Чтение онлайн

– - Живей, поторапливайся, а то без тебя уедем!

На жестком лице темноволосого не отразилось ни единой эмоции. К нему навстречу направился Острон; остальные, увидев это, отошли в сторону, приготовились выезжать. Острон поднял взгляд на Бел-Хаддата, тот смотрел в ответ холодными глазами.

– - Многие не хотят, чтобы ты дальше шел с нами, -- сказал Одаренный Мубаррада. Бел-Хаддат будто никак не отреагировал, молча стоял напротив него.
– - Но дедушка Леарзы перед смертью сказал, что ты должен пойти. ...Леарза хочет исполнить его волю. Поэтому можешь идти, но имей в виду, что я за тобой наблюдаю.

– - По-моему, -- спокойно ответил Бел-Хаддат, -- это дело тебя не касается, оно только между мной и этим

парнем.

– - Ты убил ребенка, -- возразил Острон.
– - Пусть и одержимого.

– - По какому праву ты судишь меня?

Глаза Острона потемнели; по его плечам скользнуло пламя.

– - Я могу испепелить тебя в любую секунду.

– - А, -- протянул Бел-Хаддат.
– - Значит, право силы.

Он сделал шаг вперед; Острон стоял неподвижно, тяжелый сапог Бел-Хаддата ступил снова, и когда они поравнялись, едва не соприкасаясь плечами, тот негромко добавил:

– - Многие думают, что могут судить других. Поразмышляй об этом на досуге, сын Мавала. Чем ты отличаешься от меня?

Острон все еще стоял и смотрел перед собой, когда Бел-Хаддат забрался в седло своего коня и тронул его, оказавшись впереди отряда. На Острона оглянулся Сунгай, окликнул его:

– - Острон, мы едем?

– - ...Да, -- ответил тот и пошел к остальным.

Поначалу путь в Кафзу проходил в гробовом молчании. Небо затянуло тучами, понемногу заморосил мелкий дождь; люди кутались в бурнусы, опустив головы. По обе стороны от них высились скалы, теряющие свои вершины в облаках. Тропа понемногу начала спускаться, временами всадникам приходилось даже спешиваться и вести животных в поводу; Острон и Сунгай, и так все время шедшие пешком, вели вьючных лошадей. Угрюмый Бел-Хаддат ехал впереди, вроде бы вел их, хотя не то чтобы здесь можно было заблудиться, сразу после перевала дорога была узкой, местами прорубленной в скалах. Люди поневоле набились между проводником и бледным Леарзой, который ехал почти в самом конце отряда, будто стремились оградить китаба от человека, который убил его сестру. Леарза между тем выглядел таким потерянным, что у Сафир, ехавшей перед ним, при его виде жалость теснилась в груди; она не одна думала о том, как бы помочь ему, но о чем заговорить с ним, как успокоить его?..

Проблема решилась неожиданным образом. Где-то после полудня господин Анвар, который и с лошадью управлялся ненамного лучше, чем с верблюдом, окончательно отстал от Абу Кабила и оказался позади; к тому же, его лошади приходилось помимо самого толстяка тащить еще и мешок с его книгами (хоть книги Басира, по счастью, достались вьючному животному), чему мохнатая кобылка явно была не рада. Потеряв своего любимого собеседника, -- Абу оглянулся пару раз, ухмыльнулся и легонько стукнул своего коня по бокам пятками, чтоб догнать Дагмана, -- Анвар какое-то время оглядывался, потом попытался выудить из мешка какую-нибудь книгу. В итоге мешок едва не упал, и Леарза, ехавший рядом, по инерции подхватил его, помог ученому.

– - Это же книги?
– - спросил он. Анвар кивнул.

– - О да, этой бедной скотине достался самый дурной всадник, юноша. Помимо того, что я едва умею с ней управляться, еще и тащу тяжелый груз знаний.

– - Я видел еще один мешок с книгами, -- сказал Леарза, оглянувшись.
– - Зачем вы везете книги, господин Анвар? Я думал, в этом отряде все воины...

– - Нет, нет, что ты. На самом деле я еду с вами лишь до сабаина Умайяд, -- сообщил толстяк.
– - Я ученый, не солдат.

– - Как же ты оказался в одном отряде с Одаренными?

