Легенда о Фейлель
Шрифт:
— Спасибо, моё солнышко, — Динаэль снова обнял дочь. — Ты самая лучшая доченька на свете. Я люблю тебя, моё сокровище.
— Я тоже люблю тебя, папочка. И Эдилейн вдруг почувствовала, что по её щекам текут слёзы.
— Пойдём, девочка, — Динаэль ласково смахнул солёные капельки с лица дочери. — Пойдём.
Эдилейн рассталась с Уварой и гидом после завершающей экскурсии по городу и отправилась искать подарок для мамы. Вара должен был приготовить карету к отъезду, а Эди решила зайти в ювелирный магазин.
Если сказать честно, то девушка
Магазинчик, который приметила Эди ещё утром, разместился в пристройке небольшого особнячка на узенькой извилистой улочке в десяти минутах ходьбы от гостиницы. Девушка только бросила беглый взгляд на витрину, выставленную прямо в окне, смотрящем зазывно на прохожих, как поняла, что внутренний голос её не обманул: изящные серёжки в виде тонко выполненных цветков лесной фиалки притянули к себе взор Эдилейн. Ювелир постарался на славу: такой мастерской работы девушке видеть ещё не доводилось, хотя дядя Оянг, за волшебными действиями рук которого Эди завороженно следила не один раз, казался ей непревзойдённым творцом изделий из драгоценного металла. Девушка радостно шагнула к двери в магазинчик, когда заметила рядом с заветными серёжками маленькую табличку: «Продано».
Эди почему-то сразу поникла. Она постояла некоторое время перед витриной и, наконец, решилась войти. Оказалось, что хозяин магазина уже заметил юную особу, остановившуюся возле его товара и явно заинтересовавшуюся чем-то. Поэтому навстречу девушке спешил один из продавцов.
— Добрый день, мисс, — поклонился он, открывая посетительнице дверь. — Чем могу помочь столь очаровательной леди?
— Здравствуйте, — с надеждой проговорила Эдилейн. — Скажите, а те серёжки в виде фиалок… есть ещё пара?
— К сожалению, нет, мисс, — развёл руками продавец. — Но можно заказать подобную, раз вам дорог именно этот цветок.
— Правда? — обрадовалась девушка. — А… — она вдруг сообразила, что «заказать» — это значит, придётся ждать, когда ювелир изготовит другие… — А сколько на это понадобиться времени? — грустно спросила она.
— Дней пять, мисс. Эдилейн обречённо вздохнула.
— Спасибо, — ответила она. — Я сегодня уезжаю…
— Тогда, может, вам приглянется что-либо иное? — продавец провёл девушку к огромной витрине внутри магазина.
Эди внимательно смотрела на ювелирную красоту, но ничего более не привлекало её взора. Она досадовала на себя за то, что не подумала о подарке для мамы в первый же день по приезде в город. А теперь даже то, что она не потратила ни монетки из суммы, данной ей отцом на сувениры, не имело значения: у неё были деньги, но не было того, что бы она хотела купить для мамы.
Эдилейн была так погружена в свои мысли, что не обратила внимания на хозяина магазина, любезно беседовавшего в другом конце зальчика с каким-то господином.
— Юная мисс чем-то расстроена? — спросил посетитель у хозяина.
— Да,
сэр, — кивнул тот. — Леди приглянулись серёжки в виде фиалок. Те, что вы оплатили сегодня утром.Господин улыбнулся.
— Нельзя, чтобы такая очаровательная девушка огорчалась, — сказал он. — Пожалуйста, положите эти безделушки вон в ту шкатулочку, — посетитель указал на маленький малахитовый сундучок, — и передайте мисс, с наилучшими пожеланиями. Скажите, что у неё хороший вкус.
— Но, сэр… — попытался возразить хозяин.
— Всего, вам, хорошего, милейший. До свиданья.
— И, вам, удачи, — ответил торговец. — Заходите к нам ещё, сэр Динаэль.
— Непременно, — заверил Фейлель, широко улыбаясь, и вышел на улицу.
Пока Эдилейн с грустью думала, как же ей быть дальше, хозяин магазина сам аккуратно уложил серёжки в шкатулочку и подошёл к девушке.
— Мисс, — проговорил он, подавая ей открытый сундучок. — Это для вас.
— Но… — в изумлении проговорила Эди, — …продавец сказал…
— Всё правильно, — кивнул хозяин. — Просто, купивший эти серёжки для своей супруги, господин увидел вашу печаль и, узнав о её причине, просил передать ювелирное изделие вам.
— Нет… — Эдилейн стало неловко. — Мне бы очень хотелось подарить это маме… Но так я не могу… Они слишком дорогие, чтобы принимать их от незнакомца…
— Он очень хороший человек, — ответил торговец. — И своё решение он всё равно не изменит. Берите. Он сделал это от чистого сердца, поверьте… И ещё он просил сказать, что у вас хороший вкус.
— Нет, нет, — покачала головой Эди. — Так нельзя. Я догоню его. Как он выглядит?
— О! — ответил продавец, выглядывая в окно. — Вы, действительно, можете догнать его. Он остановился на углу магазина. Видимо, кого-то ждёт.
Эдилейн взяла протянутую ей хозяином магазина шкатулочку с серёжками, захлопнула крышечку и, попрощавшись, выбежала на улицу.
— Я уже подумал, что ты ещё что-либо присмотрела, — засмеялся Динаэль, ласково останавливая за руку выскочившую из магазина дочь.
Эдилейн несколько мгновений смотрела на отца, потом, робко улыбнувшись и протягивая ему шкатулку, спросила:
— Так это был ты?
— Да, — ответил Дин. — И очень рад, что мы с тобой оказались столь единодушны в выборе подарка для мамы… Но ты была бесподобна, — лукаво щурясь, добавил он. — Ты же не замечала никого и ничего вокруг!
— Прости, папочка.
— Смешная ты у меня, — Динаэль нежно посмотрел в глаза дочери. — За что прощать?.. Это здорово, что ты такая искренняя и в печали, и в радости…
Они уже отошли от ювелирного магазина шагов на десять, когда Эдилейн, видя в руках отца три достаточно приличных размеров коробки: две одинаковые, розовые и овальные, а третья круглая и с рисунком из огромных рыжих лилий, перевязанных для удобства переноски одной лентой, спросила:
— А что там?
— Платьица для Дины и Даны и тёплая шаль для нянюшки Галии, — ответил отец.
— Господи! — воскликнула Эди. — Какая я гадкая! Я даже не подумала о сестрёнках, о няне…