Зерно А
Шрифт:
– Красочно. Неужели Эдуард на такое способен?
Однако, говоря по правде, ответ Макса не волновал меня. Способен - и что? Мой брат тоже не подарок.
– Ну я прямо не знаю, - фальшивый оскал актера мыльных опер, - что и ответить, чтобы уесть тебя, и при этом не навредить себе.
Я начинала просекать, почему Эдуард взял этого парня на работу - у него было то, что люди называют 'стилем'. Он отлично вписывался в созданную Эдуардом мини-вселенную под названием 'Ананасы в шампанском'. Покачав головой, я на два шага вырвалась вперед. Под подошвами
По сравнению с гудящим днями напролет Правым берегом, Левый жил по своему собственному расписанию. В дневное время суток Кварталы были просто еще одной тоскливой дырой, где полно мусора, псевдожизни и безвкусных витрин. Ничего особенного. Даже кофе купить негде.
Мы как раз были на полпути от стоянки, где было припарковано 'ауди' Эдуарда, когда кто-то окликнул меня по имени. Я обернулась.
Первой и единственной мыслью было: 'Повезло, так повезло'.
В том, что предстало пред мои очи, было как минимум две странности. Первая - Александр Кудрявцев направлялся ко мне, тем самым опровергая сложившееся у меня впечатление, что с некоторых пор он будет делать с точностью да наоборот. Вторая странность - вдобавок к тому, что он шел аккурат ко мне, он улыбался. Его лицо, будто побитый градом свадебный торт, было испещрено шрамами и кривилось в подобии улыбки. Он был в уже знакомом мне пальто с меховым воротником. Под пальто - строгий черный костюм без галстука. Я встретилась с Кудрявцевым взглядом. Улыбка сильнее перекосила некогда изуродованное кислотой лицо.
– Маргарита, какая неожиданная встреча!
Если встреча неожиданная для него, то я селедка в рассоле.
– Сегодня мой счастливый день, - заметила я мрачно.
– Добрый день, Александр. Кстати, не позже, чем позавчера, вы угрожали мне. Припоминаете такое?
Поскольку Кудрявцев выглядел солиднее, чем бродяга с протезом, Максим не спешил вмешиваться.
– Это были не угрозы, а дружественные посылы.
– Посылы, значит. Что, в самом деле?
– Я вытаращилась на него, поборов искушение еще и захлопать ресницами.
– Резко же вы сменили пластинку.
– Я пересмотрел свою позицию. Какими судьбами в Кварталах?
Как и создатели 'Ам-Незии', сделавшей ее находкой для вкусовых рецепторов, так и госпожа Жизнь намешала в Кудрявцеве удивительные ингредиенты.
Кудрявцев остановился в паре метров от меня, не переставая усмехаться. Руку для рукопожатия он, естественно, не подал.
– Не ваше собачье дело. Только не говорите, что совершенно случайно наткнулись на меня. Ни за что не поверю.
– Знаете, Маргарита, у вас есть одно потрясающее качество: вы привыкли считать, будто мир вращается вокруг вас.
– Чего вы хотите?
– в лоб спросила я. Мне надоедал этот подчеркнуто вежливый треп.
– Слышал, у вас возникли некоторые проблемы с бизнесом.
– А не пойти бы вам к такой-то матери, Александр?
– Составите мне компанию?
– Мне не настолько весело с вами.
–
Ах, Рита!Кудрявцев покачал головой. Если внутри он и клокотал от злобы, то внешне неплохо скрывал это. Мы были не одни, и его удерживал поводок законопослушности. Вполне вероятно, без свидетелей он запоет несколько иначе.
– Может, хватит? Наши гороскопы несовместимы, Александр. Единственный выход - прекратить общаться.
– Согласен, с общением у нас туговато. Более того, я заметил вот какую закономерность: пообщавшись с вами, начинаешь ненавидеть окружающее. У вас, как я понял, существуют всего два режима восприятия действительности: 'плохо' и 'очень плохо'.
– Вы мне льстите. Я и близко не подобралась к вам в этом.
Я развернулась и собралась уходить.
– Маргарита, помните, я кое-что просил у вас тогда, в кафе? Это касалось вашего брата.
– Я окаменела. Он понял, что я слушаю, и, удовлетворенный моим вниманием, продолжил: - К сожалению, мне не удалось убедить вас поступить правильно. Однако я намерен попытаться вновь.
Я обернулась. Он протягивал мне белый конверт.
– Просмотрите это на досуге. И хорошенько подумайте, чем это может вам обернуться, беря во внимание повышенный интерес общественности к вашей персоне в данный момент. Особенно беря во внимание повышенный интерес общественности. Жду ваш ответ к вечеру.
У тротуара затормозила синяя 'альфа-ромео'. Я уже видела это авто: у пиццерии 'Вояж'. Открыв заднюю дверцу, Кудрявцев поднял голову и встретился со мной взглядом. Глаза высохшей мухи. Создавалось впечатление, что он наелся яда и ждал, пока погаснет свет, и он сможет сделать контрольный укус мне в голову. Он отлично вошел в образ, вынес урок с нашей последней встречи, когда злобно выплевывал угрозы. Теперь же он сама любезность и озвучивает не угрозы, а 'дружественные посылы' совершенно рациональным тоном.
Я проводила машину взглядом, пока она не скрылась за поворотом.
Нет, я не сомневалась, что вновь увижу Кудрявцева. И что наша третья встреча будет на порядок гаже двух предыдущих вместе взятых.
Конверт не был запечатан. Я открыла его. Внутри - четыре фотографии, и на всех - я с Гранином у пиццерии 'Вояж'. Я перевернула конверт. На обратной стороне красивым каллиграфическим почерком было выведено следующее: 'Тук-тук! Кто там? Это я, почтальон Печкин, принес заметку о Рите Палисси, коматознике'.
– Кто этот хрен?
– спросил Максим.
– Милый друг семьи, разве не видно? Идем отсюда, - пробормотала я, засовывая конверт в карман куртки. Руки тряслись.
Я впервые всерьез задумалась об угрозе в лице Кудрявцева.
Вправе ли я просить Владислава отойти от дел? Я понимала, что статус коматозника может здорово усложнить и так не лучшее время в моей жизни, но и не была готова вовлечь в передрягу Влада.
Кудрявцев будет ждать моего ответа. До вечера. А если не дождется, тогда что? 'Дружественные посылы' приобретут немного иную форму? Пропади ты пропадом, Кудрявцев.