Болото
Шрифт:
Собравшихся было человек тридцать. Похоже, что все они, как и Лиза с Эндрю, совершали вылазку ради приобретения жизненно необходимых продуктов и лекарств, ведь одеты они были соответствующе. На плечах у многих висели походные ранцы. Некоторые держали в руках полиэтиленовые пакеты, немногие, выжившие после разрастания мха благодаря тому, что были вовремя перенесены своими хозяевами из кухонь во внутренние кладовые.
Столпившиеся люди окружали Джереми, Вэллпортского юродивого, зажатого между человеческим кругом и глухой, затянутой слизью, стеной дома на углу проспекта. Джереми то громко кричал, срываясь на фальцет, то переходил на утробные низкие ноты, начиная тараторить.
– Вы все! Все!
– надрывался он.
– Все до единого повинны в этом!
Он обвел взглядом
"На цыпочки встал?" - подумала Лиза и взглянула на Эндрю. Он метнул глазами вверх, видимо, подумал то же самое.
– Вообразите себе, как был бы чист мир без нас. Кристаллен, до прозрачности совершенен, - зачастил Джереми.
– Избавиться от человечества - вот цель, которую преследует природа. Наконец-то ей будет облегчение!
– Джереми поднял лысую голову к небу, а затем торжественно воздел руки вверх, сцепив ладони в замок, словно поздравляя кого-то, видимого только ему одному, и продолжил.
– Вы считаете её злодейкой, убийцей, разорительницей городов, уничтожительницей жизни. Но - задумайтесь! Кто, как не вы, есть убийцы?! Кто кроме вас повинен в этом?!
Толпа продолжала молчать. Экипированные для защиты от трясины люди, раскрыв рот, слушали этого полуголого человека. Джереми был бос, Лиза поняла это, когда тот вынул из болотной жижи ногу и переставил её поудобнее. Из одежды на нём имелись только потрёпанные временем и позеленевшие от тины шорты - бермуды и такая же изношенная футболка с коротким рукавом. От долгого хождения босиком по тине кожа его ног была совершенно зелёной, да и всё его тело покрылось болотным налётом. Джереми совершенно не боялся изменений в природе и призывал к этому остальных.
Он вновь заговорил:
– Посчитайте, сколько мусора удалось вам скопить за всю вашу жизнь. Нет-нет, я веду речь вовсе не о помойках, хотя и они - ваша вина, варварский плевок в лицо родившей вас матери. Подумайте, сколько грязи в вас самих! Вы загадили мир вокруг своими чёрными мыслями и злыми делами. Сосед травит соседа, брат подстрекает на злодеяния брата. Сколько ругательств змеями выпало из ваших ртов за прожитую жизнь?! А?! Ответьте! Признайтесь сами себе! Сколько раз вы проходили мимо крика о помощи, мимо мольбы умирающего, оставляя погибать - не физически, духовно? Сколько раз проявляли равнодушие, поступали как эгоисты?!
– голос Джереми вновь надрывно зазвенел.
– Вы! Люди! Высшие существа! Венцы природы! По какому праву вы присвоили себе это звание?! Вы его заслужили?! Признайтесь, наконец, себе! Вы - недостойны быть на вершине! Вы, жестокие, ограниченные! Ответьте, наконец, за свои поступки!
Джереми протёр лицо и лысую голову рукой, осмотрел бледно-зелёную ладонь. Лизе на миг показалось, будто он видит нечто такое, чего не могут разглядеть остальные. Лицо Джереми было сосредоточено. Он продолжил свой монолог, не поднимая с ладони глаз. Говорил он теперь тихо, почти шёпотом и на выдохе. И люди вокруг словно не вдыхали вместе с ним, дожидаясь когда он сделает паузу.
– Примите происходящее как должное. Эта гниющая рана однажды заживет, поверьте. Правда, случится это не скоро. Но стоит подождать, стоит. Зболачивание не вечно. Оно пройдёт, и наша планета обновится. И только тем людям, кто обновится вместе с ней, найдётся место во вновь созданном мире. Поэтому - не бойтесь кары! Покайтесь, примите мучения - и грехи будут вам отпущены! Прозрейте, наконец! Вам дана возможность исправиться! Сбросьте нелепую одежду и тёмные очки с глаз! Станьте ближе к земле, к природе! Признайте свой грех и примите наказание за него! Отбросьте страх - и тогда вы сможете выстрадать прощение.
