Погоня за судьбой
Шрифт:
— Подождите меня! — срывая связки, закричала я, и голос мой подхватил порыв ветра. — Я здесь! Подождите!
Какие-то триста метров… Я почти успела! Почти!
К челноку сквозь высокую траву проскакали два силуэта, гонимых неистово голосящей и тянущей руки погоней – один громоздкий, другой поменьше, будто подросток, – и слились с чёрным зёвом распахнутого отсека. Фигуры майора и агента растворились, грузовая рампа поднялась, корабль качнулся и стал отдаляться, набирая скорость, оставляя позади десятки бегущих трупов – всё выше и дальше, навстречу снижавшимся точкам истребителей сопровождения. Троица боевых машин, окатив меня напоследок
Позади рычала и горланила стая голодных убийц. Притормозив на миг, я обернулась, прицелилась и выстрелила – одно из чудовищ упало. Второй меткий выстрел подсёк другого нелюдя. Да сколько их тут?! Десятки распахнутых пастей, добрая сотня безумных бордовых глаз… А от кромки леса отделялись всё новые силуэты…
Беги, дура, беги! Нет больше вариантов! Нет их, просто беги!
Задыхаясь, я отдавала движению последние силы. Откуда-то доносился мерный гул, но я его уже не слышала – он сливался с гулом в ушах от продолжительного бега на износ, в груди лучами разгоралась боль, мои артерии сгорали в огне.
Овраг… Небольшой холм… Вперёд, вперёд… Низкие колючие кусты, высокая трава – и запах. Его источник приближался, обжигая пылающие лёгкие, наполняя их отвратительной гнилью с едва заметной приторной ноткой. Вонь гниющего мяса, которую чувствуешь уже за сотню метров – так пахнет только смерть…
Я едва сумела затормозить, пыльно прочертив подошвами по земле, и застыла на краю бескрайнего котлована. Метрах в двух внизу, насколько хватало глаз, неровным слоем были свалены тела – десятки, сотни, тысячи. Пестрившие всеми возможными цветами блеклые пятна одежды, торчащие из захоронения тут и там конечности, навсегда замершие слепые бордовые глаза, жужжание миллионов мух…
Если ад существовал, то он выглядел именно так. И этот ад, похоже, был моим, личным, персональным. Тем, который я выстрадала и заслужила…
Сёрбающие хрипы, горловой клёкот, предвкушающие сладкую человечину взрыки прямо за спиной. Обернувшись, я ткнула пистолетом в воздух перед собой. Они уже здесь – пришли за мной, чтобы отправить меня в мой ад…
Палец сам давил на курок, ствол подскакивал в руке, а в тёмном туннеле над головами мертвецов, над высокой травой, над далёким лесом, прямо поверх торчащей в небо, смолкшей навсегда красно-белой радиомачты в воздухе парила аспидная хищная стрекоза с раздвоенным хвостом. Растопырив лапы и исторгая вниз фиолетовое пламя дюз, она висела в небесах, а из распахнутого брюха её низвергался на деревья рой чёрной жужжащей смерти.
Вот и всё, сейчас всё закончится…
Судорожными рывками втягивая в себя приторно-колючий воздух, я подняла пистолет и упёрла его себе в подбородок. Ещё мгновение… Сейчас… В этот раз я не имею права на ошибку…
Собирая в кулак остатки воли, чтобы наконец нажать на курок, я обречённо смотрела, как сотня мертвецов под предводительством косматого, лупоглазого, небритого здоровяка в драной бордовой рубахе несётся прямо на меня. Полубредовым видением мелькнуло на мгновение лицо Рамона – его последний смертный бой с заразой перед неминуемым поражением. Он проиграл, и я тоже проиграла. Это конец…
Мгновение спустя грузное тело врезалось в меня, всем своим весом сшибая с ног, обрушивая в котлован, в легион гниющих тел. В спину ударилось что-то податливое, резиново-упругое – и в это сверху меня вдавил огромный немытый монстр.
