Чтение онлайн

«А селяне должны были видеть хотя бы Юла, — подумал Никит, — ведь через какое-то время повстречали его монахи, да он был не один, а с незнакомцем. Или же Юл предпочел более короткий путь и миновал поселок? Впрочем, маги могут делать себя невидимыми…»

«Возможно, через какое-то время Всеприсущий высветит самые темные уголки сей истории, от которой остались лишь подземный проход, лестница к небу да каменное извая…»

Волосок застрял в расщепе стила и потянул за собой жирный след. Никит даже обрадовался передышке. Он вытащил кусок ткани, которым обычно протирал стил. Мозаика изящных стрелочек за несколько дней преобразилась в скопление темных, пачкающих пальцы, пятен. Никит с трудом нашел чистое место, протер

стил, отбросил тряпку на соседний пюпитр и через слуховое окно попросил Туса принести новую.

Аму продолжал подниматься. Позади, там, где еще недавно лежала рукотворная рыба Древних, по лазурной поверхности моря расползалось темно-коричневое пятно. Сердце беглеца никак не могло успокоиться: оно бешено пульсировало, словно подгоняло: «Скорей! Скорей!» Постепенно вернулись все ощущения: болело тело, избитое волнами, болели пальцы рук и ступни, изодранные острыми, шершавыми, подобными точильному камню, скалами. Но эта боль была ничем по сравнению со странной тяжестью: казалось, воздух вокруг был наполнен свинцом и каждое движение требовало неимоверных усилий.

«Над скалами должна проходить Дорога Стражей. Если ее нет, значит, это — не хребты Умхора». Аму вспомнил занятия в храмовой школе, вспомнил, как перекладывал одну за другой, разворачивая и сворачивая, карты земель Утурана. Вдоль и поперек они были исчерчены цветными линиями, и жирной зеленой змеей тянулась в предгорьях Дорога Стражей.

На одной из небольших площадок он осмотрелся и в милонге от себя увидел выглядывающую из-за скалы каменную башню. «Дорога! Первый форт! Слава Великому Уту! Боги не оставляют меня!»

Вскоре Аму был у входа. Форт представлял собой четырехугольную башню с гладкими стенами, заканчивающимися наверху ровным рядом бойниц. Дверь в башню была кем-то выломана и лежала на камнях, выдвинув вверх железную полосу засова, словно взывая к Богам о несправедливой своей участи.

В прохладной полутьме форта Аму разглядел резервуар для сбора воды. Точнее, большую воронку водосборника. Свет, проникая сквозь отверстие в потолке, расположенное над воронкой, вырисовывал на стене неровный четырехугольник. К отверстию вела лестница, прилепившаяся к одной из стен башни. А под ней, на полу, рядом с воронкой, находилась деревянная лавка и несколько табуреток.

Беглец подошел ближе. Из-под мостика, ведущего к центру воронки, выглядывали перламутровые головки нэмиэрит, а на самом мостике лежал медный черпак с длинной деревянной ручкой. «Вода!» Стоило подумать о воде, как Аму почувствовал сильную жажду. Он заглянул в глубь воронки. Она заканчивалась металлической крышечкой, открывающейся внутрь. Он надавил черпаком на крышку и достал до самого дна резервуара. Воды не было.

Аму поднял глаза и от неожиданности чуть сам не свалился в воронку. В одном из углов, под потолком, притаились черные тени. Его враги… Но через мгновение понял, что это обыкновенные унратенры. По-видимому, стражи заходили в форт довольно редко, и крылатые поедатели падали поселились здесь. Возможно, они сами были напутаны не меньше Аму, но покидать прохладное темное место явно не желали.

Когда-то Дорога Стражей и маленькие крепости-форты, нанизанные, словно бусинки, на эту дорогу, защищали Утуран от Хорских вторжений. Последняя война закончилась давно, более полувека назад, обе страны жили в мире, и надобность в крепостях отпала. Они постепенно ветшали и разрушались. Но, в отличие от крепостей, традиции народа Уту были нерушимы: отряды стражей, как и во времена войн, охраняли границу и с точностью до

минты переходили из форта в форт.

Аму улыбнулся. Он вспомнил, как в детстве, удивляясь рассказам стражей, спрашивал Сехема:

— Отец, а если они опоздают в форт?

— Их накажут.

— Но никто же не узнает!

— Сынок, Великий Уту видит все.

— Но ведь войн нет.

— Они охраняют порядок. Во имя Богов.

— А если все-таки отряд вовремя не придет в форт? — не отставал малыш.

— Если они не придут… Если Таир не взойдет утром… Если…

— Если не взойдет?

— Боги не допустят этого, — серьезно отвечал Сехем.

Воспоминания юноши прервал шелестящий звук. Один из грибов оторвался и, задевая оболочкой камни, проплыл мимо Аму к потолку башни. Но уже возле самого выхода, у светящегося прямоугольника окна, неожиданно застрял. Аму сочувственно посмотрел на радужный, подрагивающий в объятиях железных перил лестницы шар: после долгого заточения даже неволя гриба была неприятна юноше.

Он поднялся по лестнице и осторожно подтолкнул гриб к отверстию. Тот, прощально покачивая свисающими пучками нитей, начал медленно подниматься к небу.

Вслед за ним и Аму выбрался на плоскую крышу. С одной стороны расстилалось море. Воину показалось, что где-то на самом горизонте виднеется полоска суши и маленькая вертикальная иголочка, заноза, вонзившаяся в лазурное тело воды, — замок темного мага.

По другую сторону в туманной дымке лежала горная гряда, а ниже, в долине, проходила Дорога Стражей. Аму попытался разглядеть соседний форт, но далекое строение терялось среди скал и камней.

Аму оперся на деревянную ручку черпака. «Из него вышло бы неплохое копье». Но эту мысль вновь захлестнуло чувство жажды. Он осмотрел пространство вокруг форта и заметил в одной из расщелин блеск ручья.

Не прошло и четверти хоры, как Аму уже пил холодную горную воду. Затем он вернулся и положил черпак на место: «В копье нет надобности, а эта вещь еще может здесь пригодиться…»

«Ждать стражей бессмысленно. Надо выбираться самому». Чтобы немного защитить побледневшую за время заточения кожу от обжигающих солнечных лучей, он разбросал по плечам длинные густые волосы и ступил на камни Дороги Стражей.

«Закат — в стороне равнин, и долгое время будет светло. Надо пройти хоть лонгу…» Аму и прошел около лонги. Но этот путь, казалось, тянулся целую вечность. Тени выросли в несколько раз, и лучи Таира перестали обжигать.

Совсем недалеко от дороги, под большим камнем, путник решил остановиться на ночлег. Остывающие после дневной жары скалы потрескивали. Точно так же, как несколько иров тому назад, во время похода к пещерам. Тогда он, мальчишка, только что закончивший Школу Первой Ступени, лежал под склоном и слушал беседу гор. Правда, тогда рядом были друзья, и горы были другие, а внизу находилась не Дорога Стражей, а джунгли. В то безмятежное время он и представить себе не мог последующего круговорота событий. Да и теперь не представлял, что поход в пещеры, который он вспоминает, был первым звеном чудовищной цепи, первым камушком, породившим целую лавину.

Полночи Аму не мог заснуть. В голубом свете Моны горы казались многоглазыми живыми великанами и пристально смотрели на него черными входами пещер. Они не только смотрели, но и разговаривали между собой: скалы потрескивали, а иногда где-то далеко упавший камень вызывал долгое эхо.