– - Я занимался исследованиями в руинах древнего города, -- пояснил с охотой Анвар, который наконец нашел себе нового собеседника на время скучной дороги, -- когда Острон со своим отрядом буквально ворвался туда, спасаясь от толпы одержимых. Когда же они хотели уходить, они настояли, чтобы я пошел с ними, ведь на южном берегу Харрод

более не безопасно, так что вот он я, окружен одними воинами. Неплохое сопровождение, -- он улыбнулся в усы, -- если б не эти славные ребята, мне бы ни за что не дотащиться до сабаина Умайяд со всеми своими книгами и прочими пожитками.

– - Так ты ученый, -- немного оживился Леарза.
– - А что за руины?

– - Теперь их называют храмом Шарры, но когда-то это было большое поселение, в котором жили наши далекие предки. Абу Кабил, правда, считает, будто последние десять лет я провел зря, и надо было искать что-то, что поможет Острону и его товарищам сражаться с темным богом, а я изучал историю.

– - История -- это очень интересно, -- честно сказал молодой китаб.
– - Конечно, если она правдивая, а не те байки, которые старики по вечерам рассказывают...
– - явно вспомнив деда, он осекся, замолчал; Анвар то ли понял, то ли что, но почти сразу зазвучал его ровно-благожелательный голос, к которому так привыкли все в отряде.

– - Иногда история дает ответы на важные вопросы. Я даже, признаться, думаю, что хорошее знание истории помогает предугадывать будущее. Когда юный Острон только встретил меня, он вовсе принял меня за Одаренного Хубала, -- рассмеялся толстяк.

– - Будущее, -- вздохнул Леарза.
– - Я часто думал о том, каким оно может быть, господин Анвар. Я... если честно, я думал, что хорошо, что Одаренных больше нет, я считал, что это как начало... новой эры, может быть.

– - Эры технологии?
– - мягко спросил Анвар. Леарза недоуменно посмотрел на него.

– - Как ты сказал, техно...

Ученый улыбнулся.

– - Эра господства человеческого мастерства, -- поправился будто он.
– - Дар лежит за гранью материального, это царство души. Ты ведь пиротехник, верно?

– - Да, -- кивнул Леарза.

– - Иначе говоря, ты управляешь огнем. Острон тоже управляет огнем, но он делает это силой воли, а ты -- ловкостью рук, -- Анвар будто подмигнул ему.
– - И ты думал, что будущее именно за руками человека.

– - Да, -- почти удивленно отозвался парень. Потом опустил голову.
– - Но я ошибся, господин Анвар. Будущее за силой воли... вряд ли мои жалкие поделки могут сравниться с Даром. Я самонадеянно считал, что когда-нибудь люди научатся делать чудесные вещи, которые раньше называли магией, только при помощи ума и рук. Но как подумаю... я тоже могу поселить огонь в ладони, но для этого мне нужно столько приготовлений, а ему -- ничего не нужно. Просто захотеть.

– - Главное -- результат.

– - Но...

– - И не менее важно, -- назидательно добавил Анвар, -- что способ, которым это делаешь ты, доступен всем. А вот способ Острона, к сожалению, доступен ему одному.

***

Сабаин Кафза был большим селением, надежно окруженным высокой каменной стеной, и почти удивительно было видеть, как спокойно встречают чужаков его жители: никто из них и слыхом не слыхивал о несчастье, случившемся в сабаине в трех днях езды отсюда. Конечно, люди собрались на площади поселка, потому что путешественники в этих краях были чрезвычайно редки, и восемь старейшин Кафзы лично вышли встречать их; Бел-Хаддата они явно знали, потому, когда отряд остановился на мощеной булыжником улице, высокий беловолосый старик спросил его:

– - К кому это ты нанялся в проводники, Ворон?

– - К Одаренным, -- коротко ответил тот, и в толпе, окружившей их, пронесся недоверчивый вздох. Острон и Сунгай тем временем пробрались между лошадьми вперед, встали по обе стороны от Бел-Хаддата.

– - Мир вам, почтенные старейшины, -- сказал Сунгай.
– - Мы действительно Одаренные и пришли в Халла с юга, из города Ангура на берегу реки Харрод.

– - И тебе мир, -- отозвался старик, -- пойдемте же со мной, негоже разговаривать посреди улицы.