Чтение онлайн

— Здравствуй, — сказал ему Габриэль, и ему показалось, что змей склонил голову. А затем обвился вокруг протянутой руки, оплёл тело, издал несколько странных, не змеиных звуков, задел хвостом по лицу и успокоился, замер, спрятавшись под распущенными волосами нового хозяина. Его язычок пощекотал шею, Габриэль поёжился. Ужас отступил, но тело била дрожь, как от холода. Ощущая на плечах подарок богини, Габриэль чувствовал себя смятенно, странно, но одновременно с этим его словно наполнила некая сила. На самом деле, очень хотелось спать, сила больше походила на вдохновение или ожидание праздника. Габриэль стянул его со своих плеч, змей прицепился

кончиком хвоста к воротнику, пытался удержаться, но упал и пискнул.

Габриэль открыл шкаф, положил змея в коробку от обуви и подпер двери стулом.

Прислушался. На улице стрекотали сверчки. Габриэль сел в постель, накинул на себя одеяло и уставился на двери шкафа.

Из шкафа не доносилось ни звука.

— Я могу дать тебе всё, что ты просишь. Если ты согласишься служить мне… — говорил смутно знакомый голос.

Габриэль метался в поиске его источника. Где он? Он спит?

— …обеим моим сторонам. Ты можешь стать величайшим волшебником. Но только если сохранишь равновесие.

— Я хочу, чтобы он был здоров. Я хочу его вылечить!

Его мысли звучали как голос. Голос звучал как мысли.

— Ты сможешь свернуть с пути в любой момент, если передумаешь, — вещал голос Двуликой. — У тебя будет время подумать. Но как только ты отправишься на первый круг, будет поздно. Сейчас ты вернёшься домой и увидишь своего проводника. Он свяжет тебя со мной и даст тебе силу. Ты даже сможешь исцелить отца, но чтобы избежать изгнания… тебе лишь нужно… держать… равновесие.

— Я согласен, согласен! — прокричал Габриэль в пустоту. — Только вытащи меня отсюда! Вытащи из этого сна!

***

Белый змеёныш деловито нёс в пасти блестящий фантик.

Фантик был непослушным и часто падал, его приходилось поднимать. Змея это не расстраивало, ведь фантик забавно шуршал, но этот звук мог потревожить чуткий сон пугливого не-волшебника, что вчера едва ли не завопил, когда змей пытался с ним поздороваться.

Остановившись с фантиком в пасти, змей вгляделся в его лицо. Не-волшебник открыл глаза, но, кажется, он пока сам не понял, что проснулся. На всякий случай змей поприветствовал его писком — иначе было бы невежливо. Фантик выпал, змей тут же его поднял и положил в угол под табурет, где лежала целая горка разноцветных фантиков.

Змей очень гордился коллекцией.

Между тем, взгляд не-волшебника стал осознанным. А потом он распахнул глаза так, что они стали размером с чайные блюдца. Он засуетился на кровати, уронил одеяло и сел, прижавшись спиной к стене.

Габриэль не помнил, как он уснул.

Он всю ночь сидел на кровати и смотрел на шкаф.

Дверь шкафа, как и накануне ночью, была плотно закрыта и забаррикадированная стулом. Не было щели, через которую змей мог пролезть, если конечно он не выгрыз дыру в задней стенке шкафа.

Положив фантик в кучу других, белый змеёныш пополз под кровать, недолго чем-то шуршал и выполз с пыльным клубком белых волос. Его он тоже положил в кучу «сокровищ». Фантики блестели на солнце, как драгоценности. В миске на тумбочке таяли раздетые конфеты — под каждой образовалась шоколадная лужица.

