Дорогами Итравы
Шрифт:
Через полчаса он буквально рухнул на кровать, прислушался к мерному дыханию любимой - похоже, обморок плавно перешел в сон - и обнял ее, проваливаясь в блаженное забытье...
Одним движением мысли заперев за собой дверь, лорд Дэртарр направился в сторону лестницы, попутно снимая стазис и мрачно раздумывая о том, что могло случиться. Три тысячи лет!!! Даже для их рода это долго, слишком долго... Неужели никто так и не возвращался с Деитравы, отринув долг ради удобства и безопасности? Он-то был уверен, что та же Тиарри не выдержит уже через тысячу лет и вернется... А мир? Что могло произойти с ним за столько лет существования без Источника? Странно, что маги еще рождаются - ладно мальчик, Сила Источника должна
Занятый мыслями, Хранитель не заметил, как ноги сами привели его к цели. В который раз за свою жизнь остановившись перед неприметной деревянной - кладовке впору - дверцей, он хмыкнул и коснулся дерева ладонью. В ту же секунду коридор опустел, как будто в нем никого и не было.
Золотой дракон материализовался в центре круглого каменного зала. Стены, смыкающиеся куполом где-то очень высоко, засияли вязью древних даже для расы драконов символов, внезапно ставших выпуклыми и зависших в воздухе. Дракон прикрыл глаза и издал странный певучий звук, а символы закружили вокруг него в хороводе...
Через несколько часов лорд Дэртарр пронесся по коридору, рывком открыл одну из дверей и упал в кресло. Лицо его выдавало пережитое потрясение: заострившиеся скулы, сжатые в ниточку губы, остановившийся взгляд... Схватившись за виски, он прорычал что-то невнятное и закрыл глаза. А перед мысленным взором его стоял мир, который он должен был хранить и лелеять, мир, корчащийся в агонии...
Следующий день.
Что-то щекотало нос, вызывая желание чихнуть. Рен лениво потянулся и, вспомнив о том, что произошло вчера, открыл глаза. Эли мирно спала, уткнувшись ему в плечо, окутанная облаком распушившихся волос, один из каштановых волосков и щекотал его нос. Чуть повернув голову, Рен залюбовался женой, доверчиво прижавшейся к нему. Длинные ресницы бросают тень на разрумянившиеся во сне щечки, розовые губки чуть приоткрыты, словно прося о поцелуе, да еще и посапывает, точно пригревшийся котенок... Одновременно умилительная и возбуждающая картина, а уж с учетом того, как Эли к нему прижималась, порождая в воображении все более и более откровенные картинки... Не выдержав, он легонько коснулся точки чуть ниже ушка - от поцелуев в это место дыхание у нее становилось прерывистым, а с губ срывались стоны. Как и сейчас - она слегка выгнулась, а его имя, произнесенное ею во сне, едва не лишило Рена остатков контроля. Нежно поцеловав любимую в пушистую макушку, он осторожно отодвинулся и встал.
Брезгливо подняв грязные лохмотья, он растерянно огляделся по сторонам. И как им теперь быть? И тут же отпрянул, когда прямо перед ним возникли оставленные у подножия плато переметные сумы - или, по крайней мере, нечто очень похожее. Потянувшись было к ним, он опасливо отдернул руку, прищурился, раздумывая, а затем усмехнулся. Тонкая нить Воздуха - сейчас он чувствовал себя едва ли не переполненным Силой - легко справилась с целью, и уже через несколько минут Рен с облегчением выдохнул - одежда, пусть и потрепанная, была чистой и целой, давая хоть какое-то чувство защищенности. Подтащив одно из кресел к кровати, он опустился в него и коснулся ладонью волос Эли. Та что-то мурлыкнула и вдруг замерла, затаив дыхание, а потом подскочила и резко распахнула глаза, полные тревоги и страха.
– Тише, милая, все хорошо, - Рен привлек ее к себе и поцеловал, чувствуя, как бешено бьется ее сердце и трепещет тело.
– Где мы?
– дрожащим голосом спросила Эли, - мы что, умерли?!
– Ну что ты, мы очень даже живы.
