Чтение онлайн

Сашка, уже не сдерживаясь, засмеялся.

Гришка уставился на него:

– Чего ты регочешь?

– Да так, - ответил Сашка.
– Смешно, как ты про луну рассказывал... Про курган, и вообще.

– А шо про луну, а шо про луну?
– задиристо закричал на него Гришка. Скажешь, братьев с вилами не видать?

– Никаких братьев там нет. Это моря, понимаешь, мо-ря!
– закричал и Сашка.
– Это моря такие, в которых воды нет, понимаешь? Ямы. В них одна пыль и камни...

Сашка хотел было уже окончательно сразить самоуверенного Гришку тем, что он сам, своими глазами видел по телевизору, как по дну этих морей ходили космонавты и ползал "Луноход", но его толкнул

в плечо Колька, и он опомнился.

– Морями они только называются, - закончил он, остывая. Вот жизнь! Знаешь и доказать не можешь.
– И про курган все не так, как ты говоришь. Сказка это для детей дошкольного возраста.

– Чего-о?
– грозно протянул Гришка и, чувствуя, что одними словами с Сашкой не обойтись, снял с плеча палку с узелком, опустил его на землю; - Чего ты сказал?

– А то и сказал, что слышал! Сказка для дошколят!
– отрезал Сашка, не сдвигаясь с места. Терпеть то, что знаешь и не можешь сказать, он еще мог, но вот то, что и защищаться нельзя - это уж извините!
– Ты же здоровый парень, а таким сказкам веришь. Курган скифы насыпали. И никак не может быть золото наверху, до него, знаешь, сколько нужно копать? Ни один дождь не размоет. Это могила, понимаешь?

Увидев, что Гришка действительно его не понимает, Сашка смилостивился над ним и пояснил:

– Скифы в курганах своих вождей хоронили. Это люди такие когда-то здесь жили, коней пасли. Тысячи лет тому назад. Тогда в степи даже леопарды жили.

– Ну-у, знаешь!..
– задохнулся от возмущения Гришка и, забывая, что Колька заодно со своим приятелем, посмотрел на него так, будто призывал в свидетели.
– Глянь на него!.. Видал я брехунов, сам брехун - не перебрешешь, но таких, как ты, отродясь не слышал. Ты ври-ври га хоть не завирайся. То ты о морях говоришь, в которых воды нет. На луне причем! То о людях каких-то, которые тысячи лет тому назад здесь жили. Как это, антиресно, ты обо всем этом мог узнать, а? Ты шо на луну прыгал или тысячи лет тому назад жил?

Сашка вскинулся было ответить, что не обязательно прыгать и жить: для этого есть книги, музеи, кинофильмы, телевидение, радио, но, наткнувшись на предостерегающий Колькин взгляд, осекся. А ведь о скифах и он бы мог подтвердить: вместе бегали на раскопки кургана, который разрывали в Красном городе-саде перед тем, как на его месте построили многоквартирный дом.

– Ага! Вот видишь! Сразу язык проглотил!
– обрадовался Гришка, по-своему истолковав Сашкино молчание.
– Брешешь ты, хлопчик, все. Никакие скифы около нашего хутора не жили. Если бы они жили, то о них бы у нас знали. Это раз! А в Ростове своем ты бы и вовсе о них не мог узнать, ясно? Зачем ты еще леопарду какую-то приплел?.. А? Это шо, тигра такая, чи шо?

– Да. Тигра. Только не в полосочку, а в крапинку. Гришка с минуту смотрел на Сашку во все глаза: его всерьез озадачивал этот невесть откуда взявшийся рыжий враль с синяком под глазом, рассказывающий о каких-то морях из камней и пыли, о неизвестных людях, тиграх...

– Это ты об луну стукнулся?
– улыбнувшись щербатым ртом, спросил Гришка и показал на синяк.
– Когда прыгал?

– Именно, когда прыгал, только уже с луны! Гришка посмотрел-посмотрел на бледного Сашку и, решив, что тот все придумал и теперь упрямится, великодушно улыбнулся:

– Ладно!.. О братьях - это, может быть, и правда, сказка для кошенят, как ты говоришь. Вообще-то веселый ты, видать, хлопец, с тобой не соскучишься. А если хочешь знать правду о кургане, почему он такой, то слухай та ума набирайся. Плоский он оттого, шо его макушку казаки в речку ссыпали. Кубанками. Ясно?

