Последний враг
Шрифт:
И, стоящий на продуваемой всеми ветрами крыше, в черном длинном плаще Уруман издали напоминал большого унратерна, высматривающего с вершины скалы добычу.
К вечеру корабль Сафра вошел во внутреннюю гавань замка, занял место среди нескольких парусников, пришвартованных к пристани из серого камня, и вскоре торопливые шаги торговца разбудили тишину центрального зала башни.
Уруман, казалось, дремал в огромном кресле черного дерева, расположенном в дальнем конце зала.
— Ну, с какими вестями прибыл, купец? — Уруман неожиданно открыл глаза, встретился взглядом
— Хорошие вести.
— Я знаю, — сухо произнес Уруман.
Сафр почувствовал некоторую свободу и добавил:
— Мальчик все готов отдать за отца… Как и предполагали.
— Что ж… Забирай старика и вези пояс.
— Но старик расскажет о нашем сговоре.
— Когда я получу пояс, они будут не нужны. Мне нечего бояться.
— Но старик может рассказать до…
— Ну, что ты придумал? — Уруман вздохнул, словно Сафр был маленькой назойливой асэллорой, никак не желающей убираться восвояси.
— Я хочу стать героем в глазах мальчишки. Надо организовать побег старика. Скажи своим слугам, чтобы они слушались меня, как отца родного…
— А ты слушаешься меня? — Маг снова заставил Сафра вытянуться в струнку и снова принялся выгребать золото глаз торговца. — Ты думаешь получить от меня за пояс много денег? — Уруман рассмеялся: сухой треск ломающихся веток эхом разнесся — по огромному залу. — Я тебе подарю больше. Когда привезешь мне пояс.
— Хруг, — властно позвал Уруман.
Через мгновение в зале появился прислужник. Это был магрут, еще меньше похожий на человека, чем тот, с которым встречался Аму. Его голову покрывали сплошные кожистые образования оранжевого цвета, веки многочисленными складками наползали на лоб, а глаза, глаза были фасеточные, как у паука: множество мелких глаз с отдельными зрачками, слитые в два больших.
Вся ближайшая замковая прислуга мага состояла из подобных химер, для которых люди были ничтожнее фрокков, а маг являлся хозяином и богом одновременно.
— Да, господин.
— Это мой человек. Сафр. Ты должен выполнить все, что он скажет.
Лицо Хруга исказила недовольная гримаса.
— Я так хочу, Хруг.
— Да, господин, — повторил магрут и неожиданно совсем другим голосом произнес: — М-н-н-н…
Казалось, этот звук издавало само тело Хруга, оно дрожало, словно нож, только что вонзившийся в дерево…
Через несколько сект в зале появились еще двое. Эти были гораздо больше похожи на людей, чем Хруг. Их отличало лишь то, что вместо волос кожу каждого покрывали мелкие чешуйки серого цвета. Да и зубы были острее, чем у людей, и, как показалось Сафру, располагались в несколько рядов.
Вошедшие сделали несколько шагов и вдруг, словно кто-то подрубил им колени, простерлись на каменном полу перед магом.
— М-н-н-н… — продолжил Хруг, встав по левую руку от Урумана, — м-н-н-ны.
Прислужники одновременно встали.
— Они отведут тебя к Сехему, — сказал маг, — и сделают все, что ты им прикажешь…
— Тогда я приказываю… если ты позволяешь… — Сафр посмотрел на колдуна… — заточить моего
капитана и матросов… в темницы рядом с темницей Сехема…Не прошло и хоры, как Сафр и двое прислужников перешли через подъемный мост из башни в помещения стены. Они оказались в темном длинном коридоре, по обе стороны которого тускло поблескивали массивные железные двери.
Коптящее пламя закрепленных над дверьми масляных светильников за долгие иры покрыло верхнюю часть прохода черным бархатистым налетом, и Сафру казалось, что с каждым шагом потолок опускается все ниже и вот-вот припечатает к полу, раздавит, поглотит своей тяжелой темнотой. Наконец прислужники подвели его к двери, за которой находился Сехем.
— Втолкните меня, — приказал Сафр верзилам, — но дверь не запирайте!
Прислужники, надменно посмотрев на купца и всем своим видом показывая, что, если б не хозяин, они бы и пальцем не пошевелили, сдвинули засов и грубо бросили Сафра внутрь.
— Мы еще потолкуем! — прокричал он, падая на холодный пол.
Ответом был удар железа о камни.
Торговец огляделся. Помещение оказалось небольшим; его освещала лишь узкая прорезь под самым потолком. Сафр не сразу заметил в дальнем углу неподвижную фигуру, похожую на каменную статую Скорби у входа в храм Уруты. Но, лишь стихли шаги слуг Урумана, статуя ожила: Сехем медленно подошел к лежащему на полу Сафру и склонился над ним:
— Больно?
— Ничего, — сквозь зубы, словно пытаясь подавить боль, ответил торговец, — они тоже не всесильны.
С помощью старика Сафр поднялся и присел на скамью.
— Мое имя Сехем, — представился отец Аму, — а ты, судя по речи, не утуроме?
— Да, я родился в Атуане, имя мое Сафр. Я честный торговец, — быстро заговорил купец. — Я знаком с твоим сыном и поклялся ему, что освобожу тебя, Сехем. Поэтому я здесь.
— Отсюда никому не выбраться. С каждым днем я теряю силу. Не пройдет и ира, как меня не будет.
— Но здесь есть двери… И стерегут нас не демоны и не маги, а магруты и люди.
— Что ты можешь, добрый человек, — безнадежно произнес старик, — ты — купец, но здесь за все богатства мира никого не подкупишь… А ночью демоны возьмут часть твоей силы…
— Но пока она у меня есть. Я пришел сюда, Сехем, чтобы освободить тебя. — Сафр вскочил, расправил плечи, но от этого его низкая коренастая фигура не стала ни значительней, ни выше. — И я освобожу тебя!
Сехем вопросительно посмотрел на торговца.
— Тайное искусство боя! — с необычной легкостью для избитого человека Сафр подпрыгнул. — Я знаком не только с магами, но и с туорами…
— Бесполезно… — Сехем покачал головой, и комната вдруг поплыла перед его глазами. — Я так ослабел, что вряд ли смогу бежать.
— Я выведу тебя! — Сафр снова подпрыгнул, перескочил к двери, ударом ноги распахнул ее и ринулся в светящийся дверной проем.
Через несколько мгновений Сехем услышал шум схватки. Темные тени заплясали в размазанном по стене и потолку желтом световом пятне. Кузнец поспешил на помощь неожиданному спасителю. Но пока он добирался до выхода, все было кончено. В дверях появился Сафр. Рубаха из тонкого тианского шелка была порвана, и пятна крови добавили новые краски к его наряду. В правой руке Сафр сжимал короткий меч прислужника Урумана.