Мягкий смех Рена и его ласковые, немыслимо уютные объятия постепенно заставили девушку успокоиться.
Убрав с лица мешающий локон, он весело улыбнулся ей и чмокнул в кончик носа. Фыркнув, Эли чуть отстранилась и спросила:– Но все-таки, где мы? Последнее, что я помню - пещера, каменный дракон, и боль, когда меня швырнуло о стену. А теперь... Настоящая комната, мягкая постель и ничего не болит!
– Нам удалось разбудить Хранителя, - ответил Рен и рассмеялся, когда Эли совершенно по-девчоночьи взвизгнула от восторга, - тише, милая, пожалей мои бедные уши, неужто тебе нужен глухой муж? Так вот, - продолжил он, пропуская длинные пряди волос сквозь пальцы, - он подлечил тебя и каким-то странным образом переместил нас сюда, это место называется Башней Заката. Понятия не имею, где это, но все здесь находилось под особыми чарами с момента исхода драконов с Итравы!
– То есть всему этому три тысячи лет?!
– потрясенно переспросила Эли, бросила любопытный взгляд по сторонам и потрясла головой, - что-то у меня это в голове не умещается.
– А я-то думал: зачем ты головой трясешь? Оказывается, ты новости в ней утрамбовать пытаешься...
– понимающе протянул Рен и рассмеялся, глядя на лицо старательно изображавшей возмущение жены.
– А если серьезно, то тут даже еда сохранилась такой же, как в момент приготовления! Правда, совсем невкусно, - Рен скривился и протянул Эли кусок пирога, - вот, попробуй.
Эли настороженно повертела его в руке, понюхала и осторожно куснула. Прожевала и кивнула:
– Ты прав. А откуда здесь наши вещи?
– Думаю, наш гостеприимный хозяин позаботился, и не спрашивай меня, как. Знаешь, это ведь ему служил основатель нашего рода...
– И какой он?
Рен пожал плечами:
– Не успел осознать, слишком устал и волновался за тебя. Скоро встретимся, оценим. Но тебя он исцелил, ты... ты практически перестала дышать, Эли, и я не знал, что делать. И за это исцеление я буду благодарен ему вечно! Скажи лучше, как ты себя чувствуешь? Хочешь полежать еще немного?
Эли прислушалась к себе и помотала головой:
– Нет, мне стало куда лучше. И Сила... она вернулась, полностью!
– Рад за тебя. Тогда вставай и одевайся, меня гложет любопытство!
Эли кивнула, начала вставать и вдруг ойкнула и явно испуганно прошептала, кутаясь в одеяло:
– Рен, а это ты меня раздевал? И мыл?
– Я, - тот внимательно посмотрел на нее, - неужели ты меня до сих пор стесняешься?
Эли залилась краской и ничего не ответила, опустив голову. Рен вздохнул и осторожно приподнял ее подбородок:
– Эли, ты моя жена, и тот факт, что наш брак не завершен, для меня ничего не меняет. Неужели ты откажешь мне в праве любоваться тобой?
Растерянно взглянув на сжавшуюся в комочек и отводящую глаза совершенно красную девушку, он спросил:
– Сокровище мое, да что с тобой такое?
– Я не хотела, чтобы ты видел меня... такой, - выпалила та, старательно пряча взор.
Ответом ей был смех - веселый, искренний:
– Эли, ты просто чудо! Ты и правда считаешь, что грязь или парочка синяков могут отвратить меня от тебя, тем более с учетом того, что все это результат твоей преданности и мужества? Я ведь и обидеться могу! Ладно, подъем, десять минут тебе на все!
– Размечтался, - фыркнула Эли, наслаждаясь бархатным голосом мужа, - я только с волосами дольше возиться буду!
– Женщины, - притворно простонал Рен, роняя голову на руки и с удовольствием слушая задорный смех жены.
– Я готова, - окликнула Рена Эли через четверть часа и поежилась, - и мне страшно. Вдруг Хранитель не согласится помочь Нарвену?
Рен помрачнел, явственно давая понять, что он именно этого и боится:
– Скоро узнаем. Сама понимаешь, того, кто способен уничтожить нас одним щелчком, мы можем только просить...