В титановое запястье с лязгом впились
плотоядные зубы, саккады безумных багровых глаз, грозящих выскочить из орбит, выписывали чудовищные пируэты в сантиметрах от моего лица. С хрусткими шлепками где-то рядом в котлован сыпались всё новые мертвецы – они на четвереньках ползли ко мне, толкали и пихали друг друга оголодавшей стаей волков в борьбе за желанное мясо…Где пистолет, в бога вашу мать?! И где мой резак?! Его нет, отобрали, обезоружили! Ничего нет! Получи, тварь, ногой, коленом… Ты не чувствуешь боли, нет! Ты можешь только рвать зубами плоть, до которой от тебя – всего лишь расстояние в мехапротез, но что я ещё могу?! Что?! Не могу я, не могу больше… Задыхаюсь…
Десятки окровавленных челюстей на цепких шарнирных руках приближались по рыхлым разлагающимся телам, и клацали, клацали, клацали гнилыми зубами… Уйди, прошу тебя, отстань и уйди… Сожрут, они сожрут меня, сожрут, слопают! Этот чудовищный, невыносимый смрад…
Вместе с десятками заражённых я рычала и кричала, обессиливающий тёмный туннель поглощал всё вокруг, беснующийся монстр тяжелел, челюсти его приближались, а воздух наполнял зудящий, шелестящий шум. Всё ближе и ближе подступали эти звуки, заволакивая уже почти невидимое небо чёрной тучей, разрезая его на мельчайшие лоскуты и проглатывая без остатка. Жужжащая и стрекочущая стая саранчи накрыла котлован, и что-то хрустко застучало по суетящимся на его поверхности телам, словно десятки пневматических молотков вбивали железнодорожные костыли в мясные туши – хрясь-хрясь-хрясь…
Сутолока вокруг меня угасала с каждым ударом, затихала, замирала, возвращая бескрайнюю открытую могилу во власть бесчисленных мух.
Хрясь! Неистовый мертвец на мне дёрнулся, коротко и недоумённо взвыл и распластался, расплылся поверх меня всем центнером своего веса. Лицом к лицу я встретилась с кровавыми озёрами его глаз, гнилостный смрад смешался с вонью немытого тела и недопереваренного мяса…
Я не могу дышать… Мне не хватает воздуха…
Мир почти сжался в точку, а я из последних сил пихнула тело, сталкивая его с себя. Ещё один жадный глоток прогорклого смрада – и силы окончательно покинули меня, обваливая разум в забытьё…
Глава XI. Новый старый мир
… Люди искали спасения, скитались по стремительно вымирающим землям. Человеческий силуэт вдалеке всё чаще означал одно – это нелюдь, готовый пуститься за тобой в погоню и преследовать, преследовать, преследовать, пока не кончатся твои силы. За людьми охотились мёртвые, в них стреляли солдаты, и бежать было почти некуда – только на север. Далеко-далеко на север, где даже зелёные мхи перестают обволакивать серые камни, где нет никакой живности, а каждая ночь – это игра в русскую рулетку с судьбой. Замёрзнешь ли ты следующей ночью? Или, быть может, умрёшь от жажды?
Людей перестали хоронить очень быстро – мёртвых стало слишком много. Поэтому их сваливали бульдозерами в братские могилы, а в какой-то момент перестали даже присыпать землёй и оставляли на растерзание солнцу, мухам и воронам. Словно выброшенные манекены, они заканчивали свой век на этих стихийных полигонах смерти…
Этот нечеловеческий смрад…
Проснуться, пробудиться, очнуться… Я отчаянно хотела проснуться, чтобы выбраться из кошмара и перестать чувствовать вонь, чтобы открыть глаза и оказаться в тихой кровати на далёкой холодной планете, где я навеки обречена быть чужой…