Чтение онлайн

На прощание мистер Брикман сказал:

— Я очень рад, что вы согласились.

Я не осталась в долгу:

— Я рада, что смогла вас порадовать. До завтра, мистер Брикман!

Наконец мне было, чем обнадежить отца. Вчера я не хотела говорить о Брикманах — предполагалось, что я их больше не встречу, — но знакомство получило продолжение.

Отец был счастлив, но слегка обеспокоен. Впрочем, это было его обычное состояние.

— Что ты знаешь об этих людях, Теодора? — спросил он, снимая очки и откладывая газету, которую читал до моего появления.

— Очень немного, папа. Я знаю только, что мистер

Брикман любит своего ребенка, и это внушает мне доверие.

— А что же миссис Брикман?

— Со слов мальчика, его мать умерла, когда он родился, — я решила сказать часть правды. Отцу совершенно точно не нужно знать все.

— Вот как. А тебя не смущает отсутствие хозяйки в доме? Это даже как-то выглядит неприлично.

Отец почему-то любил беспокоиться о приличиях, как будто их строгое соблюдение теперь могло что-то исправить в прошлом.

— Папа, я буду там не единственной женщиной в доме. Есть приходящие слуги: кухарка и горничная.

— Я надеюсь на твое благоразумие, Теодора.

— Вот чего у меня не отнять, так это благоразумия.

Я убирала со стола после ужина, когда раздался неожиданный стук в дверь. Нас почтил визитом мистер Купер.

— Мисс Робертс, — начал с порога возмущаться он. — Когда я говорил вам, что хочу, чтобы вы приняли участие в воспитании моих детей, я вовсе не имел в виду такие страшные меры!

— О каких страшных мерах вы говорите, мистер Купер? — изобразила удивление я.

— Вы облили моих сыновей холодной водой!

— Разве?

— А вы не заметили?

Я спокойно ответила:

— Сегодня я поливала в саду, мистер Купер. Ваших мальчиков я не видела. Если они случайно оказались рядом за забором, мне очень жаль. А что ваши сыновья делали во дворе?

Он немного смутился:

— Они просто играли. И они жалуются, что вам это не понравилось.

— Мистер Купер, если ваши дети просто играли, что могло мне не понравиться?

Он в замешательстве посмотрел на меня, не зная, что ответить, потом прищурился и с неожиданной злостью сказал:

— Знаете, мисс Робертс, я хорошо к вам относился. Но вы из тех людей, которые не ценят доброго отношения! Может быть, это из-за вашей натуры?

Я постаралась сдержаться:

— Я не понимаю и не хочу понимать ваших оскорбительных намеков, мистер Купер.

— Ну как же! У вас типичная внешность виталиста.

— У многих людей в городе внешность, похожая на мою. Они, по-вашему, все маги жизни?

— А вот это надо проверить! А если проверить не удастся, просто выгнать вас всех из Станингема!

— Вы повредились рассудком, мистер Купер?

— Нет, мисс Робертс, — неприятно засмеялся он. — Это у вас не в порядке рассудок, если вы не понимаете, какие настроения начинают гулять в городе. Таким, как вы, лучше вести себя тише воды!

— Да-да, — сказала я. — Никакой воды, я уже поняла. До свидания, мистер Купер.

— Припомните мои слова, мисс Робертс!

Он хлопнул дверью. Я села и опять основательно задумалась.

Глава 3 Новая работа

В воздухе пахло свежестью, ароматными булками — и, для меня, переменами. Я отправилась в дом на Зеленой Аллее, полная надежд и энергии, к восьми утра, как просил мистер Брикман.

В дневном свете дом показался мне очень нарядным. Окруженное деревьями

двухэтажное строение из красного кирпича с темно-зеленой черепичной крышей было украшено белым камнем вокруг окон и дверей. За забором в палисаднике яркой палитрой распускались тюльпаны. За домом виднелся зеленый сад. Я вспомнила скромную гостиную и поразилась контрасту.

— Доброе утро, мисс Робертс, — поздоровался хозяин дома, который лично открыл мне дверь.

— Доброе утро, мистер Брикман, У вас очень красивые цветы.

— А, это миссис Уилсон увлекается, — он слабо улыбнулся, — хотя сад не входит в ее зону ответственности. Экономлю на садовнике.

Едва я вошла в дом, в холл вышел Генри — будто караулил мое появление в гостиной. Впрочем, наверняка так и было.

— Доброе утро, мисс Робертс! — степенно произнес ребенок, выдавая свою радость только блеском в глазах.

— Вы думали, мистер Генри, я в последний момент испугаюсь? — поддразнила его я.

Он немного смутился:

— Нет, мисс Робертс, вы же сказали, что ничего не боитесь.

Мы вместе, Генри, его отец и я, совершили короткий обход дома. На первом этаже были расположены большая гостиная, в которой я побывала позавчера, мрачноватая библиотека с деревянными стеллажами, заполненными книгами, комната для слуг, где они могли отдохнуть днем или переночевать в случае необходимости, гигиенические помещения и владения миссис Уилсон, в которых вкусно пахло выпечкой: столовая, кухня и кладовая рядом.

Миссис Уилсон оказалась опрятной женщиной в возрасте. Отряхнув руки от муки, она скупо улыбнулась мне, и ниточки морщин расползлись в стороны от уголков добрых темных глаз. В каштановых с рыжиной волосах, прикрытой косынкой, белели седые пряди. Я еще раз похвалила тюльпаны в палисаднике. «Вы тоже любите цветы?» — понимающе спросила меня кухарка, и я подумала, что мы найдем с ней общий язык за разговорами о торфе и компосте. Потом миссис Уилсон просветила меня на счет времени ланча, сказала, что гувернантки составляют компанию Генри в столовой, и предложила обращаться к ней за помощью, если у меня будут вопросы. Когда мы отошли подальше от кухни, Генри доверительно прошептал, что всегда мечтал, чтобы миссис Уилсон была его гувернанткой, но с математикой она ладила куда хуже, чем с детьми и кастрюлями.

Помимо кухарки, я познакомилась с горничной по имени Мэри. Это была женщина лет тридцати с невыразительным лицом, плоским, как блин, темными волосами и широкими неаккуратными бровями. Она довольно хмуро посмотрела на меня и что-то неразборчиво буркнула себе под нос. Я задалась вопросом: не угодила ей я, она не любит гувернанток или в принципе никого не любит?

На втором этаже были спальни Генри и его отца, куда мы, естественно, не зашли («Я вам потом покажу мою комнату», — обещал мне Генри), две спальни для гостей, отдельная ванная комната, а для занятий было выделено светлое помещение с большим окном, где на столе стопкой лежали учебники, тетради и карты. Окно учебной комнаты выходило на восток. С утра солнечные лучи чертили здесь золотистые полосы на паркете и подсвечивали пылинки, кружащиеся в воздухе. Мебель была заметно светлее, чем в гостиной. И в целом здесь было намного уютнее: на подоконнике стояли цветы в горшках, а на стене висел приятный морской пейзаж. «Для мальчика постарались», — подумала я.