Чтение онлайн

— Подожди, что? Она может так делать?

Я дотягиваюсь до его плеч, но он смотрит на меня со страхом.

— Я видел, как она это сделала. Вообще-то, он был примерно твоего телосложения, — бросает Ронан через плечо, уходя.

Я просто злобно улыбаюсь Таррону и не уточняю, что это был маленький тролль. Пусть думает, что я сделала это с мужчиной. Я знаю, чего добивается Ронан. Это простой способ заставить других солдат уважать меня.

Остальная часть недели проходит медленно. Я начинаю понимать, что живу ради утренних тренировок.

Наоми

На

этой высоте постоянный ветер развевает мои волосы, вырывая пряди из низкого пучка на затылке, несмотря на две большие косы, переплетенные поперек головы. С моего места на вершине внутренней стены видна вся территория замка, сады и оранжереи за его пределами, а также люди, суетящиеся внизу.

Тепло весны не доходит до нас, стражников, находящихся здесь, наверху. Я бы замерзла в своей старой броне, но толстая шерсть моего защитного плаща защищает от ледяных когтей. Я провожу пальцами по бронзовым дискам, вшитым в изумрудную ткань, и вспоминаю, как не так давно дразнила Ронана за его красивую форму.

Я никогда не думала, что окажусь здесь.

В эту смену я хожу по крепостной стене с Бреа в качестве напарницы. Наши шаги быстро сокращают расстояние, мы движемся в одном темпе, внимательно осматривая окрестности в поисках каких-либо нарушений. Мой желудок сжимается от голода, и я с нетерпением жду звука рогов из казарм, сигнализирующего смену караула. Наша смена началась рано утром, еще до восхода солнца.

— Как думаешь, когда мы снова отправимся на охоту? — я потираю руки, сжимая копье, чтобы согреться. Я могла бы купить кожаные перчатки. У меня осталось достаточно денег после того, как я отправила большую часть своей зарплаты семье.

Бреа смотрит на меня.

— Уже надоела стража замка? Лорд-протектор устраивает много банкетов в преддверии отправления паломниц в земли фейри, на которых Ронан должен присутствовать. Завтра будет бал, но мы сможем ускользнуть на неделю прямо перед церемонией перехода в день весеннего равноденствия. Но это, — она широко размахивает рукой, указывая на все вокруг нас, — это основная часть работы. Впрочем, Ронан любит охотиться на обычных зверей в свободное время и берет нас с собой в качестве охраны.

Мы подходим к углу стены, останавливаемся на несколько мгновений, оглядывая все вокруг, а затем продолжаем наш путь.

— Работать здесь гораздо лучше, чем на фермах, — я сдерживаю дрожь при этом воспоминании.

Мы делаем еще один круг по стене, а затем еще один. Солнце поднимается выше в небе, и наконец слышен звук рогов, сигнализирующий смену караула.

— Давай попросим повара приготовить нам что-нибудь горячее, я умираю с голоду, — говорит Бреа, и ее светлые волосы, увлеченные ветром, падают на лицо. — Жаль, что мы пропустили утреннюю тренировку, я знаю, тебе нравится смотреть на Ронана без рубашки, — она хлопает меня по плечу. Я в панике смотрю на нее, но она лишь смеется. — Не волнуйся, не тебе одной.

— Как думаешь, повар приготовит нам ранний обед? — говорю я, чтобы сменить тему.

На ее губах появляется многозначительная улыбка.

— О, может быть, — она пожимает плечами.

Я бросаю на нее прищуренный взгляд, но она его игнорирует.

Она знает, что сегодня... нет, не может знать.

Я следую за Бреа по лестнице, которая примыкает к внутренней стене, и выхожу во внутренний двор. Она берет

меня под руку и тянет к казармам, а я удивленно поворачиваюсь к ней.

— Хочешь услышать безобидную сплетню? — продолжает она, не давая мне ответить. — Наш хороший друг Оуэн скрывал от нас одну вещь. У него новый возлюбленный, и он никому об этом не говорил. Ты никогда не догадаешься, кто это. Я открываю рот, чтобы сказать, что это не мое дело, но она все равно продолжает. — Конвей! Неудивительно, что Оуэн так торопился вернуться в казармы, когда мы были на охоте. По-видимому, Даван не в восторге от всего этого. Он и Конвей в прошлом были вместе.

Я не знаю и половины этих имен, но просто смотрю на Бреа, которая болтает о драке, которую устроили двое других, когда узнали, что оба ухаживают за одной дочерью какого-то пекаря.

Она разговаривает со мной, как со старым другом.

Я не привыкла, чтобы меня принимали в компанию или даже любили. Такое чувство, будто греюсь на солнце, а до этого всю жизнь знала только снежные бури. С этими людьми я могу действительно расслабиться, а не постоянно быть начеку и готовиться наброситься на любого, кто попытается меня ударить.

Я так сосредоточена на Бреа, что сначала их не замечаю. Наверное, она так и хотела. Мы входим в казармы, и столовая сразу же наполняется громкими криками.

Я поворачиваюсь в сторону шума, отчаянно ища нападающих, но меня встречают дюжина стражников, вставших со своих мест вокруг центрального стола и поднимающих кружки с элем. Это люди из моей группы. На их лицах улыбки, а некоторые даже машут мне рукой. Тогда я понимаю смысл их слов.

— С днем рождения, Наоми! — Во второй раз хором выкрикивают Оуэн и Финбар.

— Ты думала, мы забудем? — улыбается Кандра. Я даже не знала, что она помнит, когда у меня день рождения.

Даже Имоджен и Хендрик сидят за столом, несмотря на свой статус и то, что их комнаты находятся в замке. Хендрик кивает мне головой, а Имоджен пересаживается на другую скамью и похлопывает по месту рядом с собой. Я ошеломленно стою в дверях, но Бреа тянет меня к столу.

Перед нами расставлены блюда. По сравнению с тем, к чему я привыкла до приезда сюда, это настоящие деликатесы. Парящие свиные колбаски, запеченный картофель с маслом и травами, обжаренные зимние овощи. Я делаю глоток эля, а вокруг меня снова оживает разговор.

— Ты думала, я забуду о твоем двадцать третьем дне рождения? — спросила Кандра, наклоняясь ко мне.

— Я не знала, что ты вообще о нем помнишь, — я все еще в шоке от того, что столько людей решили устроить мне сюрприз.

— Я всегда помнила о твоем дне рождения, — презрительно говорит Кандра. — Помнишь, в прошлом году я украла две бутылки вина из бара моего отца, и мы выпили их с Кейном и Чадом во время ночной охоты?

Я просто киваю. Почему-то я либо забыла, либо просто решила, что это было совпадение. Моя мама никогда не помнила о моем дне рождения.

Я накладываю еду на тарелку и смеюсь вместе с остальными, когда Хендрик рассказывает нам историю о молодом лорде, который утром вызвал его на дуэль и в первые же минуты оказался на заднице.

— Люди, которые меня не знают, думают, что я какой-то изнеженный денди4, — продолжает Хендрик, рассматривая свои ногти. — Наверное, это из-за моей красивой внешности.

— Я тогда был на страже, — говорит Оуэн с набитым ртом хлеба. — Думаю, лорды хотят дать тебе по морде, потому что ты слишком много флиртуешь с их сестрами и братьями.