– Как это?
– удивились одновременно Сашка и Колька; -

Как это кубанками?

– А вот так!
– упиваясь своей победой над городскими грамотеями, отрезал Гришка.
– Все это вы брешете, шо это могилка чья-то. На самом деле курган этот, знаете, как получился?.. Его казаки насыпали. Чего глаза вытаращили? Когда казаки ходили воевать в Туретчину, то, если приходили с добычей, привозили в тороках и по кубанке басурманской земли. И всю ее здесь перед хутором высыпали. А когда без добычи возвращались, то по кубанке земли высыпали в речку. Из кургана брали. О как! А вы говорите...

Нет, это уж слишком. Этого не мог стерпеть даже и Колька. Ведь они же хорошо знали, как на самом деле насыпали курганы.

Курган вначале срезали ножами бульдозеры, и на гладкой, как стол, поверхности четко обозначились границы захоронения. Скифы рыли для умерших глубокую яму, а сбоку в ней выдалбливали пещеру, в каких когда-то жили их предки, дикие люди, а потом - насыпали курган, строили мертвому шатер вроде того, в каком жили и сами. Видели Колька и Сашка в полусумраке подземелья и истлевший скелет в остатках кожаной одежды с металлическими бляшками, колчан стрел, от которых остались одни наконечники, древнегреческую посуду, черно-белые эмалевые блюда и глиняные амфоры, где хранились окаменевшие зерна пшеницы и слой темно-красной пыли, оставшейся от вина. А на дне дне ямы скелет коня. Ведь сами же все видели, а их вот так, запросто, и дурачками и лгунами выставляют.

– Глядить теперь, сколько добра наши казаки домой принесли!
– добивал мальчишек Гришка.
– То-то и оно. А!
– безнадежно махнул он на них рукой. Разве ж вам, иногородним, понять это? Нашу казачью славу!

– Ой, ой!
– хлопая себя по коленям и приседая, захохотал Сашка.
– Тоже мне, казак отозвался!

Он не видел, что тотчас сделалось с Гришкиным лицом. А Колька видел!

Лицо у Гришки вдруг пошло бурыми пятнами, потом побледнело, глаза ожесточились, сузились, весь он напружинился и сжал кулаки.

– Какой же ты казак, когда вас из казаков вывели?
– продолжал Сашка. Бабка ж твоя нам все рассказывала. Вы же теперь, как все, батраки, пролетариат, можно сказать.

– А вот за это... я тебе уж точно дам!
– сказал Гришка, бросая узелок на землю, и Сашка только теперь увидел, какая перед ним собралась гроза.

– Ты чего?
– растерялся он.
– Я же не смеюсь над тем, что ты пролетариат, наоборот...

– А я тебе дам такого наоборота! Такого наоборота!..- Гришка двинулся к Сашке с кулаками.
– Я хоть и пролетарьят революционный, как батя говорит, а все ж таки казак!

Сашка, увидев, что драки не миновать, приготовился к бою в боксерской стойке. Но Гришка без всяких правил размахнулся и въехал ему кулаком куда-то за ухо, другим по боку, и Сашка шлепнулся на землю.

– А ну бросьте, бросьте драться!
– кинулся к ним Колька. Но в ту же минуту у него зазвенело в ушах от оплеухи, и он оказался рядом со своим другом.

– Ага-а!
– закричал Гришка.
– Вы заодно! Двое на одного!
– и бросился на них, молотя кулаками и получая в ответ пинки и тычки.

– На лежачих, да?!

– А вы - двое на одного? Гах!

– На вот тебе! На! На!

Несколько минут они перекатывались, вскрикивая и тыча кулаками куда придется, пока не обессилели. Отряхиваясь от глины, уселись друг подле друга.

– А вы ничего, хлопцы!
– сказал наконец Гришка, вытирая щеку, где из царапин выступила кровь.
– Не трусливые... Он вдруг засмеялся.

– Знаете отчего курган такой?..
– спросил он ребят и сам же ответил со смехом: - Та мы ж его растолкли! Мальчишки улыбнулись.