Габриэль сел на корточки перед собранной змеем кучей хлама. Пробки, фантики, монетки, скрепки, вилочка канапе… змеёныш проскользнул у Габриэля под локтем и положил на вершину сокровищ деревянную бусину. Среди хлама Габриэль увидел кулон. Символы на нём изображали метку Двуликой,

религиозный знак, который рисовали на алтарях в храмах и на иконах. Две лозы: одна цветущая, другая высохшая — а если смотреть издали, обе лозы напоминали переплетённых телами змей. Отец никогда не снимал его, даже на ночь. Его когда-то носила мама. Габриэль взял кулон, и змей тут же кинулся к его руке в попытке укусить — ущипнуть, но Габриэль отмахнулся.

— Зачем ты его украл?

Змеёныш обиженно пискнул. С удивлением Габриэль заметил, что понял его интонацию особым внутренним чутьём, которого у него раньше не было. Он положил кулон на стол. Змей вытянулся, пытаясь его достать, щёлкнул пастью, и Габриэль сдвинул кулон в центр стола и пошёл в ванную. Змей вполз по его ноге и обвился вокруг талии. Габриэль спустил его на пол, но змей вновь обхватил его ногу и вскарабкался, как по дереву. Габриэль снова ссадил его на пол.

— Нет, туда я хожу один.

Змей расстроенно пискнул. Габриэль закрыл перед ним дверь и, оставшись один, змей начал издавать громкие писклявые звуки. Габриэль испугался, что его услышат, пришлось открыть дверь и впустить его.

Когда Габриэль принимал душ, змей играл на полу с мочалкой. Когда Габриэль чистил зубы, змей сидел на его плечах и пытался отобрать зубную щётку. Змей уронил с полок все баночки с шампунями и принялся гонять их по мокрому кафелю, проглотил кусок мыла и выкашлял большой мыльный пузырь.

— Прекрати, — не выдержал Габриэль. — Ты понимаешь, что ты змея? Змеи так себя не ведут. О, Двуликая! Змеи даже не кашляют. — Он внезапно замолк, решив, что разговаривает слишком грубо с даром богини. И тихо сказал: — Можешь просто… быть тише, ладно?

Змей замер, посмотрел на него и показал язычок. Габриэль вздохнул и снова повернулся к умывальнику. Позади своего отражения в зеркале он мог наблюдать, как змей подполз к двери. Габриэль обернулся, и змей пискнул.

— Тебя выпустить? — удивился Габриэль.

Он подошёл к двери и положил руку на ручку.

— Ты не будешь шуметь?

Выждав паузу, он открыл дверь, выпустил змея и закрыл дверь. Прислушался.

Тихо.

«Стоило попросить, — подумал Габриэль. — Он понимает меня? Или я его понимаю?»

После всех утренних процедур он собирался спуститься в лабораторию, чтобы успеть до пробуждения Хорькинса. Отец наверняка был там, он всегда вставал очень рано. Габриэль собирался выйти, но змей выскочил в коридор вперёд него — Габриэлю едва удалось поймать его за хвост. На счастье обоих в этот момент в коридоре не было слуг.

Попытки запихнуть змея в шкаф не дали результатов. Змей выворачивался, цеплялся за локти и волосы, пищал, кусался, и Габриэль был вынужден сдаться. Змей скользнул ему под одежду и спрятался в распущенных волосах, его белый хвост можно было принять за прядь. Габриэль снова ощутил то же, что и вчера — странное покалывание, внутреннюю силу, наполнившую его до кончиков пальцев.

— Тебя не должны видеть, ладно? — прошептал он. Змей лизнул ему щёку.

***

С Габриэлем здоровались слуги. Габриэль прошёл мимо, не поднимая глаз. Тина поливала сцинадпсусы. Увидев Габриэля, она улыбнулась и пожелала светлого утра. Когда он уходил, вдруг окликнула:

— У тебя шнурок на спине!

Габриэль поблагодарил её и ускорил шаг. «Шнурок» шевельнулся и спрятался под одеждой.

Вниз по изогнутой лестнице, затем направо мимо пальмы в горшке, мимо фиолетового факела к железной двери в конце коридора.