Путь на острова
Шрифт:
Тут я вынужден с вами согласиться, господин Аугир, у нее не просто дар, он очень сильный, даже Николь не смогла бы с ней правиться, если бы не моя помощь.
— Так вот, — продолжил он. — Вы оказались в этом деле случайно, если не скрывать правды. Вообще-то опознать ее должен быть совсем другой человек. Но увы, нелепая смерть. Или не совсем нелепая, если принимать во внимание некоторые обстоятельства. И понимаете, господин Сорингер, я вас прошу, а не… — Аугир взглянул на меня, и в моей голове как будто бы кто-то зашевелил пальцами.
«В общем, выбора у меня нет, — грустно подумал
— Возможно, леди Эйленора уже в Опситалете, — прервал затянувшееся молчание Аугир.
Вслед за ним я взглянул на только что приземлившийся трехмачтовый лайнер Ост-Зейндской Торговой Компании, занимающейся помимо всего прочего еще и перевозкой пассажиров. Хорошо было видно, как из его чрева выходили многочисленные пассажиры, и среди них хватало женщин всех возрастов.
Затем посмотрел на уже опустевшие телеги у борта «Небесного странника», возле которых гурьбой стояли грузчики. На выглядевшего невозмутимым Гвенаэля, отпустившего шуточку Мирре, после чего она безуспешно пыталась сдержать смех, для чего прижала обе ладони ко рту. На Амбруаза в кожаном переднике, скептически рассматривающего только что отсеченное им от туши телячье стегно — на камбузе места мало, и потому он пристроил разделочный чурбак прямо на палубе. Нашел взглядом навигатора Брендоса, что-то втолковавшего Родригу, явно с ним несогласного, после чего перевел взгляд на Аугира…
Мне впервые довелось увидеть со стороны, как взлетает в небо мой корабль. «Небесный странник» вздрогнул всем корпусом, затем плавно поднялся на высоту человеческого роста. Повисев некоторое время над землей, он медленно полез вверх. Я смотрел на него, все больше задирая голову, пока, наконец, от него не осталось только железное днище.
«Надо же, как оно все покрыто вмятинами, сколько мы его не берегли! — поразился я. — Хотя чего уж тут, у всех летучих кораблей днища точно такие же — далеко не всегда получается опускать их на ровную поверхность».
«Странник» понимался все выше и выше, пока, наконец, по утверждению Аднера, удерживающая сила земли не оказалось такой малой, что его понесло ветром.
«Пора поднимать паруса», — подумал я, и тут же, как будто на корабле услышали мои мысли, на нем взметнулись сначала кливер, а затем и грот.
«Небесный странник» поднялся еще, затем, набрав необходимую скорость, изменил курс на юг в сторону Эгастера. На малом ходу управлять летучими кораблями безнадежное дело, они не морские, и в воду руль не опустишь.
Вот на нем подняли дополнительный парус, и это означало, что ветер попутный. Но тут ничего удивительного нет — на высоте направление ветра редко когда совпадает с тем, что дует над самой землей.
На душе почему-то стало немного грустно, я и сам не понимал почему. Как будто и расставался с кораблём ненадолго, но поди же ты, чуть ли не слезы на глаза наворачиваются.
Опасаться за «Небесный странник» не стоит: Рианель Брендос — навигатор опытный,
ему давно пора бы уже и самому стать капитаном. Как помощник отлично справится Гвенаэль Джори. Вернемся с Островов, выправлю ему медальон навигатора, заслужил. Так что проблем по пути в Эгастер быть не должно. У меня самого, кстати, существует возможность попасть в Эгастер еще раньше них: у «Ост-Зейндской торговой компании» туда есть прямой рейс, а скорость у ее кораблей такая, что остается только позавидовать.Заходящее светило окрасило паруса «Небесного странника» в нежно-розовый цвет, и стоявший недалеко Дэйвид Клайтур негромко произнес:
— Красивое зрелище, — на что я согласно кивнул.
В отличие от своего босса, Аугира, Дэйвид мне понравился сразу. Приятной внешности, легкий в движениях, разговаривает вежливо. И глаза у него нормальные, темные, не снулой рыбы, как у его начальника. А самое главное смотрит он на «Небесный странник» чуть ли не с восхищением. Ну как тут не проникнуться к нему симпатией?
— Пойдемте, Дэйвид, — обратился я к нему, и первым зашагал в сторону поджидавшей нас пролетки.
Комната в корчме оказалась вполне приличной, а самое главное, рассчитанной на одного постояльца. В этом Аугир не поскупился, оплачивая ее для меня за счет Коллегии. Кровать широкая, явно рассчитанная не для одного человека, и помимо нее места в комнате оставалось с избытком. В сравнении с моей каютой — хоромы.
— Я вам больше не нужен? — поинтересовался Клайтур, вошедший в комнату вместе со мной.
— Нет, спасибо, — покачал головой я. — Сразу спать и завалюсь.
— На всякий случай внизу, в зале, будет дежурить пара ребят, — пояснил он перед тем, как выйти. — Стол возле самого входа, парни могут меняться, но занимать они будут всегда именно это место. Если надумаете прогуляться, они пойдут сзади, но докучать вам не будут. И все же постарайтесь лишний раз из корчмы не выходить.
— Нет, сегодня точно никуда, — я снова покачал головой.
— Ну тогда до завтра, — попрощался Клайтур. — Я за вами заеду, чтобы отвести в дом Кнофта. Если, конечно…
— …Если прием снова не перенесут, — пришлось мне за него закончить фразу.
Дверь за Клайтуром захлопнулась, я закрыл ее на засов, и увалился на постель, размышляя.
«Очень хочется, чтобы прием состоялся завтра. Понятно, что переносят его не из-за Эйленоры, не вяжется такое со всем остальным. Ясно и то, чего Коллегия опасается — на улице меня может признать Эйленора».
За открытым окном послышалась громкая женская брань, заставившая подняться на ноги. Окно выходило на центральную улицу Опситалета, чистую, мощеную и застроенную красивыми домами. По дороге в корчму Дэйвид рассказывал, что особняк господин Кнофта расположен не на ней самой, а через две улицы, на набережной реки Магруа.
Рассказал Дэйвид и о нем самом. Кнофт начинал когда-то зазывалой в лавчонке двоюродного дяди, торгующего скобяными изделиями. Затем Кнофт встал на прилавок, накопил немного денег и открыл собственную лавку. Торговля у него пошла успешно, дело ширилось, и сейчас он по праву считается крупнейшим купцом в Опситалете.