Чтение онлайн

Сигаретный дым застилал глаза. Официантка в коротком розовом платьице протиснулась мимо нас. Все либо выпивали, либо танцевали, либо то и другое одновременно. Ди-джеем был Лейтенант Ликер.

Сколько себя помню, ночным притонам я предпочитала, скажем, более комфортный отдых. Кто-то в двадцать три регулярно посещает клубы, а кто-то проводит по полдюжины вызовов в день, и поистине ценным вознаграждением за работу считает пятичасовой сон. Королевским вознаграждением - восьмичасовой. У меня нет времени на клубы.

Я оглядывалась в поисках Агнии. Мы протиснулись

к бару, что с такой толкотней было отнюдь непростой задачей. Бармен - высокий худющий мужчина с хитрым лицом, с татуировками на руках, - повернулся к нам.

– Два апельсиновых сока, - наклонившись к бармену, перекрикивая музыку, сказал Константин.

Бармен ловко взял два высоких стакана, плеснул сок, бросил соломинки и поставил перед нами на салфетки с бегущей вдоль каждой надписью: 'Сладкий Зуб'. Наверное, мы с Константином были единственными, кто не принимал здесь на грудь. Константин заплатил, я не возражала - не то положение, чтобы поощрять свое гордое начало. Я вытащила соломинку, положила на салфетку, взяла стакан и сделала большой глоток.

– Видишь Агнию где-нибудь?
– спросил Константин, наклоняясь к моему уху. Вернее, проорал. Я поморщилась.

Барная стойка гудела под моим локтем. Басы были настолько пробирающими, что у меня заныли зубы.

Я покачала головой.

– Не хочешь рассказать о себе?

– Нет.

– Так как, говоришь, тебя зовут?

Обычно люди задают этот вопрос, когда у них появляется к вам интерес. Значит, с первого раза не потрудились запомнить, или же банально пропустили мимо ушей.

– Рита.

– Рита кто?

– Просто Рита.

– Мне кажется, или мы уже где-то встречались?

Если меня не сразу узнают, то говорят именно это. Третья по полярности фраза: 'Мы учились с тобой в одной школе, верно?' Она меняется в зависимости от возраста и облюбованных мест собеседника.

– Тебе кажется.

Он кивнул и отвернулся. Ценю такое качество, как понятливость.

Все, чего я хотела в данный момент, это посмотреть Агнии в глаза и убраться отсюда подальше.

В 'Сладком Зубе' вы забудете о времени суток и погрузитесь в мечты из дыма, музыки и шерсти.

Я не хотела никуда погружаться.

Быка я увидела по чистой случайности. Поперхнувшись, я вцепилась в руку Константина. Бык направлялся к бару, ведя за руку миниатюрную девушку. Он был затянут в черную кожу, латекс и сетку, цепи свисали с мускулистого бедра. Мех зачесан и уложен. Ничего себе! Разительная перемена, если вспомнить грязный фартук. Рядом с миниатюрной спутницей он смотрелся как шагающая кожаная гора. Я внимательней присмотрелась к его спутнице. Нет, мне не показалось: на ней был парик - парик из белых искусственных волос, уложенных в стрижке 'каре'.

За руку Быка держала ни кто иная, как Агния.

Константин проследил за моим взглядом.

– Это Бык, парень с 'Фермы'!
– проорала я ему. От потрясение я даже не пыталась выпустить его руку из своей.
– Это он передал мне записку!

И тут Бык увидел нас: вначале его взгляд уперся

в Константина, потом, будто струя мочи по снегу, метнулся на меня. Он как-то странно дернулся, отпихнул Агнию и достал из-под кожаного пиджака пистолет.

Пистолет!

Время остановилось.

Кто-то закричал, но без особого энтузиазма. Крик прорвался сквозь грохочущий ремикс на 'Самоцветов'. Танцующие кинулись врассыпную, будто бусины с порванной нити. Вокруг Быка быстро образовалось пустое пространство. Грянули первые выстрелы. Не успев испугаться, я бросилась на пол. Диско-шар раскрошился на тысячу осколков, хлынувших на танцпол жалящим дождем. Музыка оборвалась, но тишиной и не пахло: от поднятого воя закладывало уши. Лейтенант Ликер, ссутулившись, скрылся за задрапированной дверью.

Я приподнялась на четвереньки в надежде перебраться в более безопасное место. В следующее мгновение я распласталась на полу от резкого толчка в затылок. От силы удара очки слетели с переносицы. Нет времени их искать. Прикрывая голову руками, я заползла за барную стойку. Над головой одна за другой взрывались бутылки, их содержимое перед моим носом смешивалось в едкую жижу, от которой першило в горле, а язык распухал во рту.

Какая-то женщина завизжала:

– Вызовите скорую! Есть раненые!

Стрельба прекратилась.

Константин ловко перепрыгнул через стойку и оказался рядом со мной.

– Быстрее, - скомандовал он, хватая меня за руку.

Спотыкаясь и хрустя по осколкам, мы побежали через зал. Но, как я совсем скоро поняла, не к выходу.

Агния лежала в центре танцпола. Волосы вишневой волной разметало вокруг ее головы, парик, весь в крови, валялся рядом. Она упала на осколок; он торчал из ее горла, кровь делала его похожим на клубничный лед. Бык как сквозь землю провалился. Мимо нас проносились некогда беззаботные тусовщики 'Сладкого Зуба'. Возле входа на лестницу образовалась толчея.

– Где зерно?
– спросил Константин, садясь на корточки возле девушки. Ему пришлось прокричать вопрос, такой вокруг стоял шум. Как в клетке с экзотическими пернатыми. Но Агния не смотрела на него - она смотрела на меня.

Я упала на колени, хлюпнув в луже крови. Сквозь джинсы я почувствовала, что кровь теплая. Агния заставила меня наклониться к ее лицу, ее разгоряченное дыхание прижималось к моим губам, капельки чего-то горячего брызгали окропили мое лицо. Ее глаза были размером с блюдца, зубы окрашены в пурпур.

– У нее ничего нет, - рявкнул Константин и отшвырнул сумочку Агнии.

Я не помнила, как он оттащил меня от мертвой Агнии. От шока я еле передвигала ноги; чувствовала, как влажнеет затылок, как что-то начинает сочиться сквозь волосы, пропитывая их точно губку. Скоро эту губку уже можно было выжимать. Видимо, ударилась где-то. Только я не помнила, где. Боли не было, и это хорошо.

Мы были в коридоре, среди толкающихся потных тел. Кто-то вцепился в мое пальто. Я потеряла равновесие и упала на спину, из глаз брызнули искры. Кто-то закричал. Кажется, это была я.