7. Назад
Полки супермаркета поражали непривычной пустотой. Лиза и Эндрю молча прогуливались по помещению, на полу которого только вчера вечером появилась подёрнутая ряской болотная вода. Они шли вдоль рядов и складывали в тележку, то и дело норовившую выскользнуть из рук, всё, что попадалось им на глаза и могло пригодиться в ближайшее время. Основные товары - спички, соль, сахар, мука, питьевая
вода были подчистую вынесены со склада в торговый зал, но и здесь их оставалось мало. Разбирали всё. В предчувствии массового отключения электричества огромным спросом пользовались переносные светильники на батарейках и парафиновые свечи. Обычных, хозяйственных свечей, не хватало. Владельцы магазина с радостью выложили на полки рождественские, не распроданные с прошлого года, и они тоже шли на ура.Кроме друзей, в супермаркете было ещё несколько покупателей, таких же перепачканных и не менее взволнованных. Одна женщина едва сдерживала слёзы, громко причитая о том, что если так будет дальше продолжаться, то скоро ей нечем будет кормить семью. Ни продуктов, ни денег - предприятия стоят, на что жить?!
Эндрю заговорил первым.
– Бред какой-то! Я ещё больше уверился в том, что Джереми - сумасшедший, - он тряхнул кучерявой головой и покрутил пальцем у виска.
– Да, очень похоже на бред, - вздохнула Лиза.
– Но как же тогда твои опыты, Эндрю? Ещё недавно ты говорил, что болотные клетки ведут себя, словно являются единым живым организмом...
– Я не говорил такого!
– тут же возразил Эндрю.
– Но всё сводилось к этому, я правильно поняла?
– Получается, что да, - ответил Эндрю, удивившись тому, что мысль эта пришла в голову не ему, а Лизе.
– Пожалуй, больше мы здесь ничего не купим, - Лиза грустно осмотрела содержимое тележек, которые они с Эндрю везли.
Дешёвые макароны, гречка и горох, пять вилков капусты, морковь, перец - овощной прилавок они опустошили до конца, а о фруктах теперь даже и не приходилось мечтать - четыре тощие куриные тушки, пара дюжин банок рыбных и бобовых консервов, листовой чай, две больших банки дешёвого кофе, по десять упаковок замороженных бифштексов, сосисок и наггетсов, одна дефростированная рыбину, пятикилограммовый мешок муки и двухкилограммовый мешок сахара. Лиза хотела взять больше сахара и муки, но побоялась, что ей не хватит денег, чтобы рассчитаться за продукты. Потом, Лиза взяла много свечей, в том числе ароматических и рождественских, батарейки, запас порошка для ручной стирки, мыла, зубной пасты и туалетной бумаги, и прочих предметов бытовой химии, которые Лиза сочла необходимыми приобрести.
– Да, продуктов маловато, - протянул Эндрю.
– Ненадолго хватит, - согласилась Лиза.
– Стой, вспомнила! Ещё воду не взяли!
– Боюсь, если мы возьмём ещё и воду, то просто не дотащим это всё до дома.
– Но как же без воды?.. Сам слышал, что говорят на улицах - из кранов вода скоро течь перестанет, скважины заболачиваются.
– Я знаю, Лиза. Но, может, оставим покупку воды на следующий раз?
– Ах, Эндрю!
– расстроено всплеснула руками Лиза.
– Следующего раза может и не быть!
– Пожалуй, да. Давай тогда сделаем так: сейчас возьмём столько воды, сколько сможем унести, а остальное я докуплю и принесу тебе завтра.
Тут глаза Лизы азартно блеснули.
– А я предлагаю, - сказала она, - Хоть это и не в моих правилах, но всё же. Пока никто не видит, выкатить тележки за двери магазина, словно мы идём на парковку. В общем, давай попробуем довезти в ней продукты до дома, так будет проще.
– Ты думаешь, тележки не увязнут в трясине?..
– начал Эндрю и вдруг осёкся.
– Постой! Какая парковка, какая машина?! Все же понимают, что мы могли прийти только пешком! Охранник, - он метнул боязливый взгляд в сторону двери, - просто не выпустит нас!
Но Лиза продолжала гнуть свою линию.
– Двери открываются автоматически. Мы можем дождаться, когда охранник отойдёт к противоположной стороне кассовой зоны, и попробовать выбежать через вон те, крайние, - и она указала рукой в сторону последних слева дверей.
– А затем - бегом, так быстро, как только можем! Уверена, чем глубже будет болотная жижа, тем меньше будет желание охранника нас догонять, - и она заговорщицки подмигнула другу.
– Чем-чем, а воровством тележек в супермаркете мы с тобой ещё не занимались!
– улыбнулся Эндрю. Азарт Лизы заразил его, да и перспектива тащить тяжёлые пакеты с продуктами на себе его тоже не очень устраивала.