Чтение онлайн

— Как с помощью тебя я смогу его вылечить? — вслух спросил он, и змей пискнул.

Габриэль зачем-то сказал «да».

Он сел и взял змея на руки. Развернул его и вытянул во всю длину. Хвост повис, потом замотался и загнулся на кончике, голова потянулась к руке, чтобы обвиться. Маленький змей. Где-то полтора метра. Интересно, он ещё вырастет? Габриэль перевернул спиной вниз и осмотрел живот. Снова перевернул. Змей завозился, выгнулся, заворчал. Габриэль провёл рукой по его тельцу от головы до хвоста — гладкий. Погладил от хвоста до головы — змей попытался его укусить. Габриэль заглянул ему в рот — змей задёргался, пытаясь выплюнуть его палец. Его зубы напоминали зубы карпа, вряд ли его укус

оказался мог быть сильным. Выпутавшись, змей перевернулся на живот и пополз, язычком ощупывая складки одеяла перед собой. Габриэль удержал его за хвост, змей остановился, поднял голову и вопросительно посмотрел. Только в одном был уверен Габриэль: это не просто змей — это дух. Но каким образом он может помочь исцелить отца, что надо сделать? Обмокнуть змея в чай или сделать из него компресс? Габриэль представил отца, сидящего на веранде, как его торс обвивает змеёныш, а его кончик его хвостика находится в чашке чая, которую держит Раймон. И они вместе пьют чай. Раймон рассказывает змею смешные истории, а змей показывает ему язык.

«Лучше бы Двуликая разово наградила меня силами» — подумал Габриэль и изобразил в воздухе руну света.

С кончиков пальцев сорвались искры. Пять объёмных, разных по толщине лучей сплелись в воздухе в руну, а из неё в световой шар, что ослепил своего творца. Габриэль шарахнулся к стене, а змей, лежащий у него на коленях, укатился в щель между стеной и кроватью.

Отдышавшись, Габриэль оглядел руки, как если бы на них мог остаться след свершившегося волшебства. Чтобы удостовериться, он повторно изобразив руну. Ничего не произошло. Руна не вспыхнула. Габриэль повторил движения пальцами несколько раз, пока не убедился, что ничего не происходит.

Решив, что он и вправду переутомился, и руны ему померещились, Габриэль вытянулся на кровати. Сердце тяжело колотилось. Должно быть, это от того, что с утра ему нездоровилось. Он закрыл глаза, раздумывая, что неплохо будет поспать, но минуты покоя не продлились долго. Заслышав шорох, Габриэль привстал на локтях и увидел, как змей тащит в свою кучу хлама…

— Хватит воровать вещи!

Габриэль спустил ноги с кровати. Змей неуклюже, но уверенно тащил в кучу украденную из лекарни маленькую кишечную промывальню с ярким детским рисунком на резиновой насадке. Значит, Габриэль не ошибся, и змей побывал в отделении для младенцев. Габриэль схватил змеёныша за хвост и потянул. Змей издал писк, и Габриэль отвоевал промывальню. Судя по виду, до встречи со змеем она была использованная и утилизирована.

В этот момент открылась дверь. Змей каким-то невероятным образом успел выскользнуть из рук и спрятаться в ванной. Габриэль остался сидеть с отвоёванной промывальней в руках. Раймон, собиравшийся что-то сказать, остановился в дверях с приоткрытым ртом и рукой, замершей в воздухе в неопределённом жесте.

— Я… — опережая отца, начал оправдываться Габриэль, с каждой секундой понимая: что бы он ни сказал, это будет звучать нелепо. — Чей-то ребенок сунул мне в сумку. Я не заметил.

Раймон потёр переносицу, пытаясь сформулировать вопрос, а так же вспомнить, зачем он пришёл, обещая себе, что больше не будет входить в комнату сына без стука. Поморгал, всё ещё пытаясь вспомнить, зачем он пришёл. Посмотрел на кучу мусора, сморщил нос, сказал, что зайдёт потом, когда вспомнит, и вышел.

— Отвратительно! — с криком Габриэль швырнул промывальню в угол и умчался мыть руки.

