятель. Разрешите пригласить вас на ужин. Заодно и поговорим.

Он обернулся к двум индусам – продавцам, сидевшим у окна, и сказал на английском:

– Я и мой американский друг уходим. Будем ужинать у Надира. Если я кому-нибудь понадоблюсь, пусть звонят на мобильный.

Потом он жестом руки пропустил Фрэнка вперед и, когда они вышли, сказал:

– Первое время я иногда путался. Начинал говорить с продавцами по-арабски и, когда видел, что они в недоумении качают головой и хлопают глазами, переходил на английский.

– А каково мне? – усмехнулся Фрэнк. – Учишь арабский десять лет, потом приезжаешь в арабскую страну и с удивлением узнаешь, что три четверти населения не говорят по-арабски. Просто зло берет…

Через несколько минут они уже входили в небольшое заведение с незамысловатым названием «Аль-Матам аш-Шарки» – «Восточный ресторан». Хозяина на месте не оказалось, но Абдаллах здесь был завсегдатаем. Он поздоровался за руку с одним из официантов, приветственно махнул остальным рукой – как выяснилось, все они были сирийцами, – и распорядился, чтобы столик накрывали на втором этаже в отдельном кабинете.

– Там нам никто не будет мешать, и кроме того, можно будет выпить что-нибудь. Здесь распивать спиртные напитки запрещено, у владельца могут быть крупные неприятности, – объяснил он Фрэнку.

Они поднялись наверх и устроились за столом.

– У меня к

вам есть предложение, – сказал Абдаллах. – Если нет возражений, давайте закажем традиционный сирийский ужин с мясными блюдами, набором сирийских закусок и возьмем бутылку араки. Лучше ливанской. О’кей?

– Хорошая мысль, – Фрэнк от удовольствия потер руки. – Вы знаете, в свое время в Дамаске я любил посидеть в маленьких ресторанчиках с кем-либо из приятелей. Особенно в таких, в которых всего пара столиков, а в углу стоит музыкальный автомат. Хозяин возится где-то на кухне, и чтобы его вызвать, хлопаешь в ладоши. Он появляется, выслушивает заказ, приносит кормежку и снова исчезает. Вы сидите, болтаете, и никто вам не мешает. Хорошо.

– Да, – согласился Абдаллах. – Между прочим, сирийская кухня и сирийские ресторанчики в целом намного лучше иракских. Заметьте, что и эмиратские тоже лучше. Так что наслаждайтесь едой, пока вы не попали в Багдад.

Он закурил и продолжил:

– Генерал Ибрагим сообщил мне, что вы собираетесь написать книгу о современном положении в Ираке и зоне Персидского залива. Не так ли?

– Да, – Фрэнк тоже закурил и объяснил: – У меня опубликована куча статей о военно-политической обстановке в регионе, ирано-иракских отношениях, эволюции политики США и России на Ближнем Востоке и тому подобное. Сейчас я получил работу в благотворительном фонде «Уэлфээ Интернэшнл» и, кроме того, являюсь корреспондентом нью-йоркской газеты «Ахбар аль-Усбу». Газета небольшая, платит владелец только за публикации, но как корреспондент я смогу присутствовать на всякого рода пресс-релизах, конференциях и брать интервью. Надеюсь собрать хороший материал.

– И чем я могу вам помочь?

– Генерал Ибрагим охарактеризовал вас как эксперта по террористическим и повстанческим движениям Ближнего Востока. Всем этим хамасам, хезболлам, аль-каидам и им подобным. И я хотел бы услышать ваше мнение о них: ограничивается ли их деятельность Ливаном, Палестинской автономией и Израилем или они пытаются оказывать влияние и на обстановку в Ираке. Короче говоря, хотелось бы понять, чего следует ждать в Ираке в ближайшее время – стабилизации или, наоборот, развертывания вооруженной борьбы, может даже гражданской войны. Я хорошо понимаю, что сегодня, в первый день нашего знакомства, не лучшее время для пространного интервью, и не хотелось бы портить вам аппетит, но с другой стороны, не услышать ваше мнение было бы для меня как для историка непростительным.

– Ну что ж, – задумчиво произнес Абдаллах, – на эту тему можно говорить часами, а можно уложиться и в десять минут. Давайте пойдем сегодня по второму пути. Тем более что вы будете писать не об истории террористических организаций, а об общеполитических процессах. Вместе с тем вам следует отметить, что первоначальный импульс их развитию и усилению их роли на политической арене был дан войной 1967 года, которую арабские армии с треском проиграли. Не забудьте подчеркнуть ту роль, которую взяли на себя Соединенные Штаты и Советская Россия в развитии и распространении террора, когда, поддерживая морально и материально, снабжали оружием различные группы боевиков, для того чтобы подорвать позиции друг друга в регионе. Отметьте и роль арабских стран и Ирана. Они тоже сделали немало для создания и поощрения террористических и экстремистских или, как теперь их называют, фундаменталистских движений. Причем они, как правило, зажимали их у себя, но подстрекали в соседних странах. Особенно в тех, где есть лагеря палестинских беженцев. Практически все арабские страны поддерживали и вооружали палестинцев в Ливане. Что привело в конечном счете к гражданской войне в этой благословенной стране. Не был исключением в этом отношении и режим Саддама. Мы тоже подбрасывали и оружие и деньги и «Хамасу» и «Хезболле», чтобы они нападали на Израиль с территории Ливана, а Ливан получал бы удары возмездия Израиля. А затем все мы дружно осуждали Тель-Авив, требовали осудить агрессивный сионизм и тому подобное. Вспомните, что Саддам платил большие суммы семьям боевиков, погибших при самоубийственных атаках на территории Израиля. Сейчас у нас в Ираке все развалено, нет ни разведки, ни контрразведки. Но по разгулу убийств, похищений людей и нападений боевиков на все подряд и практически во всех районах от Басры на юге до Киркука и Мосула на севере совершенно ясно, что за всем этим стоят крупные организации, управляемые из одного центра. Какие именно, должно проясниться после выборов, если они, конечно, состоятся.

– Насколько я могу судить по публикациям в прессе, речь может идти скорее об отсутствии чьей-то организующей и направляющей руки, – возразил Фрэнк. – Иракское сопротивление слишком хаотично. Я думаю, что отсутствие порядка позволило развернуться чисто криминальным элементам, действующим на свой страх и риск, пытающимся награбить как можно больше, пока есть такая возможность.

– Нет, – Абдаллах покачал головой, – поверьте моему опыту. Обратите внимание на то, что зачастую действуют хорошо организованные группы, выбирающие своей целью пункты вербовки в национальную гвардию, полицейские участки и тому подобное. Уголовникам это не надо. Вместе с тем происходят абсолютно бессмысленные массовые убийства ни в чем не повинных людей. Я бы сказал, настолько бессмысленные, что становится ясно, что это делается со строго определенной целью. Особенно если принять во внимание регулярный, систематический характер этих акций. Кому надо взрывать скопления людей у мечетей или на продовольственных рынках? Уголовным элементам? Вы что думаете, что крупная оппозиционная группировка, насчитывающая несколько десятков или сотен человек, не в состоянии поставить под свой контроль всякую мелкую уголовную мразь, действующую на ее территории? Прекрасно может. Но не делает этого. Почему? Да потому, что цель этой группировки и тех, кто за ней стоит, заключается в настоящее время именно в дестабилизации положения в Ираке.