Сияющая грань
Шрифт:
Если только он не знает, что Проклятие тоже влияет на её жизнь. Возможно, ему жаль. Пенни, возможно, смотрит на это неправильно. Если кто и знает историю этой компании, так это мистер Баррион. Пенни не может задавать прямые вопросы, но она сможет что-то узнать, да?
Пенни сглатывает.
— Эйдан говорил, что еда в кафетерии действительно вкусная.
— Голубичные маффины с бальзамиком — мои любимые, — говорит Эйдан.
Мистер Баррион слегка наклоняет голову в сторону Эйдана.
— Мои тоже. Поэтому я привёз сюда шеф-повара. Она раньше руководила
Шутка богатого человека. Эйдан смеётся в нужный момент. Пенни пытается, но это звучит как кашель.
— Пойдёмте, мисс Эмберли, — говорит мистер Баррион.
Пенни через плечо бросает слабую улыбку Эйдану.
— Увидимся?
— Удачи! — шепчет Эйдан, бросая ей сердечко из пальцев.
Мистер Баррион ведёт Пенни к прилавку с выпечкой, где выбирает кучу булочек, которые Пенни не сможет съесть. Ей повезёт, если она проглотит хоть один кусочек. Мистер Баррион настаивает на том, чтобы нести поднос свободной рукой, и проводит её к свободному столику у панорамных окон, выходящих на зелёный горизонт.
— Это было долгое лето, — говорит мистер Баррион, когда они садятся. — Думаю, я готов к осени. Перемены — это хорошо.
— Иногда, — говорит Пенни, а затем сжимает губы. Можно ли с ним не соглашаться?
Мистер Баррион дарит ей печальную улыбку.
— Я слышал о несчастном случае с вашей матерью. Мне очень жаль, мисс Эмберли.
— Спасибо, сэр.
Кто-то из персонала безмолвно приносит им поднос со стаканами воды и тарелкой ярких долек лимона. Пенни благодарит их, но мистер Баррион даже не смотрит в их сторону.
— Моя мать прожила долгую жизнь, так что, боюсь, я не могу понять ваших чувств. Но я потерял жену и довольно много других членов семьи.
— Мне так жаль, — говорит она, и она искренна. Она видела лицо его жены, слышала её голос. Пенни видела пожар, который убил её.
Но это не всё, что она видела. Она садится прямее, насторожившись.
— Я пишу статью о стойкости вашей компании. Вы не против, если я задам вам несколько вопросов?
— Конечно.
— Спасибо. — Пенни открывает приложение для заметок на телефоне. — Итак… вы работаете в «Баррион Отопление и Охлаждение» уже много лет. Какие были самые большие трудности в поддержании прибыльности компании?
Пенни мысленно поздравляет себя. Она пока будет задавать общие вопросы.
— Хороший вопрос, — говорит мистер Баррион, и в его голосе сквозит снисходительность с благими намерениями. — Когда вы работаете в компании такого размера, важна гибкость. Но не так важна, как креативность.
— Каким образом?
— Сложные проблемы требуют сложных решений. Если в отделе, производящем конденсаторные змеевики, не хватает персонала, это замедлит весь производственный процесс. Но если мы не можем сразу найти новых сотрудников, нам нужно найти временное решение, которое не замедлит производство, например, увеличить часы работы. Но увеличение часов означает более высокую вероятность ошибок, поэтому какие сдержки и противовесы
мы вводим для обеспечения контроля качества?Всё это имеет смысл. Но это не то, что хочет знать Пенни. Она прочищает горло, выпрямляясь.
— Были ли моменты, когда… когда компания боролась?
Улыбка мистера Барриона гаснет.
— Боюсь, я не могу рассказать вам подробности.
— Конечно, я… я просто подумала, что ваш опыт мог бы вдохновить людей, которые только начинают свою карьеру.
Мистер Баррион смотрит на неё немигающим взглядом.
— Всё, что стоит иметь, требует жертв. Жизнь не даст вам то, что вы хотите, на серебряном блюде. Иногда вам приходится это брать. Вот мой совет.
Иногда вам приходится это брать. Именно так он заставил Джованни Де Лука использовать свою магию против его воли.
— Вы когда-нибудь жалели об этом? — говорит Пенни. — Жертва когда-нибудь была… слишком большой?
Мистер Баррион переплетает пальцы.
— Где выйдет эта статья?
— О, я… я работаю с Indianapolis Daily…
— Вы стажёр?
— Да, сэр.
Мистер Баррион хмурится.
— Я думал, что газета закрыла свою программу стажировок.
Пенни перестаёт дышать.
— Да, кажется, это было из-за сокращения бюджета. Они пытались предложить неоплачиваемые стажировки, но вы знаете, как люди реагируют на такое. Начинают кричать о неравенстве, несправедливой трудовой практике и так далее.
Плохо. Это плохо. Они сидят здесь три минуты, а он уже поймал её на лжи. Она должна возразить.
— У меня там двоюродный брат, — говорит Пенни. — Для меня сделали исключение.
— Прекрасно, — говорит мистер Баррион. — Что ж, раз я ответил на ваш вопрос, я хотел бы задать вам свой.
Он не ответил на её вопрос, но Пенни не знает, как указать на это.
— Конечно.
— Правда ли, что мой внук проводит время с вами и Алонсо Де Лука?
Шок от вопроса мистера Барриона почти болезнен. Пенни настолько не готова к этому, что просто смотрит на него с открытым ртом.
— Мы виделись несколько раз, — говорит Пенни. — В смысле, случайно пересекались.
— Интересно, — говорит мистер Баррион, — потому что у меня есть достоверные сведения, что вас довольно часто видели в городе.
— Определённо нет, — быстро говорит Пенни. — Мы едва знаем друг друга.
— Хм. — Мистер Баррион смотрит на нетронутую выпечку. — Возможно, мне стоит быть прямее. Я беспокоюсь о безопасности своего внука. Я боюсь, что он связывается не с теми людьми. Хотя Кори блестящий, боюсь, он слишком доверчив.
Самое умное было бы придумать предлог и уйти. Но слышать, как мистер Баррион так говорит о Кори — будто он наивен, — зажигает огонь в груди Пенни.
— Я думаю, что наоборот, — говорит она.
Мистер Баррион разглядывает её.
— Правда? Расскажите.
Пенни ёрзает на стуле.
— Ну, он… он действительно держит людей на расстоянии, и я думаю, ему трудно открываться. Он очень заботится о том, чтобы защитить всех. Свою семью, своих друзей…
— Вас? — говорит мистер Баррион.