В ванной он наступил змею на хвост, змей заверещал. Габриэль испугался и заверещал тоже. Испуганный змей улетел под кровать. Габриэль шёпотом выругался.

***

Примерно через полчаса пришла Тина с обедом. Змей, заслышав её шаги, спрятался под кроватью. Тина поставила обед на тумбочку.

— Что сказал лекарь?

Тина

врать не умела.

— Тебе нужны витамины.

— Ты знаешь, о ком я спросил.

Тина села на кровать как обречённая на смерть пленница.

— Ему нельзя работать. С такими темпами… ещё пару лет.

— А потом? — Габриэль сделал вид, что не понял. И заставил себя в это верить. Он знал, что значило это «потом», но надеялся услышать всё, кроме правды.

— На обед курица.

— А потом? — Габриэль выпрямился, чтобы в зеркальной черноте глаз отразилось её растерянное лицо. Тина безвольно положила руки на колени. Зачем-то поправила фартук.

— Не могу же я насильно вытащить его из лаборатории.

— Можешь! — Габриэль на секунду представил, как Тина с боевыми воплями тащит Раймона за косу, подстегивая его мокрой тряпкой, а Раймон упирается, хватается стены, вопит и рвётся к колбам.

— Если он перестанет делать то, что делает, Белый Шум кончится, и нас захватят твари.

Габриэль скривился, вспомнив, что недавно он говорил те же слова жрецам. И сейчас он внезапно почувствовала себя на месте одного из них.

— Есть и другие алхимики.

Ледяная скорлупа, что возникла на нём, сверкнула инеем, а осколками впилась в рёбра.

— Твой отец лучший. Только он знает, как усовершенствовать формулу. Как правильно изготовить состав. У других алхимиков состав он не даёт такого результата.

— В таком случае, кто будет заниматься этим через пару лет?

— Задай этот вопрос отцу.

— Он не ответит.

Они помолчали. Тина мяла фартук. Габриэль отвёл взгляд от её рук — он не мог видеть, как сверкает её кольцо.

— В его тайных разработках… устройство, которое сразит наповал, — сказала Тина. — Он заготовит его достаточно, осталось немного доработать. И тогда не будут нужны другие алхимики. Он говорил, что… успеет. Я не должна была тебе этого говорить, — она замолкла и стала промакать глаза подолом фартука.

Габриэль отвернулся, сделав вид, что ничего не заметил. Тина немного успокоилась и сказала своим обычным голосом:

— Слышала, ты хотел взять в библиотеке книжку о фамильярах, — она вынула из скрытого кармана на груди книжку. — Вот. Твой папа предложил зайти в библиотеку по пути в лекарню. Хотел тебя порадовать. Ему сказали, это лучшая книга.

Книга была небольшая, потрёпанная. Без иллюстраций. Однотонная, тёмно-зелёная со вдавленным золотым шрифтом. Обложка своей строгостью намекала, что это не развлекательная литература.

— Почему он не передал сам?

— Он заходил к тебе. И, видно, забыл.

С кислой улыбкой Габриэль покосился на лежащую в углу промывальню.

— Он придёт?

— Он в лаборатории. Я не знаю.

Тина положила книгу на кровать и вышла. Прикоснувшись к обложке, Габриэль почувствовал себя на пороге великого открытия.

«Фамильяр — дух-помощник волшебника. Каждый фамильяр выполняет определённую функцию. Духи-коты оберегают волшебника от магического воздействия. Духи-вороны помогают взаимодействовать с потусторонним миром. Духи-псы сопровождают хозяина в астральные миры и помогают защитить его от агрессивных сущностей».

Габриэль устроился на подоконнике между рамой и горшком герани. Змей шуршал фантиками в углу. Сперва Габриэль намеревался их выбросить, но змей принял боевую стойку, а когда Габриэль попытался коснуться его барахла, змей его укусил. Не до крови, но ощутимо. От неожиданности Габриэль отпрянул, но больше прикасаться к мусорной куче (которая за полдня успела вырасти вдвое) не решился.

Габриэль быстро пробежался взглядом по тексту, пытаясь найти что-то о змеях, но не нашёл ни одного упоминания.