Чтение онлайн

«Сафр, неужели это — Сафр? — подумал юноша. — Тот самый атуанец, что купил шлем».

Корабль причалил, загремели тяжелые цепи, и, едва матрос отодвинул резную дверцу, Сафр, словно заправский моряк, легко перебежал по обшитому деревом, вылизанному до блеска солнцем и морем боковому скату борта на берег.

— Приветствую тебя, Аму, — торжественно произнес торговец, его улыбка была по-прежнему неприятной, но зубы! Все зубы были на месте.

«А вдруг это не Сафр? — мелькнуло в голове Аму. — Хотя чему удивляться… Если маги могут выращивать вместо отрубленных частей своего тела новые, то почему бы Сафру,

простому торговцу, возможно имеющему дела с магами, не вырастить зуб?»

— Приветствую Сафра на земле Уту. Да благоволят Боги твоей торговле, — ответил Аму и затем добавил менее торжественно: — Только здесь много не наторгуешь.

— Я приехал для разговора с тобой, Аму.

— Что-нибудь об отце? — дрожащим голосом спросил юноша.

— А что случилось с твоим отцом? — Лицо Сафра приняло участливое выражение.

— Исчез в море. — Аму готов был заплакать.

— Расскажи, расскажи… Может, мои моряки видели…

— Здесь не место для разговора. — Юноше удалось взять себя в руки и произнести традиционное приглашение: — Прошу тебя посетить мой дом и разделить со мной обед.

По пути к дому Аму рассказал историю исчезновения отца. Затем они обедали. Полагающуюся после угощения беседу о погоде и затянувшемся штиле Сафр постепенно перевел в деловое русло:

— Я недавно поднимался по Туму, заезжал в Хат и разговаривал с Нахтом и Хемсой…

— Ну и как они?

— Нахт торгует, один из самых богатых людей Хата. А Хемса женился.

— Это я знаю, на дочери Ханта…

— Хант теперь один из главных управляющих.

— Да?

— И еще. У Хемсы скоро будет наследник…

— Что ж, это — хорошая весть.

— Твои друзья сказали, что у тебя есть интересующий меня товар.

— Какой товар? — недоуменно спросил Аму.

— Пояс. Древний пояс… Который вы тогда нашли. Я ведь собираю разные древние вещи.

— А, пояс. — На Аму неожиданно нахлынули воспоминания о давнем походе. — Извини, Сафр, но пояс не продается. Это — память о лучших днях моей жизни.

— Я хорошо заплачу.

— Я достаточно богат, Сафр…

— Я заплачу больше, чем за шлем.

— Нет, Сафр…

— Напрасно. Подумай… Может, ты его обменяешь на что-нибудь?

— Нет, мне ничего не нужно…

— А если я найду Сехема?

— Найдешь отца? — В голосе юноши послышалась надежда. — Найдешь отца, пояс — твой.

— Вот и хорошо, — Сафр обнажил зубы в улыбке, — прямо сейчас и отправлюсь на поиски.

— Я говорил, мы его уже искали… Я пойду с тобой…

— Нет, Аму.

Аму не стал спрашивать о причинах отказа Сафра. «Странный человек. И ведет себя странно… Но, может быть, именно ему суждено найти отца?»

Аму проводил торговца до корабля, и, лишь тот поднялся на борт, прозвучал сигнал к отправлению, и загремели цепи, поднимая тяжелые якоря…

Сафр смеялся. Сафр ликовал. Все шло так, как он задумал. Оставалось одно: вернуть Сехема домой и взять пояс у благодарных родственников… Маги хорошо платят. Их власть — его богатство. А богатство — не меньшая власть. Сафр верил поговорке: «Золото и колдуна переколдует».

Корабль держал курс на остров Урх. Хозяин острова с нетерпением ждал купца. Он расхаживал по плоской крыше Башни Тишины и всматривался в горизонт.

Издали жилище

Урумана было похоже на скалу из черного камня. Стены высотой в несколько десятков минов, тяжелые ворота, перекрывающие искусственный канал во внутреннюю гавань так, что ни надводный, ни подводный враг не мог проникнуть в замок, производили жуткое впечатление. Двор, точнее, гавань была настолько вместительной, что могла принять сразу несколько кораблей. Помещения замка располагались по внутренним сторонам стен, а в центре, окруженная со всех сторон водой, находилась Башня Тишины. Со стенами ее соединяли высокие подъемные мосты. Именно в этой башне, в просторных залах, находящихся друг над другом, совершались темные таинства.

Внешность Урумана отличалась от облика большинства магов круга Тьмы. Выбритая голова, черные бездонные глаза, сморщенная, словно прилипшая к черепу кожа, вытянутое лицо и острый крючковатый нос — так выглядели многие маги. Глаза же Урумана были не темные, а голубовато-серые, мутные, словно морская вода после шторма, лицо обрамляла густая, иссиня-черная, с легкими признаками седины борода. Он совсем не был похож на старика: высокая фигура, уверенные движения говорили о силе и ловкости. Но по рассказам старожилов, во времена их молодости Уруман выглядел точно так же.

Еще одно свойство отличало Урумана: если большинство магов Утурана у плохо знакомых с магией, но доброжелательно настроенных жителей вызывали только уважение, то при появлении Урумана к уважению примешивался страх. Волна страха заставляла расступаться толпу прохожих на улицах Ура еще задолго до появления темного мага. Многолюдные базарные ряды смолкали, торговцы замирали, не договорив фразы, когда мимо них шествовал отряд рослых, безликих слуг с паланкином, в котором восседал колдун.

Одних людей его сила отталкивала: они старались даже не смотреть в сторону мага, а других тянула, тянула так, что казалось, прикажи им Уруман перерезать самим себе горло или броситься с высокого маяка Урасинхен на острые как ножи каменные скалы, они тотчас примутся выполнять приказ.

Уруман почти всегда молчал. Один из двух вертких, неопределенного возраста слуг говорил за него, другой выбирал товар, расплачивался, грузил покупки на специальные носилки. Казалось, эти двое были не люди, а голос и руки Урумана. Часто они появлялись в Уре и без хозяина, но всегда вдвоем. И часть силы мага была с ними. Никто из жителей не знал их имен. И ни у кого не возникало желания познакомиться с этими, похожими друг на друга как две капли воды людьми. За глаза их называли просто: черный и коричневый. Ибо один из них всегда носил черную, перепоясанную черным поясом длинную хламиду, другой точно такую же, но коричневую. Возможно, это были любимые цвета Урумана.

Одеяние самого мага состояло из белой рубахи с широким коричневым поясом, бархатных шаровар, плотного плаща из черного атласа, отороченного серебристо-серым мехом уорха, и сапог с заостренными носами. В жарком Уре, где в любое время года можно обойтись одной рубахой, никого не удивляла теплая одежда магов. «Так уж они устроены, — рассуждали городские обыватели, — старые люди, вечно им холодно…» Скорее вызвало бы удивление, если какой-нибудь маг, особенно тот, за кем закрепилась слава мага Круга Тьмы, появился на улице в легкой одежде.