Болото
Шрифт:
– Всего дюжина километров!
– тоже повысил голос Алекс, убирая руками ладонь Эндрю от своего лица.
– Тише, тише! Вы ещё подеритесь!
– рассердилась Лиза.
– Я считаю, если уходить - то всем городом. Бежать в одиночку, как минимум, некрасиво. Да и подло. Я не смогу жить спокойно, зная, что бросила в беде остальных жителей Вэллпорта. Тех же Джейка, Джули и малютку Эрин. Кстати, как там Джейк? Мы давненько не виделись.
– Джейк, как и остальные доктора, загружен работой, - сказал Эндрю.
– Очень устал, осунулся. Мы недолго поговорили с ним, он спешил к очередному больному. Да, он ещё сказал мне, что у него есть несколько пациентов
– Так мы уйдём, мама?
– глотая некоторые слоги, спросила Мышка.
– Или останемся?
– добавила звонкая Вишенка.
– Уйдём!
– ответила Айша. Она явно повеселела.
– Уйдём, потому что уже поздно. Пора домой, ложиться спать.
– Мама!
– громко сказал Майкл.
– Мне вдруг захотелось, чтобы никто не уходил. Чтобы мы всегда точно также сидели в этой комнате и пили чай, и ничего в нашей жизни не менялось.
– Но мы не можем остаться, Майки, - ответила Айша.
– Нам пора.
Эндрю, Алекс и Грета покачали головой в знак того, что тоже скоро уйдут.
В ту ночь Лиза и Майкл ночевали одни.
9. Хворь
Джейк вернулся домой среди ночи. От усталости он перестал ощущать собственное тело. Ноги и руки были словно не своими, чужими.
Последнее время Джейк жил на автопилоте. Он добрёл до дивана и рухнул вниз. Он уснул, не сняв одежду, без подушки и одеяла. Сон его был мрачным и холодным. Очень хотелось пить, но не было сил даже открыть глаза, не говоря уже о том, чтобы подняться, дойти до кухни и налить себе воды из пластиковой бутыли.
Перед глазами плыла темнота. Джейк не чувствовал отдыха.
В какой-то момент сонного забытья ему привиделся церковный колокол в заснеженном городке его детства. В колокол звонили, но болотный туман, который опутал и этот далёкий северный городок, гасил звук, и он выходил глухим, низким, утробно-рычащим.
Колокол смолк так же неожиданно, как и зазвучал. Вдалеке по воздуху плыли голоса, женский и мужской. Они казались знакомыми, и Джейк силился вспомнить, в каких отношениях с их обладателями он состоит.
Голоса приблизились, но разобрать слов Джейку не удавалось. Темнота внезапно выпустила щупальца и обвила доктора, прорычала что-то невнятное и принялась трясти. Джейк взмахнул рукой, пытаясь отогнать обладателя щупалец от себя, но в бессилии провалился ещё глубже во мрак.
– Джейк, проснись! Да проснись же!
– тормошила его полусонная и сердитая Джули.
– Ни в какую...Джейк, к тебе пришли!
Она недовольно вздохнула и обернулась к нежданному гостю.
Рядом с ней стоял мужчина, житель одного из соседних домов. Рослый и всегда осанистый, сейчас он ссутулился, голова его поникла. Руки мужчины от волнения непроизвольно дёргались, речь заплеталась.
– Я прошу вас, доктор...
– прерывисто твердил он в пустоту.
– Мари, температура. Пятна... Малышка Алиса, сегодня... Я не могу... Второй день... Никто не идёт. Нет врачей. Они умирают... Помогите, умоляю!... Пойдёмте со мной...
Из всех слов мужчины до сознания Джейка дошло лишь одно: "умирают". Для него осталось загадкой, является ли убийцей невидимый осьминог с цепкими щупальцами, которые мгновение назад
исчезли в темноте, или кто-то ещё, но мысль о том, что где-то вновь такая же непонятная смерть, словно толкнула его изнутри и заставила открыть глаза.Комната плыла по кругу, словно колокол, звенела голова. Ноги и туловище, казалось, приросли к дивану. Хотелось отвернуться и продолжить сон, но совесть не позволяла доктору бросить умирающих на растерзание неизвестной болезни. Он обязан был хотя бы попытаться помочь.
Джейк с усилием выдавил из себя слова:
– Куда идти?..
Мужчина подскочил к дивану, на котором лежал доктор, и, размахивая руками, начал сбивчиво объяснять:
– Тут недалеко... Четыре дома в сторону Нижней улицы. Вы должны помнить нас... Алиса удаляла аденоиды в вашей клинике. Давно... С два года. Аденоиды, вы консультировали. Назад, два года... Но врачей в клинике нет. Заняты, много пациентов. Болеют сами...
– Довольно, - перебил его Джейк. Главное он уяснил: новоявленные пациенты находятся совсем рядом, и выматывающий дальний путь по болоту ему не грозит.
– Я только умоюсь. Джули, дорогая, где у нас вода?
– На кухне найдёшь, - буркнула раздражённая Джули.
– Всё, я пошла спать. Эрин поднимется ни свет ни заря. Опять мне с ней возиться, что за наказание! Хоть бы кто помог! Никому меня не жалко!
И она, с напускным расстройством на лице, подняла и без того высокий подбородк ещё выше и скрылась вверх по лестнице.
Джейк с усилием встал. Его шатало. Опираясь на стены и дверные косяки, он добрёл до кухни и стал на ощупь искать бутыль с водой. Незнакомец проследовал за ним и осветил кухню фонариком. Свет отогнал мрак, обрисовав контуры предметов, и Джейк смог отыскать воду.
Напившись вдоволь прямо из горла и умыв лицо, он обернулся и попытался рассмотреть гостя. Но яркое пятно фонарика больно било в глаза, не позволяя доктору понять, кто же стоит перед ним. Но тут незнакомец заговорил:
– Доктор, идите вперёд. Я буду светить, - произнёс он.
И по мягкому баритону памяти Джейка удалось восстановить лицо, и даже имя, стоявшего перед ним человека. А следом перед глазами появилась картинка его дома и маршрут, который предстояло преодолеть.
Идти действительно нужно было недалеко. Джейк брёл по колено в вязкой жиже. Следом метался луч фонарика. В горле доктора стоял тошнотворный ком, его мутило. Он спотыкался и непроизвольно шарахался в стороны. Он слишком устал.
Нет, совесть не позволяла ему бросить умирающих на произвол судьбы. Джейк пришёл бы к своим пациентам в любом состоянии. Только вот прийти - мало для врача. нужно ещё помочь, назначить лечение. А как лечить, если в городе практически нет лекарств?.. И, самое главное - как лечить, если прежде ты никогда не сталкивался с подобным заболеванием?..
У больных в этом доме обнаружились те же странные симптомы. Болели двое, мать и дочь, с высокой температурой, острой лихорадкой. Судороги. Капиллярные кровоподтёки на лице и конечностях, носовые кровотечения. Отвращение к пище, быстрое угасание. Болеют третьи сутки, и сегодня появилась рвота.
Девочка чуть постарше Эрин. Ох, как же жаль! Если б только он мог помочь! Страшная болезнь не щадила никого. Умирали практически все. Выживших - единицы, и на врачебном консилиуме вчера днём один из его коллег высказал любопытное наблюдение: все выжившие принимали один и тот же антибиотик. Получается, только одно лекарство могло противостоять неизвестному возбудителю: амоксиклав в максимальной дозировке.