Лиловый (I)
Шрифт:
А потом внутри вспыхнуло ослепительное пламя, очертив силуэты одержимых. От грохота он почти оглох.
Все казалось каким-то нереальным. Еще один Одаренный Мубаррада?..
Думать было некогда, перепуганная насмерть лошадь все-таки влетела за стену, и Острон с силой потянул за поводья, останавливая ее; под копытами лежали обгорелые тела. Кто-то кинулся ему наперерез с палашом наготове, но Острон не медлил и использовал собственное пламя, белой пеленой взмывшее вокруг него. Поначалу он рискнул вызвать лишь узкое кольцо, но оно осветило перед ним только безумные лица, и тогда огонь потек рекой дальше, сметая их со своего пути.
Стихло.
– - Мы не враги!
– - заорал нари, выпрямляясь.
Наступила тишина. Остальные его спутники въехали в разрушенный сабаин, еле удерживая напуганных лошадей. Откуда прилетела эта стрела?.. куда ни глянь, отовсюду на него смотрели пустые черные окна.
Первым его заметил Бел-Хаддат, молча кивнул Острону, указывая на сторожевую башню, выстроенную вплотную к скале. Язык пламени резко взмыл с плеч Одаренного вверх, и свет выхватил в узкой бойнице чье-то лицо.
– - Кто-то еще уцелел, -- выдохнула Сафир, тоже увидевшая это.
– - Слава богам!
– - Ты становишься все сильнее, -- буркнул позади Сунгай, -- нам даже сражаться не пришлось.
– - Все ли одержимые погибли?
– - хмуро перебил его Острон. Джейфар оглянулся.
– - Да, -- чуть погодя ответил он.
– - Только если кто-то прячется в домах.
– - Нужно обыскать их.
Первым с места тронулся Бел-Хаддат, легко спешившись, он направился к ближайшему строению, перешагивая через тела и обломки. За ним устремились и Ханса с Сунгаем, а потом замешкавшийся Искандер: должно быть, вид обгорелых человеческих тел был мучительным для маарри. Острон тоже спешился и снова посмотрел наверх. Сторожевая башня была, видимо, самым высоким зданием в сабаине; те, кто укрылся в ней, уцелели благодаря тому, что вход в нее был только один, и тот оказался завален чем-то изнутри. Острон пнул было дверь, но она не поддалась, тогда к нему подошел Абу Кабил.
– - Отойди-ка, -- добродушно предложил кузнец, поднимая с земли тяжелый обломок бревна. Острон послушно подался в сторону, Абу размахнулся и треснул бревном по двери; раздался оглушительный грохот, и проход оказался открыт.
– - Да ты немногим уступаешь Хансе, -- пробормотала Лейла, наблюдавшая за ним.
– - С младых ногтей орудую кузнечным молотом, красавица, -- отозвался тот.
– - Пойдем, Острон. Кто бы он ни был, кажется, наш стрелок не собирается сам спускаться к нам.
Острон шагнул в темное помещение первым, наготове на тот случай, если перепуганные люди попытаются атаковать его; но ничего не произошло, и он рискнул призвать пламя на кончики пальцев. Огонь осветил заваленный всяким хламом холл, здесь очевидным образом шла драка, и два тела лежали на полу, запачкав кровью ковер. Светлые одежды выдавали в них китабов. Стиснув зубы, Острон направился к лестнице.
Крутая, с узкими высокими ступеньками, она вела наверх. Он поднялся на один этаж и услышал твердый голос:
– - Стой, стрелять буду!
Послушно остановился. Огонь, не угасший на его руке, выхватил из темноты силуэт человека. Настороженно блеснули глаза.
– - Я не одержимый, -- сказал Острон.
– - Видишь пламя на моей ладони? Я нари, Одаренный Мубаррада. Можешь не бояться меня.
