Исток
Шрифт:
— Видел его кто-нибудь?
— Сторож видел. Говорит, по восточному тракту поехал.
— Не факт еще, что он не специально перед сторожем крутился, чтоб нас со следа сбить. Ладно, попробую на магии его поймать.
— А мне-то что делать? — спросил позабытый староста.
— А ничего, — ответил Майорин. — За деревней своей следить. Нападений больше не будет.
— Точно?
— Если только новую нечисть не разведете.
Мы вернулись к постоялому двору, Майорин кинул сторожу пару медяков и, прихватив голову химеры, заспешил к конюшне. Я увязалась следом, хотя колдун
— Ты же велел мне учиться. — Оставаться одной не хотелось. — А голова зачем?
— А мы дорогу у нее спросим.
— Ты еще и некромантией владеешь?
— Конечно, но только некоторыми техниками.
— Какими?
— Упокоить могу.
Мы забрали лошадей, соскучившийся Гайтан все норовил поддеть гривастой головой мне плечо и обиженно фыркнул, когда неблагодарная хозяйка с маху нахлобучила на него седло. Зато после отомстил, тяпнув за палец. Нарушая все мыслимые правила, колдун проскакал пыльным смерчем по улице, чуть не сшибив с ног зазевавшихся селян. Выехав за границу, резко остановился на опушке лесочка и достал из сумки злополучную голову, от которой уже пованивало приторно-сладким душком гниющей плоти. Колдун мог бы все делать молча, но за последний год привык комментировать каждое движение.
— Химера — сочленение нескольких тел, собранных магическим способом. Чаще всего замена происходит на детальном уровне. В этом случае основные функции остаются от ядрового элемента — в нашем случае человека. Остальные мы называем дополняющими: крылья, когти, клыки, животная ярость. Спайкой в химеризации служит магия, поэтому химере требуется беспрерывная подпитка силой и мы можем их отследить.
— Хочешь сказать, за мальчишкой тянется «хвост»?
— Не совсем «хвост», — колдун слегка улыбнулся, — тянется за магом, создавшим химеру, а у нас есть химера, гм… ее часть…
— Мы сильно ранили девушку ночью, он из-за этого ее убил? — невпопад брякнула я.
— Видимо, проще было ее убить, чем тащить с собой голодную и раненую тварь. Так вот, сняв слепок с ее ауры, я могу кинуть сеть и искать аналогичные отзвуки.
В первое время я отнекивалась и отказывалась слушать все эти магические излияния, мотивируя тем, что колдовать я все равно никогда не смогу. Но Майорин был непреклонен: «Ты исток, и маги, не слишком чистые на руку, всегда будут гоняться за тобой, поэтому, чем лучше ты будешь знать их приемы, тем легче тебе будет их избегать или с ними бороться». Со временем мне становилось все интереснее, тем более что я хорошо видела сетку заклинаний и начала в ней разбираться.
— Он мог скрыть ауру, — сунула я ложку дегтя в медовые речи колдуна.
— Тогда будем действовать методом собаки ищейки, потому что, скрывая себя, он оставляет следы заклинаний.
— А если он телепортировался? — Пессимизм все вольготнее располагался в моей голове.
— Давай сначала попробуем два первых способа. В таких случаях идут от лучшего к худшему, методично отбрасывая вероятности.
Колдун раскинул сеть и потянул, посылая поисковые импульсы. Попутно демонстрируя мне пассы и знаки. Но отзвуков так и не получил.
— Ладно, давай второй вариант.
К нашему разочарованию,
у мага хватило ума оставлять «ошметки» столь мелкие, что определить его местонахождение по ним было невозможно. Мы посидели, печально поглядывая на голову химеры.— У меня есть идея.
— Может, не надо? — Майорину мои идеи обычно не нравились.
— Я пошлю кругом чистую силу. Ты по сети будешь отслеживать ее течение, где она всосется водоворотом, там и наш беглец.
— Или просто люди, или колдун недалеко проезжает, а может, зверюшка какая крупная.
— Но в химеру…
— В химеру она войдет как в обычного человека. — Майорин заглянул в глаза голове, а потом завернул в тряпицу. — Хотя… можно попробовать по-другому…
Взгляд мужчины стал сосредоточенным, тело, наоборот, расслабилось. Майорин откинул голову, будто греясь на солнце, лунный свет пробежал по черным волосам, высветил морщинки в уголках глаз.
— Пускай свою силу, Айрин, но не потоком — толчками. С паузами.
— И что это изменит?
— Человек, колдун, зверь, употребив одну порцию, больше поглотить не смогут. Химера сможет, я надеюсь, что сможет.
— Кровью надежней.
— Нет. Тогда ты не сможешь ее контролировать.
Я посмотрела на него:
— Хорошо.
— Так что встала, делай!
— А сетка?
— Сетка уже висит у тебя над головой, или думаешь, я тут загорал?
— Э… — издала я невнятный звук. — А я и не заметила.
— Вот тебе и «э», я тебе не мальчик соседский, чтобы влюбленно на меня таращиться.
— Я не таращилась!
— Пока ты со мной споришь, наш химерозаводчик отъезжает все дальше.
— Я спорю?
— Айрин!
«Ничего я на него не таращилась, и ничего не влюбленно!» — мысленно возмущалась я, но выпустила исток и с силой, будто взрывную волну, выкинула энергию. Вдруг меня дернуло и как на веревке повлекло в сторону леса.
— Закрывай! — Я качнулась. Но удержала силу.
— Давай еще. — На второй раз исток рванулся будто по намеченной дорожке, словно ко мне присосался кто-то.
— Есть. Нашел. Всё! — Но исток не хотел закрываться, ему нравилось фонтанировать.
Наконец, у меня получилось, руки дрожали, ноги тоже. Пришлось присесть на землю. Перед глазами будто прыгали зайчики, и не только солнечные. Колдун дал мне отдышаться.
— Оставайся.
— Я еду! — Я влезла в седло, меня еще шатало, но не мне же бежать, а коню. Тут, главное, в седле удержаться.
Майорин, явно недовольный моим решением, махнул рукой и ударил пятками кобылу, Потеха фыркнула и не торопясь сдвинулась с места.
— Вот упрямая скотина!
— Вот поэтому они у тебя и хромеют одна за другой, — сквозь зубы прошипела я ему вслед, но колдун расслышал.
— Я не про лошадь… — Договорившись с кобылой, он ушел в галоп. Обижаться на удаляющуюся спину было бесполезно, поэтому я поторопилась его догнать, придумывая по пути достойный ответ.
На небе ветер гонял белесые клочья облаков, меж которых то и дело, хищно скалясь, проглядывал месяц. Гайтан черной тенью несся по пыльной дороге, норовя обогнать Потеху с более тяжелой ношей на спине.