– - А кто сказал, что я боюсь, -- отозвался паренек; роста он был невысокого, а в его руках Острон рассмотрел самый настоящий арбалет. Заряженный и нацеленный точно в грудь нари: да этот парнишка
не шутит.– - Кто-то еще выжил?
– - спросил Острон, по-прежнему не шевелясь. Парень прищурился.
– - С чего я должен говорить тебе.
– - Ты даже этому не веришь?
– - Острон осторожно кивнул в сторону огня.
– - Думаешь, я сам такие фокусы ни разу детям не показывал, -- холодно усмехнулся парень.
– - Дел-то, смазал руку чем надо, полил одной штукой -- и вот тебе пламя в ладони.
Острон озадачился.
– - Ну ладно, -- сказал он.
– - А так тоже можешь?
Передернув плечами, он целиком окутал себя коконом из огня; в комнате сразу стало куда светлее, и на бледном лице парня показался какой-то намек на удивление.
– - Как это ты так?..
– - Я же сказал тебе, -- терпеливо повторил Острон.
– - Я Одаренный Мубаррада.
– - Сказки это все.
– - Ты же сам видишь, -- пламя поменяло цвет с темно-рыжего до белого; судя по глазам китаба, это произвело на него впечатление.
– - Кстати, а внизу сейчас находятся Одаренные Гайят, Сирхана, Джазари и Ансари... раненых нет?
– - Нет, -- буркнул парнишка и понемногу опустил арбалет. Острон облегченно вздохнул, пламя вновь вернулось в его ладонь.
– - Ты один?
– - мягко спросил нари. Снизу раздались голоса; Сунгай крикнул:
– - Острон?
Китаб сделал шаг назад, к прикрытой двери, и Острон сразу догадался, что за этой дверью есть кто-то, кого тот готов защищать ценой своей жизни.
– - Я здесь, -- ответил он Сунгаю, -- подождите. Мальчишка сильно напуган.
– - Не выдумывай, -- резко вскинул арбалет китаб. Его лицо отвердело. Сколько ему лет?.. с первого взгляда Острону показалось, что не больше восемнадцати, но теперь, поразмыслив, он решил, что парень его ровесник.
– - Извини, -- вздохнул Острон.
– - Но как насчет капельки доверия? Ты ведь видел, я сражался с одержимыми внизу.
– - Я видел только огонь, -- буркнул парень.
– - Это был мой огонь.
На лестнице раздались шаги; Острон не успел ничего сделать, как снизу показалась темноволосая голова Сафир. Он напрягся, ожидая, что китаба ее появление разозлит, но появление молодой девушки, видимо, произвело на того несколько иное впечатление.
– - ...Бедняжка, -- выдохнула она, рассмотрев его.
– - Сколько часов ты отбивался от них?
– - Не знаю, -- буркнул китаб, снова опуская арбалет.
– - Они пришли, когда еще было светло. Никто не ожидал нападения. Мы бы, правда, все равно выстояли, у нашего сабаина высокие стены, но среди нас были предатели, кто-то подорвал бочку с анозитом у самой стены, и в пробоину немедленно хлынули эти твари. Всех, кто сражался на площади, убили. Отец велел нам идти в башню и не совать носа... но потом они пробрались и сюда, тогда я сбросил им на головы одну из своих звезд, а пока они были в замешательстве, мы спешно завалили проход чем смогли.
– - ...Звезд?
– - осторожно переспросил Острон.
– - Ты об огне говоришь?
Китаб вскинул поросший светлой щетиной подбородок.
– - Я пиротехник, -- сказал он.
– - Вы, может, не слышали о такой науке? Раньше... я делал фейерверки. Такие штуки, -- добавил он, обнаружив на лицах Острона и Сафир непонимание, -- запускаешь их в небо, а они летят высоко и красиво взрываются. Разноцветными огоньками. В небе-то они никому вреда не причиняют, но если такой штуковиной швырнуть в человека, получится сильный ожог.